Заметки вашего современника. Том 1. 1953-1970 (сокр.вариант)

Музей авиации. Первые французские самолеты «Фарман» и «Антуанетт» 1907 года. Велосипедные колеса. Человек весь на виду. Годы постепенно задвигали человека внутрь самолета, и теперь его не видно совсем.

Книжка 48

Июнь – сентябрь 1969 г.

Москва – Звёздный городок – Варна – Золотые Пески – Москва – Мостовая – Москва – Дубна – Москва – Мостовая – Москва – Черноголовка – Москва – Харьков – Киев

Познакомился со скульптором Николаем Брацуном. Он показывал мне свой проект памятника Юре Гагарину. Над Ленинским проспектом поднимается тонкая арка высотой метров 50 и внутри её, в верхней точке парит Гагарин. Стальной штырь из его спины, соединяющий фигуру с аркой, с земли не виден. Памятник выглядит очень эффектно. Приезжали космонавты, всем нравится...

Николай Брацун вскоре погиб в автомобильной катастрофе: его убил заснувший за рулем таксист. После его смерти проект отклонили, хотя, по моему мнению, памятник Брацуна по всем статьям лучше того «аквалангиста», который ныне стоит на площади Гагарина.

Сегодня в 15.30 в Звёздном городке встречают астронавта Фрэнка Бормана, командира «Аполлона-8», который облетел в конце прошлого года вокруг Луны. На широкой лестнице Дворца культуры выстроились маршал Кутахов 88 и другое высокое начальство ВВС. Борман с женой и двумя здоровенными дылдами-сыновьями, переводчиками и посольскими клерками подъехал на двух «Чайках». Невысокий, даже щупленький, рыжеватый, в легкомысленном зелёном пиджачке и зелёных брючках в клетку. Проворно выскочил из первой машины, поспешил ко второй, открыл дверцу, высадил жену, предложил ей руку и начал подниматься по лестнице. В этот момент Кутахов заголосил, косясь в бумажку:

"Уважаемый господин Борман! Позвольте приветствовать вас на земле Звездного городка, откуда 12 апреля 1961 года начал свой путь в космос первый космонавт нашей планеты Юрий Алексеевич Гагарин! Мы рады приветствовать вас, а в вашем лице отважных..." — И понёс, и понёс в том же духе.

Борман стоял и, улыбаясь, слушал нашёптывание переводчика. Кутахов умолк на секунду, чтобы перевести дух, и Борман успел просунуться в эту щель его речи:

— Господин маршал, прежде всего позвольте мне представить вам мою жену...

В зале Дворца культуры, на сцене, где сидел астронавт, чтобы он не забыл, кто всё-таки первым полетел в космос, повесили огромный портрет Гагарина. Борман держался очень непринуждённо, весело. На вопрос, как выглядит лунный ландшафт вблизи, сказал:

— Это суровая безжизненная пустыня. Наш прошлый президент Джонсон был родом из Техаса, так вот ребята с «Аполлона-10» говорили ему, что Луна похожа на Техас. А наш нынешний президент Никсон из Калифорнии. Так что может оказаться, что Луна теперь будет похожа на Калифорнию.

5.7.69

Эти люди первыми облетели вокруг Луны: Фрэнк Борман, Уильям Андерс и Джеймс Ловелл 

Завтра «Аполлон-11» стартует к Луне. Вот до чего дожили: люди летят на Луну!

15.7.69 

Мою статью об «Аполлоне-11» отложили на неопределённое время. Интервью Губарева с Сернаном 89 сняли из номера, так как пришло указание из ЦК «освещать «Аполлон» по ТАССу». Мне наплевать, что работа моя пропала. Меня стыд терзает. Неужели опять такой позор?..

Моя статья «Следы на Луне» была опубликована в «КП» только 26.7.69, то есть на десятый день после старта «Аполлона-11».

Дома у Владислава Волкова. После встречи в «Отделении № 11» мы не встречались. Кажется, он полетит в космос. Буду писать о нём очерк. Окончил МАИ. Учился в аэроклубе. В «Спартаке» играл в хоккей: Быканов – Петров – Волков – лучшая тройка «Спартака». Команда МАИ стала чемпионом Москвы среди ВУЗов по футболу, Вадим стоял вратарем. Спортивные разряды по гребле и настольному теннису. Занимался лёгкой атлетикой, баскетболом, волейболом, парусным спортом. Играл в спектакле «Трембита» театральной студии МАИ. Занимался в школе бальных танцев, получил приз за мазурку. Науками в МАИ не занимался, но любил электротехнику, вёл в школе кружок по физике.

После МАИ работал в КБ С.П.Королёва. Написал заявление с просьбой включить его в отряд, но Королёв «завернул», хотя никто из штатских кандидатов в космонавты не прыгал затяжными прыжками, да и по здоровью Волков был самый крепкий. Долгий разговор с СП: «У тебя много недостатков, ты – зазнайка. Ты должен стать солидным человеком. Нельзя быть таким откровенным со всеми, ведь люди – злы. Я из тебя сделаю отличного космонавта, но будь посолиднее...» Когда СП гневался, он кричал Вадиму: «Я тебя не только в космос, я тебя верхом на вороне не пущу летать!» Волков знал, что Королёв мечтает провести в космосе электросварку, и Волков тоже очень хотел этим заняться, но сварку доверили Кубасову 90. Волков сказал мне: «Я хочу быть нужным всегда».

Рос в окружении авиаторов: отец работал в авиапроме, у Мясищева, Туполева, Яковлева. Мама – у Туполева, дядя Петя вернулся с фронта прославленным лётчиком. «В нашем доме жил Миль 91!» Во время войны жил в Омске. Жмых, печка-«буржуйка». (Тут обнаружилось, что мы с Волковым во время войны одновременно жили в Омске и даже недалеко друг от друга. Поразительно совпадали детали быта. Но он на три года моложе. 7 и 10 – это в детстве большая разница.) Пел в хоре мальчиков в Колонном зале, даже поступал в хор Свешникова 92. С женой Люсей встретился ещё в школьные годы. Женился в 20 лет. Отцом стал, когда был студентом. У Вадима познакомился с Петей Калодиным. Он тоже в отряде космонавтов – единственный представитель и не лётчиков, и не инженеров – офицер-ракетчик. Тренируется для полёта на первую орбитальную станцию, которую планируют запустить где-то весной 1971 года.

Михаил Аполлонович Пузанов был другом Сергея Королёва в киевском Политехе. Потрясающая память! Помнит буквально всех преподавателей и студентов, а ведь с тех пор прошло 45 лет! Узнал от него очень много.

Книжка 49

Сентябрь 1969 г. – январь 1970 г.

Одесса – Москва – Байконур – Караганда – Малеевка

Сергей Королёв плавал в Одессе на яхте «Маяна», сделанной в Англии по проекту знаменитого Мильна – лучшего в мире строителя яхт. Из 12 всемирных гонок эта яхта 8 раз была первой и 2 раза второй. А самой первой яхтой на Чёрном море была «Нелли», которая принадлежала миллионеру Анатра, с кливерным носом и брюхом, обшитым медью. В молодости она возила пряности с Малайского архипелага. Прожила 60 лет.

После революции срочно стали яхты переименовывать. «Маяна» превратилась в «Лейтенанта Шмидта», «Меймон» стал «Коммунаром», «Ванити» – «Комсомолией». Командиром «Маяны» был Георгий Эдуардович Вицман. Ему было в те годы около 45 лет. Кубрик яхты был рассчитан на 8 человек. Королёв ходил на ней в Николаев, Херсон, под Очаков. «Маяна» пережила Королёва: она существует до сих пор.

Многие страницы записной книжки № 49 заняты сведениями о жизни Сергея Павловича Королёва в Одессе в 1917-1924 годах, которые вошли в мою книгу «Королёв. Факты и мифы»

В «Союзе-8» должны были лететь Николаев и Севастьянов, но Андриян завалил предполётный экзамен. Севастьянов пришёл в ярость, материл Николаева, обзывал «грязным чувашом». Полететь Виталию хочется безмерно, жажда славы обуревает его. Он уже всё продумал наперёд. В Евпатории во время посадки «Венеры-4» расспрашивал меня, какие гонорары платят за книги разные издательства. Ещё никуда не летал, ничего не написал, а уже интересуется гонорарами. Завидую такой предусмотрительности. Я не могу заключать договоры на ненаписанную книгу: а вдруг не получится?!