Восемь
Восемь читать книгу онлайн
В стенах старинного монастыря на юге Франции сокрыто древнее знание. Сила, таящаяся в нем, выходит за пределы законов природы и понимания человека. Оно зашифровано в старинных шахматных фигурах, и за обладание ими начинается кровавая борьба между зловещими деятелями эпохи Великого террора.
Через двести лет после этого специалист по компьютерам Кэтрин Велис получает от таинственной гадалки предупреждение об угрожающей ей опасности и зашифрованное предсказание судьбы. Вскоре Кэтрин оказывается на шахматном турнире, и вокруг нее начинает происходить что-то непонятное: гибнут люди, в саму Кэтрин стреляют, ее преследует загадочный человек в белом. Постепенно она начинает понимать, что ведется какая-то большая игра и ей в этой игре отведена роль пешки…
Мировой бестселлер Кэтрин Нэвилл впервые выходит на русском языке.
Мощнее, увлекательнее, загадочнее «Кода да Винчи».
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Теперь оставался только один вопрос: как ей попасть туда, куда требовалось? Мирей проследила за тем, как продавец завернул нож в коричневую бумагу, заплатила два франка за покупку, взяла сверток и удалилась.
13 июля 1793 года
Ответ на свой вопрос Мирей нашла на следующий день, когда они с Давидом ссорились в маленькой гостиной рядом со студией. Как делегат Конвента, художник мог тайно провести племянницу в жилище Марата. Однако он отказывался, поскольку боялся. Их шумную перепалку остановило появление Пьера, слуги Давида.
— Перед воротами стоит леди, господин. Она спрашивает вас, говорит, ей нужно узнать о мадемуазель Мирей.
— Кто она? — спросила Мирей, бросая быстрый взгляд на Давида.
— Из благородных, такая же высокая, как вы, мадемуазель, — ответил Пьер. — У нее рыжие волосы, она назвалась Шарлоттой Корде.
— Впустите ее, — сказала Мирей, к огромному удивлению Давида.
Итак, это посланница, подумала Мирей, когда Пьер ушел. Она вспомнила холодную, переполненную гневом компаньонку Александрин де Форбин. Три года прошло с тех пор, как две монахини из Кана приехали в аббатство в Пиренеях сообщить, что шахматы Монглана в опасности. Теперь она явилась по просьбе аббатисы, однако слишком поздно.
Когда Шарлотта Корде вошла в комнату и увидела Мирей, она остолбенела, не в силах поверить своим глазам. Чуть поколебавшись, она уселась на стул, который предложил ей Давид, не спуская при этом глаз с молодой женщины. Перед Мирей сидела та, благодаря которой шахматы Монглана были извлечены на свет. Хотя время изменило их обеих, они до сих пор были похожи друг на друга: обе высокие, широкие в кости, с непослушными рыжими локонами. Их легко можно было бы счесть родными сестрами.
— Я уже отчаялась тебя найти, — сказала Шарлотта. — След давно остыл, и все двери передо мной закрывались при упоминании твоего имени. Мне надо поговорить с тобой с глазу на глаз.
Она посмотрела на Давида, тот сразу же извинился и вышел. Когда женщины остались одни, Шарлотта спросила:
— Фигуры в безопасности?
— Фигуры! — горько повторила Мирей. — Всегда фигуры, одни только фигуры. Я дивлюсь упорству аббатисы: Господь вверил ей души пятидесяти монахинь, женщин, которые удалились от мира, которые верили ей больше, чем самим себе. Она сказала нам, что фигуры опасны, но умолчала о том, что на нас будут охотиться и убивать. Что же это за пастырь, который ведет свою паству на бойню?
— Понимаю, ты расстроена смертью кузины, — сказала Шарлотта. — Но это произошло по несчастному стечению обстоятельств! Как и мою сестру Клод, Валентину растерзала обезумевшая толпа. Ты не должна допустить, чтобы это поколебало твою веру. Аббатиса избрала тебя для этой миссии…
— Теперь я сама выбираю свою миссию! — воскликнула Мирей, ее зеленые глаза пылали гневом. — И начну с того, что уничтожу человека, убившего мою кузину, потому что это не было случайностью! Еще пять монахинь исчезли за последний год. Я думаю, он знает, что сталось с ними и с теми фигурами, которые были им доверены. У меня к нему немалый счет.
Шарлотта схватилась за сердце. Она смотрела на Мирей, сидевшую по другую сторону стола, и лицо ее заливала бледность. Когда старшая монахиня заговорила, голос ее дрожал.
— Марат! — прошептала она. — Мне сказали, что без него тут не обошлось, но чтобы он… Аббатиса ничего не знает о судьбе пропавших монахинь.
— Похоже, аббатиса не знает многого, — ответила Мирей. — Я знаю больше. Я не собираюсь расстраивать ее планы, но есть вещи, которые я должна сделать в первую очередь. Вы со мной или против меня?
Шарлотта посмотрела на нее через стол, в ее голубых глазах отражались, сменяя друг друга, самые разные чувства. Наконец она встала, подошла к Мирей и положила руку ей на плечо. Та почувствовала, что Шарлотта дрожит.
— Мы уничтожим их, — с жаром произнесла бывшая монахиня. — Я сделаю все, что тебе потребуется от меня, я буду на твоей стороне — как и хотела аббатиса.
— Вы узнали, что Марат причастен к нашим бедам, — сказала Мирей с дрожью в голосе. — Что еще вы знаете об этом человеке?
— Я пыталась встретиться с ним, разыскивая тебя, — ответила Шарлотта, понижая голос. — Меня прогнал от его дверей слуга. Но я написала ему записку, в которой просила его о встрече сегодня вечером.
— Он живет один? — уточнила Мирей в возбуждении.
— Он делит комнаты со своей сестрой Альбертин и Симоной Эврар, его гражданской женой. Ты же не собираешься отправиться туда? Если ты назовешь свое имя или если они хоть что-нибудь заподозрят, тебя тут же схватят…
— Я не буду называть свое имя, — с улыбкой ответила Мирей. — Я назову твое!
Солнце уже садилось, когда извозчик, которого наняли Мирей и Шарлотта, остановил кабриолет на аллее перед домом Марата. Небо отражалось в окнах домов кроваво-красными отблесками, заходящее солнце окрасило камни мостовой в цвет меди.
— Я должна знать, какую причину вы назвали в письме, договариваясь о встрече, — сказала Мирей.
Я написала, что приехала из Кана, чтобы сообщить о противоправительственной деятельности жирондистов, — ответила Шарлотта. — Я написала, что знаю о зреющих там заговорах.
— Дайте мне ваши бумаги, — сказала Мирей, протягивая руку. — На случай, если мне понадобятся доказательства, чтобы пройти внутрь.
— Я буду молиться за тебя, — сказала Шарлотта, отдавая бумаги, которые Мирей спрятала за корсаж, рядом с ножом. — И ждать твоего возвращения здесь.
Мирей перешла улицу и поднялась по ступенькам на крыльцо каменного дома. Она помедлила перед дверью, где была прибита табличка с надписью:
ЖАН-ПОЛЬ МАРАТ, ВРАЧ
Затем девушка сделала глубокий вдох, взялась за металлический дверной молоток и постучала. Звук от ударов эхом отразился от стен внутри. Наконец она услышала шаркающие шаги, приблизившиеся к двери. Дверь приоткрылась.
Перед Мирей стояла высокая женщина, ее большое бледное лицо было испещрено морщинами. Одной рукой она смахнула прядь волос, выбившуюся из неряшливой прически, и вытерла испачканные в муке руки о полотенце, висевшее на ее необъятной груди. Женщина оглядела Мирей с ног до головы, задержавшись взглядом на отделанном воланами платье в горошек и локонах, которые падали на кремовые плечи девушки, выбиваясь из-под капора.
— Что вам нужно? — рявкнула женщина.
— Мое имя Корде. Гражданин Марат ждет меня, — сказала Мирей.
— Он болен, — прогнусавила ее собеседница.
Она стала закрывать дверь, но Мирей помешала ей.
— Я настаиваю на встрече с ним!
— Что происходит, Симона? — раздался голос другой женщины, появившейся в конце длинного коридора.
— Посетительница, Альбертин, к твоему брату. Я сказала ей, что он болен…
— Гражданин Марат захотел бы встретиться со мной, — выкрикнула Мирей, — если бы знал, какие новости я привезла
из Кана и из Монглана.
Сквозь приоткрытую в холл дверь раздался мужской голос:
— Посетительница, Симона? Веди ее ко мне немедленно!
Симона пожала плечами и знаком велела Мирен следовать за ней.
Мирей оказалась в большой комнате, отделанной изразцовой плиткой. Единственное окно располагалось под самым потолком, сквозь него было видно только небо, цвет которого уже превращался из закатного розового в сумеречный серый. Комната вся провоняла какими-то лекарствами и смрадом разложения. В углу стояла медная ванна на ножках. Там в тени, нарушаемой лишь светом единственной свечи, держа на коленях доску для письма, сидел Марат. Его голова была повязана влажной тряпкой, дряблая кожа казалась неестественно белой в скудном свете. Он склонился над бумагами, которые были разложены на доске вместе с перьями.
Девушка не могла оторвать глаз от этого человека. Он так и не взглянул на гостью, когда Симона привела ее и жестом велела ей садиться на деревянную табуретку рядом с ванной. Он продолжал писать. Мирей наблюдала за ним, и ее сердце оглушительно колотилось. Она подобралась, готовая прыгнуть на него, утопить его голову под водой и держать там, пока… Но Симона продолжала стоять за ее спиной.