В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

– Как ты, Драко? – Люциус мягко опустился на колени, обнял сына и крепко прижал его к себе. – Мы с мамой очень скучаем.

– Порядок, пап, – Драко заставил себя немного отстраниться и внимательно посмотрел на отца. Великолепен, как и всегда, но глаза не смеются, наоборот, какие-то больные и тоскливые.

Нотт, чинно стоявший поодаль, даже рот приоткрыл, наблюдая за Малфоями. Отец незаметно скосил глаза на офигевшего Нотта и тихо спросил, не шевеля губами:

– Уже подружились?

– Нет, а надо? – так же тихо ответил Драко.

– У меня дела с его отцом, лишним не будет.

– А я-то гадаю, что за реверансы? – Драко уткнулся лицом в отцовскую мантию и тихо засмеялся. – Чуть мозги не сломал.

Люциус погладил Драко по голове и прошептал:

– Снейп как?

– Не помирились?

– Нет, а надо?

– Па, он, по-моему, с катушек съехал, – честно сказал Драко. – Думай сам. Мы ещё не поговорили ни разу, но ведёт он себя очень странно.

Отец помрачнел:

– Хочешь сказать, что ты здесь предоставлен сам себе?

– Я не жалуюсь, – ухмыльнулся Драко.

– Кто бы сомневался, самостоятельный мой. Мистер Нотт, – отец встал на ноги и еле заметно повёл палочкой, приводя себя в порядок, – ваш батюшка передал вам письмо и велел писать ответ способом, о котором вы уговаривались.

Нотт взял письмо и ещё раз с интересом оглядел обоих Малфоев:

– Благодарю вас, милорд. Позвольте откланяться.

– Ступайте, юноша, – фыркнул Люциус и, наложив заглушающие заклятия, спросил у сына: – Что у вас происходит?

Через десять минут взбешённый Люциус понёсся в сторону директорского кабинета, а Драко, предвкушающий бенефис pater`а, вернулся в Большой зал.

– Знаешь, Малфой, – Нотт подвинулся к Драко и понизил голос, – я был уверен, что твой отец колотит тебя тростью.

– Что?! – вытаращил глаза Драко.

– Ты совсем не похож на него, – задумчиво сказал Нотт.

– Моя мать – Блэк, идиот, – засмеялся Драко. – Во мне их поровну.

Нотт только вздохнул:

– Теперь понятно.

Тут на плечо Малфою опустилась чья-то тяжёлая рука и суровый голос произнёс:

– Драко Малфой! Ты ничего не хочешь нам рассказать?

О, Мерлин! Драко аккуратно обернулся и увидел взволнованного Винса, хмурого Грега и внешне невозмутимую Милли. Нотт заржал и пересел к своим, там Деррек с Причардом шипели друг на друга, споря о наилучших способах охоты на троллей.

Малфой мысленно встряхнулся, приготовившись врать и изворачиваться, и робко улыбнулся суровой троице той самой улыбкой, завидев которую, Нарцисса отправляла домовиков на инвентаризацию поместья.

Студенты просидели в Большом зале ещё примерно час после отбоя, пока им не разрешили разойтись по гостиным.

В подземельях змеёнышей встретил хмурый Снейп и сухо поведал им историю Рональда Грозы Троллей. Новость о серьёзно пострадавшем Поттере ошеломила Драко. Похоже, с лицом он не совладал, потому что Грег мигом отодвинул его за свою спину, а Милли вцепилась в руку и зашептала на ухо какие-то утешения.

А внутри Малфоя бушевал Драко Блэк, сыплющий страшными угрозами в адрес шестого Уизела и противной грязнокровки. Это они, никчемные уроды, притащили Поттера к троллю. Его, Драко, личного Поттера! К огромному, грязному, вонючему, страшному троллю! Убить тварей!

Всю неделю, пока Поттер находился в Больничном крыле, Малфой пытался удержать в узде внутреннего Блэка и прорваться к Поттеру. И если первое ему с огромным трудом, но удавалось, то навестить Поттера Драко не смог – к нему никого не пускали. Драко Блэк пребывал в бешенстве, Драко Малфой продумывал дальнейшие планы.

Гарольд Джеймс Поттер не станет оружием в руках зарвавшихся грифферов, порукой тому честь рода Малфоев.

И Блэков, если те уймутся и покинут голову несчастного Драко.

Вот.

В слизеринской гостиной Гарри встретили почти что дружелюбно. Немногие старшекурсники с лёгким интересом взглянули на Гарри, пара девчонок-второкурсниц о чём-то зашепталась и захихикала, и только Монтегю негромко пробурчал:

– О, мистер «Двадцать баллов со Слизерина» припожаловал. А мы-то так надеялись на тролля.

Гарри вздёрнул подбородок, высокомерно пожелал всем доброго вечера и отправился в спальню. Остальные, похоже, были на ужине в Большом зале, и у Гарри было немного времени собраться с духом и подумать.

На Флинта придётся жаловаться, ничего не попишешь, иначе чёртов грубиян достанет Гарри своими гнусными шуточками.

«Дракклов, – поправил Гарри сам себя. – Маги не поминают чертей. Интересно, почему?» Поттер вздохнул, потёр ущипнутую ягодицу и задумался. О брачных обычаях магов он ничего не знал. А вдруг придурок Флинт не шутил, и у Гарри действительно появились какие-нибудь обязательства перед Уизли? Даже у маглов кое-где регистрируют однополые браки, маги же могут и не такое учудить.

То, что тролля убил не рыжий Рон, проблему не снимало. Тролль-то один и тот же. Какая разница, Уизли женится на Гарри, или Гарри женится на Уизли?

Поттер припомнил совет Сметвика обратиться за консультациями по вопросам семьи и брака к однокурсницам.

Девчонки… А это идея. Дома, в младшей школе, Гарри был в прекрасных отношениях с девочками. В окружении дам и девиц он чувствовал себя намного спокойнее и свободнее, чем, например, среди дружков Даддерса.

Здешние девочки явно держались особняком от мужской половины факультета. Даже те, кто имел приятелей среди мальчишек, вроде малфоевской подруги Булстроуд, большую часть дня проводили всё-таки в своём кругу.

Девочки младших и средних курсов Слизерина традиционно занимали тот угол гостиной, где стояли овальный стол, окружённый небольшими креслами, и полудюжина уютных диванчиков на гнутых ножках. Эта территория почти всегда находилась под заглушающими заклятиями, и парни не смели вторгаться в «дамскую гостиную» без веских на то причин.

Гарри припомнил обитательниц гостиной. Его собственные однокурсницы отпадали сразу. То, что знает Булстроуд, узнает и Малфой, а Гарри это ни к чему. Панси Паркинсон Поттера игнорировала, её отец был приближённым Тёмного лорда. Дафна Гринграсс недавно переехала с родителями из Германии и сама не слишком разбиралась в английских обычаях. К тому же она подружилась с Паркинсон.

Лично Гарри нравилась префект пятого курса Уилкис. Сдержанная и неглупая, она добросовестно опекала вверенных ей первокурсников, в отличие от её напарника Ургхарта. Тот ни о ком не заботился, кроме Нотта. И компания Уилкис Гарри нравилась – тихие, скромные, небогато одетые девочки с приятными манерами. Нормальные чистокровные ведьмы из обычных семей со скромным достатком.

Решено. Сначала он попросит Уилкис о помощи, а потом наябедничает Нотту на Флинта.

Геройскому плану чуть было не помешал Малфой. Он ворвался в спальню так, будто за ним гнались убийцы, и зачастил, поразительным образом умудряясь даже при скороговорке тянуть гласные:

– С выздоровлением, Поттер! Ты достаточно оправился, я надеюсь? Нам срочно нужно поговорить, чтобы нас никто не видел и не слышал. Пойдём!

И нахально потащил Гарри к выходу. Гарри выдернул свою руку из цепкой малфоевской хватки и решительно сказал:

– Никуда я не пойду, Малфой. Я тут уже как-то сходил поговорить, мне хватило, спасибо.

– Гарри, ну, пожалуйста, это очень важно! – Малфой устремил на Поттера жалобный взгляд и совершенно по-девчачьи затрепетал ресницами.

– Нет уж! – Гарри попятился назад, к своей кровати. Он вдруг преисполнился страшными подозрениями, вспомнив уверенность Сметвика в том, что Малфой ждёт, когда Поттер попросит у него покровительства. А вдруг Малфой решил не ждать, пока Гарри созреет, и собрался как-нибудь спровоцировать Гарри на просьбу? На минуточку, папенька у него – Правая рука Того Самого Парня, небось, обучил сыночка множеству гадостей.

К тому же, мадам Помфри строго-настрого предостерегла Гарри от необдуманных шагов по поиску покровителя: