Два трактата о правлении

166. Прежде чем покончить с этим, я должен опросить нашего автора, откуда он знает, что, "когда бог избирает какое-нибудь особое лицо и делает его царем, он имеет в виду, что потомство тоже должно этим пользоваться". Выражает ли это бог в виде закона природы или в откровении? В том же самом законе он должен сказать, кто из его потомства должен получить корону по наследству, и тем самым указать наследника, или же позволить его потомству делить власть или драться за нее; оба этих положения в одинаковой мере нелепы и таковы, что уничтожат всякую выгоду для потомства от такого пожалования. Когда делается любое такое заявление о намерении бога, наш долг - верить, что бог имеет в виду именно это, но до этого наш автор должен предъявить нам какое-то более убедительное основание, прежде чем мы будем обязаны принять его как подлинного глашатая намерений бога.

167. Наш автор утверждает, что "потомство в достаточной мере включалось в личность отца, хотя в пожаловании упоминался только отец". И тем не менее бог, отдавая землю Ханаанскую Аврааму (Быт. 13, 15), счел уместным включить в пожалование и "его семя". Право быть священнослужителем также было дано "Аарону и его семени". И корону бог дал не только Давиду, но и "его семени". И как бы наш автор ни заверял нас, что бог "имеет в виду, что потомство должно этим пользоваться, когда избирает кого либо царем", мы, однако, видим, что царство, которое он дал Саулу, не упомянув после него его семя, так и не перешло ни к одному из его потомков; и я был бы рад узнать причину, почему, выбирая царя, бог должен предусматривать, чтобы потомство этим пользовалось в большей мере, чем выбирая судью в Израиле; и почему пожалование отцовской власти царю более полно принимает во внимание потомство, чем подобное же пожалование власти судье? Должна ли отцовская власть по праву перейти к потомству одного, но не другого? Необходимо показать какую-то причину этого различия, дело не только в названии, когда дается одна и та же отцовская власть и способ её предоставления тот же самый - выбор человека богом; ибо, я полагаю, когда наш автор говорит: "Бог [c.260] поставил судей", он никоим образом не допускает, что они были избраны народом.

168. Но поскольку наш автор столь убежденно заверяет нас в той заботе, которую проявил бог о сохранении отцовской власти, и претендует на то, чтобы строить все, как он говорит, на авторитете Писания, мы вполне можем ожидать, что народ, чьи закон, государственное устройство и история главным образом содержатся в Писании, снабдит его самыми ясными примерами заботы бога о сохранении отцовской власти в народе, о котором, как все согласны, он заботился особенно тщательно. Давайте же тогда посмотрим, в каком состоянии находилась эта отцовская власть, или правление, у евреев с того момента, когда они стали народом. По признанию нашего автора, опущен период от их исхода в Египет до возвращении из пленения свыше 200 лет. С того момента и до того времени, когда бог дал израильтянам царя, - о периоде более 400 лет - наш автор ведет очень скудный рассказ, и, действительно, во все это время нет ни малейших следов отцовского или царского правления у них. Но затем, говорит наш автор, "бог восстановил древнее и первоначальное право наследования отцовского правления по прямой линии".

169. Что за "наследование отцовского правления по прямой линии" было тогда установлено, мы уже видели. Я теперь только рассмотрю, сколько оно длилось, а это было с их пленения, около 500 лет; с того времени и до покорения их римлянами, примерно 650 лет спустя, "древнее и первоначальное право наследования отцовского правления по прямой линии" было снова утрачено, и они продолжали существовать как народ в земле обетованной без него. Так что из 1750 лет, что они были избранным народом божиим, они имели у себя наследственное царское правление менее одной трети этого времени, а от того периода не осталось ни малейших следов хотя бы одного мгновения "отцовской власти или восстановления древнего и первоначального права наследования её по прямой линии", какой бы источник её происхождения мы ни предполагали - от Давида, Саула, Авраама или - единственный верный источник на основе принципов нашего автора - от Адама. [c.261]

КНИГА ВТОРАЯ

Глава I

1. В предыдущем рассуждении было доказано:

1) что Адам не обладал ни благодаря естественному праву отцовства, ни благодаря определенному дару, полученному от бога, такой властью над своими детьми и таким владычеством над миром, какие ему приписывают;

2) что если бы он и обладал такой властью, то тем не менее его потомки не имели бы на неё никакого права;

3) что если бы его потомки обладали такой властью, то, поскольку не существует ни закона природы, ни закона, установленного богом, которые определяли бы, кто является подлинным наследником во всех могущих возникнуть случаях, постольку правопреемственность и, следовательно, право на власть не могли бы быть точно определены;

4) если бы и было определено такое право, то все же, поскольку сведения о том, какая линия потомков Адама является старшей, давным-давно полностью утрачены, среди различных человеческих племен и родов, существующих в мире, нет ни одного, который мог бы хоть в какой-то степени больше, чем любой другой, претендовать на роль старшего дома и обладать правом наследования.

После того как все эти предпосылки, как мне думается, были ясно доказаны, невозможно, чтобы правители, ныне существующие на земле, извлекали какую-либо выгоду или получали хотя бы малейшую тень власти из того, что принято считать основным источником всей власти, - частного владения Адама и отцовской юрисдикции. Таким образом, тот, кто не считает справедливым и обоснованным полагать, что всякое существующее в мире правление является продуктом лишь силы и насилия и что люди живут вместе по тем же правилам, что и звери, среди которых все достается сильнейшему, чем закладывается основание для вечного беспорядка и смуты, волнений, мятежа и восстания (тех вещей, против которых так яростно выступают последователи этой теории), - по необходимости должен найти иную причину возникновения правления как [c.262] такового, другой источник политической власти и другой способ определения и узнавания тех лиц, которые ею обладают, чем те, которым учил нас сэр Роберт Ф.

2. С этой целью, мне думается, будет уместно дать определение того, что я считаю политической властью, с тем чтобы власть должностного лица над частным можно было отличить от власти отца над своими детьми, от власти хозяина над своими слугами, от власти мужа над своей женой и от власти господина над своим рабом. Хотя все эти виды власти иногда оказываются в руках одного человека, однако если его рассматривать с точки зрения этих различных отношений, то это может помочь нам отличить один вид власти от другого и показать разницу между правителем государства, отцом семейства и капитаном галеры.

3. Итак, политической властью я считаю право создавать законы, предусматривающие смертную казнь и соответственно все менее строгие меры наказания для регулирования и сохранения собственности, и применять силу сообщества для исполнения этих законов и для защиты государства от нападения извне - и все это только ради общественного блага. [c.263]

Глава II

О ЕСТЕСТВЕННОМ СОСТОЯНИИ

4. Для правильного понимания политической власти и определения источника её возникновения мы должны рассмотреть, в каком естественном состоянии находятся все люди, а это - состояние полной свободы в отношении их действий и в отношении распоряжения своим имуществом и личностью в соответствии с тем, что они считают подходящим для себя в границах закона природы, не испрашивая разрешения у какого-либо другого лица и не завися от чьей-либо воли.

Это также состояние равенства, при котором вся власть и вся юрисдикция являются взаимными, - никто не имеет больше другого. Нет ничего более очевидного, чем то, что существа одной и той же породы и вида, при своем рождении без различия получая одинаковые природные преимущества и используя одни и те же способности, должны также быть разными между собой без какого-либо подчинения или подавления, если только господь и владыка их всех каким-либо явным проявлением своей воли не поставит [c.263] одного над другим и не облечет его посредством явного и определенного назначения бесспорным правом на господство и верховную власть.