Очерки истории Всероссийской Чрезвычайной Комиссии (1917—1922 гг.)

В отношении же рабочих и трудовых крестьян, втянутых, в силу их малосознательности, в антисоветские выступления, Советское правительство проводило иную политику.

25 апреля 1919 г. ВЦИК по личной инициативе В. И. Ленина принял постановление об освобождении из заключения некоторых категорий арестованных и осужденных [187]. ВЦИК отмечал в этом постановлении, что отдельные, хотя и незначительные, группы рабочих и крестьян были вовлечены контрреволюционерами в открытое выступление против Советской власти. Только малосознательностью рабочих и крестьян объяснялось их участие в подобных выступлениях. Поддавшись на провокацию антисоветских партий, призывавших к забастовкам и демонстрациям, несознательные группы рабочих и крестьян нанесли ущерб Советскому государству. Но, учитывая все обстоятельства и желая облегчить участь этих рабочих и крестьян, ВЦИК постановил:

«1) Предписать Всероссийской Чрезвычайной комиссии, всем губернским чрезвычайным комиссиям и революционным трибуналам немедленно освободить от заключения тех замешанных в столкновениях с Советской властью рабочих и крестьян, которые примкнули к выступлениям против Советской власти вследствие малой сознательности и которым не предъявлено обвинение в организации восстаний против Советской власти.

2) Предписать революционным трибуналам пересмотреть списки лиц, осужденных за участие в выступлениях против Советской власти, освобождение коих не представляет опасности для республики» [188].

Этот акт Советского правительства имел громадное политическое значение. Он наглядно показывал народным массам характер Советской власти как власти рабоче-крестьянской и способствовал высвобождению из-под влияния мелкобуржуазных партий тех незначительных слоев трудящихся, которые еще поддавались антисоветской агитации. Декрет ВЦИК сыграл важную роль в дальнейшем укреплении союза рабочего класса со средним крестьянством.

В результате мер, принятых Центральным Комитетом партии и Советским правительством, сложилась та структура чрезвычайных комиссий, которая наиболее соответствовала условиям гражданской войны. Четкое определение прав ВЧК и ее местных органов способствовало укреплению революционной законности в их деятельности и усилению борьбы с врагами Советской власти. Все это позволило ЧК встретить во всеоружии новую волну контрреволюционных заговоров, поднявшуюся в связи с походами Антанты, предпринятыми против Советской России в 1919–1920 гг.

ГЛАВА III. ВЧК В ПЕРИОД РАЗГРОМА ИНТЕРВЕНТОВ И БЕЛОГВАРДЕЙЦЕВ

1. Укрепление советского тыла

Замысел международной контрреволюции подавить Советскую власть в России в основном собственными силами потерпел полный крах. Революционизирующее влияние великого социалистического переворота в России очень быстро сказалось как среди солдат оккупационных армий, так и в тех государствах, откуда присылались эти армии. В оккупационных войсках началось брожение, доходившее до открытых выступлений против империалистических правительств, как это было, например, во французском флоте. Рабочие Англин и других стран выступали с лозунгом «Руки прочь от России!» Ллойд-Джордж в январе 1919 г. вынужден был заявить, что посылка британских войск в Россию грозит солдатским бунтом. Такое же настроение было и в американской и во французской армиях.

В апреле 1919 г. страны Антанты вынуждены были поспешно вывести свои войска с юга России.

В. И. Ленин увидел в этом факте огромную победу Советской страны. Он указывал, что «победа, которую мы одержали, вынудив убрать английские и французские войска, была самой главной победой, которую мы одержали над Антантой. Мы у нее отняли ее солдат. Мы на се бесконечное военное и техническое превосходство ответили тем, что отняли это превосходство солидарностью трудящихся против империалистических правительств» [189].

Таким образом, расчеты империалистов на удушение Советской России своими вооруженными силами лопнули уже в начале 1919 г. Но это отнюдь не означало, что Антанта отказалась от борьбы с Советской властью. Убедившись в невозможности вести войну с Советами собственными войсками, империалисты Антанты перенесли главное внимание на организацию контрреволюционного похода силами белогвардейцев и зависимых от Антанты государств (Польши, Румынии, Финляндии), а также на развертывание шпионско-подрывной работы внутри Советского государства.

Новый поход был намечен на весну 1919 г. Этот срок был избран не случайно. Империалисты Антанты опасались, что в связи с освобождением Поволжья и Украины Советская Россия вырвется из тисков продовольственного кризиса, окрепнет экономически и тогда с нею трудно будет справиться. Вот почему интервенты стремились нанести удар побыстрее, пока Советская власть не успела широко использовать плоды своих побед в Поволжье и на Украине.

Положение Советской республики оставалось по-прежнему тяжелым. «В это полугодие, — говорил Ленин на VIII съезде партии в марте 1919 г., — когда продовольственный и транспортный кризисы сгрудились, и империалистические державы пытаются наступать на нескольких фронтах, наше положение чрезвычайно тяжело» [190].

Весенний поход Антанты был комбинированным. Главный удар по указанию интервентов наносил Колчак с востока. Ему помогали: Деникин — с юга, белополяки — с запада, белогвардейцы Родзянко и Булак-Балахович — на Петроградском участке.

Партия и Советское правительство призвали народ на борьбу с Колчаком.

12 апреля в «Правде» были опубликованы написанные В. И. Лениным «Тезисы ЦК РКП (б) в связи с положением Восточного фронта». ЦК партии требовал все внимание уделить Восточному фронту, руководствуясь лозунгом: «Все на борьбу с Колчаком!» Серьезное внимание отводилось в «Тезисах» борьбе с внутренней контрреволюцией и ее агентурой — эсерами и меньшевиками. «По отношению к меньшевикам и эсерам, — говорилось в «Тезисах ЦК РКП (б)», — линия партии, при теперешнем положении, такова: в тюрьму тех, кто помогает Колчаку сознательно или бессознательно» [191].

Анализируя методы борьбы империалистов против Советской республики, В. И. Ленин отмечал, что враги социалистической революции никогда не ограничивались внешним натиском. Они всегда старались обеспечить себе успех на фронте также путем организации восстаний, заговоров, террористических актов внутри страны [192].

Так было и на этот раз. Как только началось наступление белогвардейцев на Восточном, Южном и Западном фронтах, внутри Советской республики стали вспыхивать белогвардейские и кулацкие мятежи.

11 и 14 марта 1919 г. штаб войск ВЧК отмечал в своих сводках кулацкие мятежи, вспыхнувшие в ряде районов Самарской и Симбирской губерний. Против мятежников были направлены сводные части рабочего полка Симбирска и отряд губернской чрезвычайной комиссии. Бои были короткие, но жестокие. 17 бойцов из отряда губчека было ранено и убито. Но уже 13 марта мятеж был ликвидирован. В сводке штаба войск отмечалось: «Главные элементы повстанцев— кулаки… Идейные руководители восстания — эсеры» [193].

12 марта началось серьезное контрреволюционное выступление в Брянске. Восстали 5 тысяч солдат 34-го и 35-го полков, из которых 800 человек имели оружие. Повстанцы захватили станцию Брянск, железнодорожный телеграф, разогнали Льговский Совет в предместье Брянска. И здесь антисоветский мятеж был делом рук эсеров.

ВЧК вынуждена была стянуть к Брянску значительные силы. Как отмечается в оперативной сводке, восстание было подавлено к 15 марта «Московским отрядом войск ВЧК, Калужским отрядом, Московским отрядом ж. д. охраны, Смоленским батальоном войск ВЧК, отрядом орловских курсантов. Курским отрядом, местной милицией и коммунистическим отрядом» [194]. Особый героизм проявили московские чекисты и коммунистический отряд Брянска. 15 марта в городе был установлен порядок.