Том 6/1. Статьи. Ученые труды. Воззвания

В Киеве – отцу воздухоплавания Змею Тугариновичу.

В нем же старику «Калевалы» <Вяйнямейнену> – намек на слияние финнов с русскими.

Памятник Рублеву – пусть напомнит русской живописи, что у ней есть древние корни в старь.

В Киеве – Никите Кожемяке.

В Москве и Донской области – Платову, Бакланову, Орлову, Дежневу (донским полководцам).

В Ростове-на-Дону – «Слава казаку» – высокий чугунный столб с венком.

Василию Шабанову в Москве.

На Волге в Самаре (ворота в Сибирь) – памятник Ермаку, самый высокий в мире, подобный статуе свободы в Америке, а в нем ладья <нрзб.> и колосс с дымящейся пищалью, а она светит огнем.

В Москве – Борису и Глебу.

Кроме того, Дежневу, Хабарову и Афанасию Никитину там же или в Астрахани.

На Волге в Самаре колоссальный памятник Земному Шару.

Персидской княжне, брошенной в Волгу, и Разину – памятник печальный на рейде перед впадением Волги в Каспийское море. И привлекут сердца персов.

Алиханову памятник в Москве. Это будет звать мусульман в русское русло.

Памятник славянофилам в Москве.

В Перми памятник Кукше – светоч, освещающий с высоты горы.

На Кавказе памятник Прометею в виде изваяния, прикованного к Казбеку.

В Крыму Диане и Митридату, и Ифигении, деве, закланной жрецом. И римскому полководцу, бывшему там. И Аврааму, приносящему в жертву Исаака.

В Казани памятник Охотину и Курбскому.

В Пскове Ордыну-Нащокину – первому столпу государства.

В Самаре памятник Адаму и Еве в виде высокой чугунной пальмы, узорный чугунный столб с венцом и белокаменными изваяниями <нрзб.> прародителей по ним, и львом и серной.

Памятник Рябову в Москве.

В Киеве памятник малороссийскому гетману Дорошенко и другим. Среди многих да будет человек с фамилией на енко.

В Холме Роману Галицкому.

В Киеве русскому языку в виде мирно сидящих орла и соловия, и лебедя внизу, на престоле из мраморных изваяний книг Пушкина, Льва Толстого.

Так украсится и освятится красотой и лепотой русская земля и великорусский материк, вспоминая и объединяя людей из русского народа.

<1913>

«А Китай растет в землю…» ^*

А Китай растет в землю, и от дружбы с ним станем хозяевами оной земли, рекомой Азией, яко янки <хозяевами земли>, рекомой Омерикой. А сам Китай зла не замышляет. А игра малая идет, чтобы копье Китая насторожить, аки рогатину, на сердце русское. А ведут ее янки, а втихомолку и другая. Самим же <русским>, поселившись на берегу морском, торговать безвозмездно и беспошлинно и стать, яко бриты глаголемые в Индии. Но треба не пускать <другах> на берег, а то будет худо, когда <нрзб.>. И многие озоруют, чтобы навлечь на нас гнев Китая. А забыли про гнев русский. И кто примет первый печаль, неизвестно.

Есть же неции мужи и глаголют, что Россия <яко> Чехия станет [в союз с немецкой державой, а после русский престол станет общегерманским престолом и потому Россия станет окраиной немецкой.] Або Польша – черновое письмо Руси, а судьбина общая.

Есть же другая, что глаголют, что случилось бы то, будь русские словянами, но не случится, бо русские – русские. Но великую смуту производят глаголющие первое и <нрзб.> треба породниться с русскими. И умолкнут говорящие злое. И будет великое веселие и краше станут русские девы. Да не меняют русского имени на славянское: мена не к володе.

Бе Пушкин как бы внук единого арапина, из страны черной вывезенного. И Ондрей Боголюбский бе сын туркини.

Инде же кровь холодна и я<ко> рекома скифская, треба поселить либо некую толику здравых телом персиян ли, с Святой ли земли арабов – они же одной веры с нами, либо румын, зело подобны римлянам они. Рекут: тече в жилах русских кровь чудьская. Оттого хилы и не люты, но кротки, иные суть плосконосы и не люты видом. Нам треба арабских невест дать либо румынских, и исправится образ их. Наблюдать же то следует на людях знаменитых и <славных>.

Глаголют неции, японская кровь была в малой толике хороша в Москве, и хорошая монгольская кровь идет – бе Карамзин, Аксаков праведные мужи. Глаголют, примесь монгольской крови противоборствует Западу. И то треба испытать, дабы был казак как ствол, а односельчане – древие.

Глаголют, где дымится рекомый завод, там нет казака. А не будет духа казацкого, кто защитит заводы? С хорошей же дружиной и заводы будут. Треба запретить в Донской области заводы, но избегать малоземелья.

Яко садовник над садом, тако Государь над своим народом трудится. А треба богатырям земли русской дать малую льготу, да выделены будут Государевым оком. И день для них назначить, праздник их.

Темным брадой и волосами, рекомым чернявыми, лепо родниться с грузинской або сартской кровью. Зело искусны сарты в торговле и ремеслах, и много мо<гут> производить добра.

Есть же кровь рекомая новгородская, в меру разумны, но сильны и смелы духом те люди и завоевательны зело.

Есть и волжская <кровь>, тело имеют великое и голубоглазы: те сосуды наипаче оберегать и блюсти, бо они влага рустия.

И дабы облегчить оные браки, треба для невест, яко для переселенцев из дальних стран, давать бесплатный проезд, чтобы жених за невестой и невеста к нему имели бесплатный проезд.

Был народ рекомый булгары, к войне был нестоятелен, но в деле купеческом искусен; шел он от словен и турков, и то иметь в виду надо.

Або краснокожих кровь мало привить: дики те и свирепы видом, имеют лютую храпость.

Еще есть малайцы – люди молоды и дики, и тех мало позвать в Россию да крестить.

А есть море рекомое Хвалынское, и живут люди зовомые ловцы, православные и русские родом. И больше нет моря, где бы были русские на море. И дать им вольный закон и суд иметь и чинить города на других морях опрочих.

А быть тому морю морской детской, и быть морскому союзу, чтобы не знали властей, не платили оброков, а то государству не в убыток. <А чтобы оттуда починка пошла>: пойти на Соловки да там устроила морское казачество, да вобрала в себя помор стародавних, да живут полной волей, да ставят пароходы и иное что, и никто, кроме них, да не ловит там рыбу. И оттуда ж путь на Сибирь. А не то шведы вкупе с англичанами подадут руку янки.

А жить на том севере тяжело и уже то будет служба, что живут. Да гостинец посылать им, хлеб и соль и прочее чего, а чтобы принимали всяк народ, ежели православен, и с них за то ничего бы не спрашивалось. И чтобы закон перед тем севером останавливался, яко перед святым местом. И в темницах еже суть, те могут на севере честно жить и на воле на приисках. И снимется с них осуда, и закон забудет их дела. И тако возникнет приморский люд на севере.

А треба в стране рекомая Монголия дать некоему обществу право созывать к себе всяк люд, и у них тот люд не оттягать, и пойдут туда разные люди и забудут зло, и через то Мунгалия получит нажиток.

Да пригороды треба построить под Москвой да Царьградом, да поселить донских <казаков> и пусть занимаются торгом.

<1913>

Бесплатные советы ^*

Ввиду того, что <часть> населения Астраханской страны бывает на суше не чаще, чем бакланы (только отдыхая и ночуя на ней), и писать для нее сухопутные советы и законы – праздное занятие, предлагается установить отдел земства – «морство» с заседающими в нем «морцами» с целью искусственного разведения редкой на Каспийском море птицы – русской. В этих видах бесплатно отводятся места по побережью для поселков, поступающие в собственность поселенцев. Земский пароход и холодильник ежедневно обходят эти морские поселения, доставляя пищу и скупая рыбу, и побережье принимает <постепенно> цветущий вид, приятно ласкающий земцев.