Темная стража

Тан ушел вперед, карабкаясь на гору ровным шагом вьючного животного. Эдди не пытался нагнать его, поглядывая на расползающуюся высоко над головами тучу пепла и обдумывая только что услышанное. Управляющий хочет эвакуировать своих людей и охрану, но, судя по всему, ему требуется позволение какого-то человека по имени Антон, располагающего связями, достаточными, чтобы не подпускать сюда русских вулканологов. Южноафриканец доказывал, что момент самый подходящий. Сухой док вместе со своими мощными буксирами готов к отплытию; похоже, золота, предназначенного для чеканки монет, они уже скопили достаточно. Обогатительный завод, предположительно самый важный и дорогой предмет оборудования, можно отбуксировать подальше от опасности. Суда на берегу, служащие бараками, стоят не больше металлолома, и вот-вот поступит новая партия. Остаются лишь рабочие, а заменить рабов, как сказал Паулюс, когда миллион китайских нелегалов каждый год оседлывает змею, достаточно просто.

Эдди понимал их извращенную логику. Единственная действительно ценная вещь, которую они потеряют на самом деле, — это время.

Прокатилась очередная волна землетрясения. Эдди понимал, что существует реальная опасность пробуждения вулкана, и воображал катастрофическое извержение, способное уничтожить все на площади в пару сотен квадратных миль, как гора Святой Елены. Ни ему, ни кому-либо другому из брошенных на месте подобный взрыв не пережить. За последние пару дней он настроился проработать здесь недели или даже месяцы, сколько бы Хуану ни потребовалось, чтобы его отыскать, а в спасении он не сомневался. «Корпорация» своих не бросает.

Но Паулюс и Савич могли позволить себе одну-единственную вещь, которой Эдди Сэн больше не располагал, — время.

ГЛАВА 20

«И надо же, чтобы из всех машинных отделений всех кораблей на свете она заявилась именно в мое», — промелькнула в голове Кабрильо непрошенная мысль.

Невидимый противник убрал оружие от его затылка, и в тот же миг Хуан отключил и компьютер, и фонарик.

— У вас прибор ночного видения? — шепнул он в невидимое ухо.

— Да, — раздался почти беззвучный ответ.

— Ведите. — И взял стрелка за руку — изящную и деликатную, несмотря на кожаные перчатки.

Фонари приближающихся людей давали ровно столько света, чтобы Хуан не разбил себе в лесу труб колено или голову, но не мог определить, в правильном ли направлении движется. Оставалось лишь положиться на человека, всего минуту назад приставившего пистолет к его черепу.

Он пробыл на борту корабля почти сорок минут, так что его появление вряд ли обнаружено, а значит, охрану насторожила его спутница. С его стороны было бы разумнее разойтись с ней, добраться до борта и вернуться на «Орегон». Однако при этом слишком много вопросов останется без ответа. И пока что получить их можно, только если держаться вместе.

Они добрались до люка, ведущего в помещение механизма рулевого управления. Как только они переступили порог и свернули за угол технического коридора, преследователи стали больше не слышны.

— Так кто же вы? — спросил он, пока они бесшумно пробирались к носу. — Эм-Ай-6? — Британская разведка, их эквивалент ЦРУ. Ответом ему было молчание. — Королевский ВМФ?

— Нет, — ответила Виктория Боллинджер. — Я оперативный сотрудник Лондонского Ллойда, отдел жульничества.

Если у Ллойда из-за пиратов в Японском море страховые выплаты поползли вверх, вполне разумно послать кого-нибудь заняться расследованием, и это объясняет ее присутствие на борту злополучного «Авалона». Скорее всего, на борту была целая команда, призванная положить конец пиратству и выяснить, кто стоит за нападениями. К сожалению, они крайне недооценили степень изощренности пиратов, и в результате уцелела одна Тори.

— А как насчет вас? — поинтересовалась она. — Вы по-прежнему утверждаете, что являетесь капитаном неприкаянного сухогруза с рыболокатором, парой аквалангов и даром оказываться в нужном месте в нужное время?

— Об этом поговорим, как только выберемся отсюда, — лаконично отрезал Кабрильо. Ему было не по душе ни ее присутствие, ни крайняя серьезность обстоятельств, обнаруженных за секунды до ее появления. Время для контробвинений найдется позже. Сначала надо вернуться на «Орегон».

Он рискнул включить фонарик, но отрегулировал яркость так, что тот светил не ярче тлеющей свечи. Сняв очки ночного видения с головы, Тори сунула их в наплечную сумку, после чего ей пришлось сызнова убирать свои роскошные черные волосы под шапочку. Хуан бросил на нее взгляд, чтобы посмотреть ей в глаза. Они оказались голубыми, невозмутимыми и решительными, без малейшего намека на страх. Неизвестно, какую выучку она получила за время своей карьеры, но то, как она перенесла суровое испытание на затонувшем «Авалоне», и нынешнее самообладание подсказывали ему, что она готова на все.

Коридор окончился лестницей, ведущей к люку наверху.

— Итак, капитан, полагаю, у вас есть план?

— Мой первоначальный план не предусматривал встречи с вами и головорезами, которые явно пришли за вами. Я хочу пробраться мимо этих типов без перестрелки, а потом забрать свой дрегер, спрятанный в ангаре. Вы плаваете с аквалангом? — Тори резко кивнула. — Тогда поплывем на мой корабль.

— Я не выйду отсюда, пока не узнаю, что это за судно.

Заметив ее упрямо выпяченный подбородок, Кабрильо понял, что она не шутит.

— Мы находимся на корабле, которому тут быть не следует, под названием «Тойя Мару». Он был похищен, пока пираты атаковали «Авалон». Этот большой корабль, который вы запомнили, был плавучим сухим доком под названием «Маус». Пираты спрятали «Тойя Мару» внутри него и отбуксировали сюда. И все это под почти непрерывным наблюдением моих людей, могу добавить.

— Так почему же ему тут быть не следует?

— Потому что «Маус» еще в паре дней пути отсюда.

На ее красивом лице мелькнуло замешательство.

— Не понимаю.

Хуан начал терять терпение. Им надо отсюда выбраться, а на Тори напало желание сыграть в двадцать вопросов. Но правда в том, что он разгневан на себя даже сильней, чем она. Он, как и все замешанные в этом деле, не сумел предвидеть коварства пиратов.

— Это значит, что они знали о слежке с самого начала и только дожидались случая выгрузить «Мару», и тот представился, когда мне пришлось на денек отозвать «Орегон» близ Тайваня. Они поместили на этот корабль команду и довели его сюда своим ходом, а мои люди следовали за сухим доком с балластом. Судя по тому, насколько продвинулся демонтаж, я бы оценил, что он стоит в этом ангаре как минимум два-три дня. — Хуан коснулся ее рукава. — Я все вам расскажу, но после. Надо идти.

Не дожидаясь ответа, Кабрильо убрал пистолет в кобуру и полез вверх по лестнице. Страгиваясь с места, поворотный штурвал люка протестующе скрипнул, но дальше повернулся свободно. Откинув крышку и взяв пистолет наизготовку, он высунул голову на следующую палубу. Там было темно, как в угольной яме, и тихо. Выбравшись, он подождал Тори, а потом снова рискнул включить фонарик.

Узнал в этом помещении главный пульт управления балластом. Отсюда можно переключать систему помп, чтобы они перекачивали груз из цистерны в цистерну для регулировки дифферента. Хуан немного поразмыслил, не найти ли отверстие водозаборника, через которое воду закачивают внутрь для балласта, но на его поиски ушло бы слишком много времени, так что он открыл смотровой люк. Кроме того, водозаборник наверняка защищен крепкой решеткой, чтобы насосы не забились, если вдруг с водой всосет крупную рыбу или водоросли.

Сориентировавшись, он включил свой наладонник и отыскал комплект чертежей «Тойя Мару». На крохотном экране разобрать схемы было трудно, так что прошло минуты три, прежде чем он сумел найти путь к спасению.

— Есть, — наконец проговорил он. — Ладно, держитесь позади и не отставайте.

— Неужто рыцарство, капитан?

— Практически. На мне бронежилет, а если вы не сбросили за две недели двадцать фунтов, то на вас его нет.