2018.Лирика двадцати строк (СИ)

***

Снег кружит над лесами и полями,

И отступили теплые деньки,

Деревья вновь одеты кружевами,

А гололед принес беды венки.

Скрип тормозов на тонком льду разрушил

Еще совсем непрочную красу

И застонали родственные души,

И слезы грусти горько потекли.

А снег летел и таял, прикасаясь

К унылым и опущенным плечам,

Он охлаждал, а стоны, раздаваясь,

Будили жалость к сорванным сердцам.

А снег летит, машину укрывая

Пушистою, небесною каймой.

А люди как от боли зазывая,

Расходятся все грустные домой.

Морозец поспешил на помощь снегу,

Сковал он землю старою листвой,

И не мешал никто ночному бегу

Снежинок по замерзшей мостовой.

1985

***

Долго осень к зелени лесной

Не могла найти тропинки малой,

Но какой-то клен в воскресный зной,

Осени листву отдал устало.

Ярок, золотист кленовый лист,

Он один средь зелени сияет,

Взгляд его наивен и так чист,

Что березка цвет сменить решает.

И стройна березка, и бела,

Но померкла в желтеньком наряде -

Осень до раздумий довела

О былом, о свадебном наряде.

Липу и осину, словно фей,

Взгляд, горящий клена, привлекает -

Изменили зелени ветвей,

А он их попутно забывает.

И зеленый покраснел кустарник:

Жалко увядающих подруг.

Ветер - этой осени наставник -

Разметал их листики вокруг.

1985

***

Замело мои дороги снегом,

тихо и спокойно на душе,

и не надо мне спасаться бегом

от тебя на энном этаже.

Суета, любовные страданья

улеглись под снежною зимой,

приумолкли все исповедания

или надоели мне самой.

Я в свое спокойствие не верю,

Я не верю в эту тишину,

Подарить, хотя бы на неделю,

Тихую спокойную мечту.

Медленно уходит напряжение

и приходит внутренний комфорт,

отдает судьбе распоряжение

о приуменьшении забот.

Надо выбрать новые стремления,

накопить и знания для рывка,

и в ячейках мозга столкновения

стихнут у подножия витка.

1984

***

Мне шестое чувство говорит,

будто ты ко мне не равнодушен,

взгляд же твой любви мне не сулит,

значит, мост меж нами, вновь разрушен.

Может и в тебе какой-то страх?

Страх отказа, страх потери, гордость?

Или мысли превратились в прах,

и осталась показная колкость?

Я боюсь встречать твои глаза,

видеть в них немую отчужденность -

это хуже, чем в лесу гроза,

и виню себя за непокорность.

Я тебе, похоже, не нужна?

Блеском бриллиантов не сверкаю?

Оболочка для тебя важна!

Я как видно роли не играю!

А ты знаешь, я тебя богаче,

бриллиантов всех моих не счесть:

в день дождливый - это ль не удача,

посмотри: на всех деревьях есть.

1983

***

Снегом метель любовь замела,

Снегом укрыла чувства, дела.

Снегом глаза твои лишь блестят.

Снегом во мне твой холод - он яд.

Ладно, пусть грустен ты и жесток,

Ладно, наш путь с тобой недалек.

Ладно, меня не любишь, друг мой.

Ладно, все это было зимой.

Все же я верю, верю в мечту,

Все же в свою я верю звезду,

Все же не так и плохо сейчас,

Все же тебя я видела час.

Может, пройдут морозы, снега.

Может, любовь и будет легка.

Может, прекрасно будет весной.

Может, ты будешь рядом со мной.

Знаешь, а нам с тобою все шло.

Знаешь, а все же чувство пришло.

Знаешь, пусть двадцать два и мороз.

Знаешь, а мысли наши из роз.

1982

***

Боюсь я твоей красоты.

Боюсь твоих новых причесок.

Боюсь, что разлюбишь вдруг ты.

Боюсь я прекраснейших тезок.

Мне лучше, чтоб был некрасив,

Чтоб женщин других не смущал ты.

А если уж будешь красив,

То только меня замечал бы.

Но вот шаги. Они твои.

Моя душа пришла в смятение.

Ты подошел. Нет, не зови.

Ты, как лесное сновидение.

И посторонний разговор.

Наш разговор, какой-то праздный,

И молчаливый договор,

Весь недосказанный и праздный.

Глаза и сердце говорят.

Язык лишь наш болтает даром.

Страданья в воздухе парят

и окружают нас угаром.

1982

***

Два сердца наши тлели чуть заметно,

могли бы даже пламенем гореть,

но рядом с нами как-то неприметно,

Другое сердце вздумало гореть.

Ты стал другим. Она тебя манила,

пленила пышностью формальных слов,

и вот однажды и меня затмила,

и путь ее к тебе не слишком нов.

Любила ли она тебя? Не знаю!

Меня же не ненавидела. О, да!

И я решила даже как-то к маю,

покинуть треугольник навсегда.

Я обойдусь без слов твоих горячих,

Пусть об искусстве, музыке, кино.

Я обойдусь, любимый мой, иначе

мне будет больно, грустно и темно.

Делить тебя с другими очень тяжко,

отдать совсем - возможно тяжелей,

но выпита проклятий этих чашка,

и стала я безвыходно взрослей.

1981

***

Мне жизнь улыбнулась твоею - улыбкой,

она подарила простые слова,

земля под ногами не стала вдруг зыбкой,

от счастья не меркнет моя голова,

Я вновь задышала легко и счастливо,

мир краски свои для меня приобрел,

глаза засверкали, запели игриво,

и все потому, что меня ты нашел.

И стало приятно, легко и красиво,

куда-то болезни ушли из меня,

во мне появилась огромная сила,

и мне подмигнула подруга луна.

Душа обрела вновь покой и свободу,

скорей вновь на лыжи мне быстрые встать,

ведь я не боюсь совсем снега и воду,

и в лес мне умчаться, тебя повстречать.

А мысль моя теперь границ не знает,

И в небесах, и на земле летает.

В ней образ твой незримо поселился,

А образ недругов, на время, испарился.

15 ноября 1980

Остановись, мгновенье!

Где-то цех грохочет в шуме городском,

Каждый что-то хочет в городе своем.

Стройными рядами кульмана стоят,

И совсем не стройно люди здесь сидят.

Кто уткнулся в кульман, чертит не спеша.

До чего работа наша хороша!

Кто сидит и правит труд напрасный свой.

Вот, что представляет каждый сам собой.