Хокку заката, хокку рассвета (СИ)

Черный Ягуар закрыл через отверстие в стене дверь на замок, вставил на место кирпич и захромал к выходу из подземелья. Высота подземелья была не такая уж большая. Он поставил под люком кверху дном ведро, оказавшееся для него ловушкой, выключил свет, залез на ведро, подпрыгнул, зацепился руками за края люка, подтянулся и вылез из подземелья. Закрыл отверстие деревянным щитом.

После электрического света подвала надо было опять привыкнуть к полумраку храма и выступающим из него строгим фигурам. Черный Ягуар повертел в пальцах прихваченную из подвала палочку, хотел уже, было, положить ее в карман, как вдруг на конце ее показался огонек. От огонька было немного света, но он был явственный и теплый. Он дрожал, словно живой, и от него бежали вокруг туманные тени. Черный Ягуар дотронулся до него пальцем. Огонек не обжигал. «Надо же — какие вещи умели древние делать», — подумал он и направился в сторону разбитого окошка, но вдруг замедлил шаг — неожиданно для себя он понял, для чего служат металлические столики с полыми короткими трубками. Ну конечно же, он держал в руках свечу — самую настоящую свечу. А трубки были подсвечниками. Он подошел к одному из столиков и поставил свечу в подсвечник. Ему показалось, что она стала гореть ярче. В ее свете был явственно виден крест и прибитый к нему человек. Сначала Черному Ягуару стало страшно. Так страшно, что он хотел стремглав убежать, несмотря на больную ногу. Но мастер жизни и смерти приучил его не бояться собственного страха. Черный Ягуар остался, остался назло своему страху. И страх отступил, но ничего нового он не услышал в своей душе. Пусто было в ней. Он подождал, пока свеча догорит до конца, и отправился к окошку. Быстро вскарабкался наверх. К вороненку уже, естественно, не полез. Аккуратно спустился вниз, посмотрел на часы — было уже полвторого. Медленной трусцой, припадая на больную ногу, побежал Черный Ягуар домой.

20

Старый глиняный китаец курил свою длинную трубку на балконе бао-та. Маленького декоративного здания, стоявшего на широком пластиковом подоконнике. Он осуждающе посмотрел на меня, но ничего не сказал. Он не доверял вайгуйлао — заморскому черту. Китайцы никогда и никому не доверяют. Знаменитая фраза аббата Куаньяра как нельзя лучше подходит к их национальному характеру.

«Слово дано человеку, чтобы скрывать свои мысли».

Внутренний мир китайцев замкнут, а искусство интриг высоко — именно поэтому они еще не завоевали мир. Им просто некогда. Они интригуют друг против друга.

Секретарь вбежал в кабинет и застыл на пороге, увидев бесчувственное тело своего босса. Через мгновение он заметил у меня в руке шокер, и понял, что Желтопузый жив. Я спокойно убрал шокер в карман. Против молодого тренированного бойца шансов у меня нет. Впрочем, один есть — купить бойца заранее. Не за деньги — за страх. Грехи, они у всех имеются, все люди когда-нибудь рискуют сесть на полосатую спину тигра. А потом тигр отправится по своим делам. Как любят говорить сами китайцы: скачущему на тигре трудно с него слезть.

— Где мужчина, которого задержали сегодня утром? — требовательно спросил я.

— Его увели челес челный ход, увасаемый, — секретарь так и не решился спрыгнуть с тигра. — Я не снаю куда.

У них есть черный ход? Интересно. Теперь я понимаю, почему Желтопузый отказывался переезжать в более комфортабельные аппартаменты. «В трудные времена каждый из нас должен личным примером…»

— Куда он ведет?

— Нисние этаси, а потом по заблосенному пути метло, — с готовностью отозвался секретарь. — Дальсе не снаю.

Я задумался. Через двадцать… нет, уже через пятнадцать минут Желтопузый очнется и жизнь моя весьма и весьма осложнится. Где-то глубоко внутри меня проснулся холодный и расчетливый циник.

— Убей его, — сказал циник.

Я отрицательно покачал головой.

Подошел к стаци, вставил носитель и запустил «кукушку». Среди сотен тут же родившихся файлов один нырнул в почтовую программу и отправился по адресам диких.

— Карта подземелий есть?

— Да, конесно, — китаец вздохнул с облегчением и добавил. — Спутниковая.

Мог бы и не добавлять, какие еще карты могут быть в наше время? Не бумажные же… А вот обрадовался ты зря, голубчик. Думаешь отделаться ударом шокера, а потом сочинить для своего босса красивую историю? Не выйдет. Я включил микробук, убедился, что заряда хватит на восемь часов работы без солнца, проверил спутниковую связь — ишь ты, а спутник-то не наш используется, бразильский. Что ж, тем лучше — всё остальное у меня было с собой. Сколько времени до связи с Ягуаром? Сорок минут? Очень хорошо.

— Оружие есть? — поинтересовался я у секретаря.

Тот вытащил бесшумный пистолет новейшей индийской разработки.

— Лучше будет, если я у тебя его заберу.

Он не колебался. Конечно. Если я его оглушил, то не забрать оружие было бы подозрительно. А взглянул на него все равно с жалостью.

— А теперь бери босса под мышки и тащи.

— Куда?

— К черному ходу, — ухмыльнулся я. — Пойдем все вместе.

— Но господин!

Выстрел в сторону. Ишь ты, испугался — и правильно. Кто их, вайгуйлао знает. Даже если живешь в их стране уже лет десять. Один выстрел и секретарь бросился вытаскивать своего босса из кресла.

А старый глиняный китаец шагнул со своего балкона и разбился вместе со своей длинной трубкой. За его плечами с утра стояла Смерть.

21

Сначала он хотел изменить традиции и проехать домой на струннике. В крайнем случае, на автобусе. Но на улице творилось нечто невообразимое. Толпы людей в обоих направлениях, на остановках не протолкнуться, втиснуться в наземный транспорт невозможно, а струнников не было видно вовсе. Хотя обычно в это время их движение бывало весьма оживленным. Черный Ягуар махнул рукой на очередь у остановки, она тянулась змеей на несколько десятков метров, и побежал домой. Было так много народу вокруг, что он даже не смотрел под ноги, не считал трещины на асфальте — только и приходилось, что лавировать между пешеходами, старясь не задеть их ненароком.

Вдруг служебный пикап резко затормозил рядом с Черным Ягуаром. Дверца раскрылась. Высунулся водитель — парень из Департамента, несколько раз обедал с Черным Ягуаром за одним столом в буфете для внутреннего персонала — предложил подкинуть до дома. Секунду поколебавшись — не любил быть никому благодарным — Черный Ягуар принял любезное приглашение, залез в машину.

Кроме водителя, в пикапе сидели двое охранников, а между ними спал молодой мужчина в форме капитана. Капитана охранники небрежно придерживали, положив ему на колени планшет, на котором резались в дурака. Похоже, капитан был без сознания, но для любой проверки на дорогах он, скорее всего, показался бы просто спящим чуркой. Черный Ягуар не любил задавать лишних вопросов, люди делают свое дело, очевидно, им приказали, в противном случае, стали бы они его подсаживать?

— Ногу подвернул. Вывих, кажется, — пожаловался он. — А струнники не работают, что ли? Народу вон сколько. Если б не вы, ребята, не знаю, как бы до дома добрался.

— Трос на центральном узле ё@нулся, — не отрывая взгляда от дороги, меланхолично ответил водитель. — Там полный пи@дец. Одиннадцать струнников в полный хлам, як винтокрылые пи@долеты. Двести семнадцать жмуриков, не считая пешеходов. Уё@ище, беспе@ды. До х@я покалеченных, все оцеплено, движение остановлено. Наземников толпа вылезла. Я, бля, даже не знал, что их стоко осталось.