Одно мгновенье до любви

— Это хорошо.

Какое-то время оба молчали. Затем Том снова заговорил:

— Знаешь, я взял еще тридцать дней отпуска за свой счет. На этот раз я хочу и в самом деле хорошенько отдохнуть. Хотя думаю, что мне было бы достаточно и тридцати дней, потому что головокружение у меня бывает уже не часто.

— А вчера? — напомнила Келли.

— Вчера это мне не помешало сделать свою работу. Я считаю это хорошим признаком. А теперь, получив еще время… Со мной все будет о'кей. Я это знаю.

— Я рада. — Келли чувствовала, как Том смотрит на нее в темноте. — Я часто прихожу сюда пошпионить за тобой, — призналась она. — Отсюда очень хорошо видно окно твоей спальни. Не могу даже вспомнить, сколько раз я видела, как ты ходишь в нижнем белье. И даже без него.

Том рассмеялся:

— Да ты ненормальная.

Келли кивнула:

— Да. — Но потом вздохнула:

— По правде говоря, это не так. Если бы я была ненормальной, то заглядывала бы во все окна. Но мне всегда было интересно только одно.

— Я нахожу восхитительным, что в тебе есть что-то от хорошей девочки и что-то от испорченной. — Его голос, словно бархат, обволакивал ее в темноте. Том придвинулся совсем близко, и Келли почувствовала тепло его тела.

— Ты любишь меня? — спросила она. — Я имею в виду — меня такую, какая я есть на самом деле. Не выдуманную меня, а земную женщину, которая иногда ворчит и любит секс?

— Как мне тебя не любить?

— Я спрашиваю это не ради шутки. Я совершенно серьезно. Я не самый лучший экземпляр.

— Ты — самый лучший. — Том привлек ее к себе и поцеловал. — Этот экземпляр я хочу взять с собой в Калифорнию.

Келли притихла. Уж не делает ли он ей предложение?

Том кашлянул.

— Знаешь, я подумал — не побить ли нам рекорд Чарлза и Джо? Если мы проживем вместе шестьдесят пять лет… О Боже!

— Как лучшие друзья?

Том кивнул.

— Я говорю о большой, не прерывающейся никогда дружбе. Хотя и отличной от той, что была у Джо и Чарлза. Знаешь, я хочу такой дружбы, при которой каждую ночь занимаются любовью, когда делятся самыми сокровенными секретами и любимыми шутками — а иногда вместе делают детей. Я знаю, что этот вид дружбы требует тяжелой работы, но я постараюсь справиться с этой работой.

Келли рассмеялась.

— Боже, какое пышное предложение. Ты прямо какой-то Мистер Роджерс, а не Черт. Тебя ведь называли Чертом, ты знаешь это?

— Эти люди ошибались. — Том увлек ее на траву. — Эти люди ошиблись и в тебе. — Он снова поцеловал ее. — Они и представить себе не могут, какая ты в постели. Я люблю тебя, — прошептал Том. — Я знаю, что у нас все получится. А если и не получится, то не потому, что мы оба не будем стараться. Выходи за меня замуж, Келли.

— И стать женой офицера из экипажа «Морских львов» ВМС?

— Да. А я буду мужем известного педиатра. Трудно сказать, чей пейджер будет звучать чаще.

Келли вздохнула, когда он ее поцеловал.

— Я боюсь брака.

— Не бойся, это не страшно.

— Ты обещаешь?

— Обещаю. Клянусь. Я…

— Хорошо бы, чтобы мы продолжали любить друг друга, когда нам исполнится семьдесят пять.

Том снова поцеловал ее.

— Так и будет. Мы будем приходить к этому дереву и в семьдесят пять.

— Я люблю тебя, — сказала Келли. — Любила еще тогда, когда мне было пятнадцать. И я думаю, ты согласишься, что Джо должен жить с нами. Мы можем жить в одном доме и…

— Ты точно такая умница, как все о тебе говорят.

Келли быстро перевернулась и прижала Тома к земле.

— Если ты меня обманешь и не выполнишь своих обещаний, то тебе придется убедиться, что в моих возможностях насчет секса ты ошибаешься.

Том только улыбнулся.