Война с лилипутами

хмыкнул, будто собирался засмеяться, да раздумал.

Зато люк раскрылся, и внутрь катера буквально ворвалась волна душистых ароматов зеленой планеты и вторая, следом, волна оглушительного писка и скрипа, который издавали однодневки.

– Я не пойду, – сказала Заури. – Они меня съедят.

– Но катер же сказал, что они безопасны, – возразила Алиса, направляясь к люку.

Однодневки внутрь катера не забирались, но мельтешили, суетились, толкались у входа.

– Мы знаем, что они безопасны, – задумчиво сказала рабыня, – катер знает, что они безопасны. А разве они знают об этом? Они же ведут себя как очень опасные.

– Выходите, выходите, – сказал катер.

Алиса первой шагнула вперед, и когда однодневки поняли, что она их не боится, они всей стаей ринулись прочь, но пищать не перестали.

Заури так и не вышла. Она остановилась в люке и спросила оттуда:

– Дождика нет?

– Дождика? – Алиса не поняла ее. Погода была отличная, и это было видно из люка.

– Дождик может начаться в любую секунду, – сообщила рабыня. – В таком случае я промочу ноги и умру от простуды.

– Ясно, – сказала Алиса. – Тебя никто не заставляет выходить из катера. Подожди меня здесь.

– Ты только осторожнее, – сказала Заури. – Чуть что – сразу обратно.

Однодневки вились над Алисой, задевали ее крыльями и ногами, глаза их были как стеклянные – без всякого смысла.

Впереди, под сенью раскидистых деревьев, Алиса увидела маленький легкий домик с большими распахнутыми окнами. Дверь в дом была также открыта, и на ступеньках сидели три громадные однодневки ростом с Алису. Они были печальны и даже не взлетели, когда Алиса приблизилась. Только обратили к ней свои огромные глаза и замерли, как неживые.

– Здравствуйте! – крикнула Алиса. – Можно к вам?

Никто ей не ответил.

Алиса заглянула в раскрытое окно. Внутри была просторная комната, половину которой занимал длинный и широкий рабочий стол. На нем стояли приборы, микроскоп, химические сосуды. Посреди стола расположилась однодневка, которая при виде Алисы перепугалась, подняла крылья, попыталась взлететь, ударилась головой о потолок, сломала крылья и упала под стол.

– Что же ты такая неловкая? – сказала Алиса. – Я совсем не хотела тебя пугать.

Однодневки, что сидели на ступеньках, лениво взмахнули крыльями, словно отпугивали Алису, но не знали толком, как это делается.

Алисе не было смысла заходить в дом без хозяина. Она обернулась к Заури, которая стояла в открытом люке катера, и крикнула ей:

– Хозяина нет дома. Я пойду в лес, поищу его. Спроси у катера, здесь водятся тигры?

Катер ответил сразу – он ведь слышал каждое слово, сказанное Алисой:

– Тигров здесь мало, и они травоядные. Едят в основном лилии.

– Значит, они не тигры, – вмешалась рабыня, – а коровы или тюлени.

– Но лилии на этой планете бегают быстрее лошади, – сказал катер.

– Тогда это не лилии, – сказала Заури, – а олени. Ты, катер, такой необразованный.

– Простите, – спросил ехидно катер, – а где вы сумели получить такое замечательное