-->

Золотой век

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Золотой век, Дмитриев Дмитрий Савватиевич-- . Жанр: Историческая проза. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bazaknig.info.
Золотой век
Название: Золотой век
Дата добавления: 16 январь 2020
Количество просмотров: 318
Читать онлайн

Золотой век читать книгу онлайн

Золотой век - читать бесплатно онлайн , автор Дмитриев Дмитрий Савватиевич

Дмитрий Савватиевич Дмитриев (1848–1915), прозаик, драматург. Сын состоятельного купца. После разорения и смерти отца поступил писцом в библиотеку Московского университета.

С конца 80-х годов пишет в основном романы и повести, построенные на материале русской истории. Это прекрасные образцы исторической беллетристики, рисующие живые картины из эпохи Владимира Красное Солнышко, Ивана Грозного, Алексея Михайловича, Петра I, Павла I и др.

Романы Д. С. Дмитриева привлекают читателей обилием фактического материала, разнообразием бытовых сцен, легким слогом повествования.

Роман "Золотой век" повествует об эпохе царствования Екатерины II.

 

Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала

1 ... 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 157 ВПЕРЕД
Перейти на страницу:

— Как ты сказал? — не спросил, а с удивлением воскликнул граф Орлов.

— После некоторого размышления, ваше сиятельство, я пришел к тому заключению, что на земле все тлен.

— Ну? И что же далее?

— А далее то, что я удумал покинуть, расстаться со всем мирским, и где-нибудь в отдаленной обители, под монашеским клобуком и рясой провести остаток дней моих.

— Как? Ты хочешь идти в монахи?

— Думаю: да.

— Потемкин! Да ты совсем с ума сошел. Ну, какой же ты монах? В тебе монашеского ничего нет; ни на одну йоту. Ты просто хандришь, и причиною твоей хандры эта неожиданная смерть покойного князя. Если так судить, как говоришь ты, то всем надо идти в монахи и «под клобуком» ждать, когда Господу угодно будет призвать нас к себе. Оставь, Григорий Александрович, полно! Я знаю, положим, что ты верующий человек, но ведь и я верую в Бога, и я ведь недаром зовусь христианином. А может, у тебя есть какой-нибудь особый грех, который влечет тебя в монастырь? И там ты думаешь замаливать тот грех? Так, что ли? — пристально посматривая на Потемкина, как-то значительно проговорил граф Орлов.

— Я… я не знаю, ваше сиятельство… Про какой же это грех особый вы говорите?.. Кажется, я… я… Может, вам что известно или сказали что? — подозрительно посматривая на Орлова, растерянно промолвил Потемкин.

— Ах, какой ты, братец, мнительный человек, я удивляюсь! Я только спросил тебя: что понуждает тебя оставить свет и затвориться в келье? Грех ли какой-нибудь особый, или данное обещание!

— Да, да. Обещание, обещание. Вам ведомо, граф, что я с самых юных лет имел ту мысль. Я не знаю как, но уверяю вас, граф, что я вопреки своему желанию поступил в военную службу. Моею давнишнею мыслью, даже больше, желанием моим была обитель суровая, отдаленная, отрезанная от всего мира!

— Фантазер-мыслитель! Полно, Григорий Александрович! Жизнь наша и так коротка. Надо пользоваться жизнью и брать от нее все, что можно взять, а если у тебя есть какой грех, то и в миру ты можешь его замолить, а если ты подлец, то клобук и ряса не укроют твоей подлости. Прости, что я немного резко с тобой выражаюсь. Ты знаешь, Потемкин, к тебе я расположен, поэтому с тобой так и говорю.

— А, пожалуй, вы, граф, и правы! Точно! Уж если на душе какая-нибудь подлость или какой-либо особый грех, то и в монастыре не схоронишься от него. И в том вы правы, что надо пользоваться жизнью, так сказать, ловить момент, — после некоторой задумчивости твердым голосом проговорил Потемкин.

— Ну, вот и давно бы так! А то сидишь, кислятничаешь здесь, да придумываешь разные охинеи… Собирайся живо.

— Куда?

— Во дворец поедем.

— Теперь поздно, граф. Да к тому же я чувствую нездоровье. А завтра буду иметь счастье лицезреть нашу монархиню-благодетельницу.

— Ну, ладно. Завтра, так завтра! Прощай. Смотри же не хандри! И думать о монашестве брось. Монастыри не для нас с тобой построены, — уходя, весело проговорил граф Орлов.

— Верно, верно он сказал! Точно: монастыри не для нас построены. Мы туда не годимся. Куда уж нам! С чистым, незлобивым сердцем туда люди идут. Любовь к Богу, любовь к ближнему, вот что их тянет в обитель! А с преступлением и в келье не найдешь себе покоя. Еще больше, еще ужаснее тяготить оно тебя будет там. Так будем брать от жизни то, что она нам дает. А ты князь, Петр Михайлович, прости меня! Прости, что я невольным твоим убийцей стал. Эй, кто тут?

— Что приказать изволите, ваше превосходительство? — входя в кабинет, почтительно спросил камердинер.

— Одеваться и послать ко мне парикмахера. Еще приказать готовить лошадей.

— Слушаю, ваше превосходительство.

— Порассеяться или кутнуть мне необходимо! Ну, былого не вернешь. Что ждет меня впереди, я еще не знаю, но если счастие, то от него я не побегу, а буду стараться, как можно больше ловить его.

XIII

Уже была глубокая ночь, когда вернулся в свою квартиру Потемкин. Он был в очень веселом настроении и шел по своим комнатам, слегка покачиваясь.

— Смею доложить вашему превосходительству, что в вашем кабинете дожидаются, — робко проговорил камердинер Потемкина, идя впереди и светя ему путь шандалом в несколько горевших свечей.

— Что такое? Кто меня дожидается?

— А тот господин, который еще недавно был у вас, с которым вы изволили долго разговаривать.

— Как, как он осмелился?..

— Я не пускал его, ваше превосходительство, да ничего не поделаешь, нахрапом влез.

— А, нахрапом! Ты говоришь, он в кабинете?

— Так точно, ваше превосходительство! Не пускал, ничего не поделаешь.

— Хорошо. Сколько у меня дворовых на лицо?

— Человек двадцать.

— Выбери из них человек десять, которые посильнее. Скажи, чтобы прихватили веревки и еще что-нибудь, какое-либо оружие. Скажи им, чтобы они ждали моих приказаний, не выходя из передней, слышишь?

— Слушаю, ваше превосходительство.

— Ступай, пока ты мне не нужен.

Потемкин вошел в свой кабинет и увидал там с комфортом расположившегося на турецкой оттоманке Михаила Волкова, который спокойно курил из любимой трубки Потемкина его же табак.

— Убийца! Как ты осмелился показаться мне на глаза?

— Пожалуйста, потише! Без громких фраз.

— Я сейчас прикажу моим лакеям связать тебя и отправить в полицию.

— Не горячись, ваше превосходительство! Ты этого никогда не сделаешь.

— Нет, сделаю. Зачем ты пришел? Что тебе надобно?

— Денег, — совершенно невозмутимо проговорил Волков, пуская клубы дыма кольцами.

— Я тебе заплатил.

— Только половину. А за остальными-то вот я и пришел.

— Ты их не получишь.

— Получу.

— Слушай, Волков, не выводи меня из терпения.

— А что же ты, ваше превосходительство, сделаешь?

— Я убью тебя как собаку!

— Фу, как грозно. Не убьешь, Григорий Александрович, мой милый сотоварищ и соучастник, если хочешь.

— Верно, убивать тебя я не буду, марать рук своих не стану. Ты будешь достоянием палача.

— Ой-ой-ой, какие страсти! Послушай-ка, ваше превосходительство: если я виновен в убийстве покойного князя, который стоял на твоей дороге, то столько же и ты в том виновен, за это убийство ты же мне денег дал, ты подкупил меня.

— Врешь, злодей, врешь. Ты убил князя как разбойник, как злодей, исподтишка. Будь ты проклят, дьявол!

— Аминь! Продолжайте, ваше превосходительство. А как вы наивны, Григорий Александрович! Вы сообразили, что я свою башку черт знает для кого и для чего подставлю под пулю или под шпагу покойного князя Голицына! Положим, что ты подкупил меня для того, чтобы я вызвал князя на дуэль. Но ведь через это ты бы не достиг своей цели. Князь бы убил меня как щенка какого-нибудь, и он был бы по-прежнему в славе, в фаворе, а ты прозябал бы где-нибудь, командуя полком.

— На, получай деньги и убирайся к дьяволу, — бросая чуть не в лицо большой пук новеньких ассигнаций Михаилу Волкову, крикнул Потемкин.

— Ну, туда мне не дорога. Я этой же ночью уезжаю за границу.

— Исчезни, и чтобы больше тебя я никогда не видал. Горе будет, если ты снова попадешься мне на глаза.

— Ох, как страшно! Недаром ты генерал, ваше превосходительство. А знаешь ли друг ты мой сердечный, Григорий Александрович, если бы ты приказал своим холопишкам меня удушить или связать и в полицию представить, то не прошло бы недели, как весь Питер узнал бы, что на убийство князя Петра Михайловича Голицына подкупил не кто иной, как генерал Григорий Александрович Потемкин. И узнали бы это из «Курантов», которые в Гамбурге печатаются. И те «Куранты» государыня очень аккуратно читает. В Гамбурге у меня приятель есть, задушевный приятель. Вот я ему и составил цедулку, разумеется, с подробным объяснением дуэли и о том, как ты подкупил меня. Если через неделю я не явлюсь в Гамбург, то это известие будет напечатано.

— Проклятая сатана!

— Фу, как вы меня пожаловали, ваше превосходительство. Исчезаю, только не в тартарары, куда бы вы меня так охотно отправили, а в вольный город Гамбург. Адью, моншер! — быстро удаляясь, насмешливо промолвил Михайло Волков.

1 ... 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 157 ВПЕРЕД
Перейти на страницу:
Комментариев (0)
название