Нецелованная (СИ)

- Сказал одно, а делает другое, - развела руками Нил, а затем, потянувшись, снова взяла в руки телефон и принялась быстро что-то искать в нем под пристальными взглядами подруг. – Знаете что, я вам сейчас докажу… Где же это… Ах, вот, смотрите!

Она вручила Пэй мобилку, а сама снова уперлась в стул, складывая руки на груди и глядя на девушек в ожидании их реакции. Лим уставилась на фотографию Лухана, обнимающего незнакомую блондинку с пухлыми ярко-розовыми губами, которые, к слову, были прижаты к его щеке.

- Смотрите-смотрите, там еще много таких, - раззадоривала О, махая рукой. – В разных позах!

- Господи, для чего ты это нам показываешь? – начала шипеть Юра, скользнув взглядом по фото, а затем виновато поглядев на Лим. – Разве ты не понимаешь, что ей сейчас, должно быть, очень больно видеть это!

- Понимаю, поэтому и показываю, - хмыкнула Нил, недовольно поджав губы. – Если она сейчас не поймет, то потом будет уже поздно. Лухан – просто бабник, ему не нужна Пэй как постоянная девушка. Он наверняка желает стать тем, кто первым ее поцелует, вот и все. А запудрить невинной девушке мозги проще простого!

Пэй сглотнула и, чувствуя странную жгучую боль в груди, пролистала дальше. Это был Инстаграм – интернет-приложение, в котором молодежь любила выкладывать свои фотографии. Лим не была там зарегистрирована, но принцип его работы понимала, потому что часто фоткала Нил и делала вместе с ней и Юрой общие селфи.

Одна за другой, фото мелькали, как картинки в детской цветной книжке, и с каждой становилось все хуже и хуже. Разные девушки, все светловолосые, как на подбор, будто Лухан был странным коллекционером с манией на блондинок. Но их объединяло одно: они все были очень красивые. Пэй не идет ни в какое сравнение ни с одной из них, и это угнетало ее.

Парень просто никак не мог влюбиться в нее, в глупую серую мышь, в растяпу и кретинку, решившую, что сможет заполучить лучшего парня университета. Между ними всего лишь пари, а она просто обязана писать ему конспекты. Незаметно даже для нее самой на глазах выступили слезы, и когда девушка почувствовала, что одна скатывается по щеке, она поспешно опустила голову, делая вид, будто присматривается к фотографии.

Она и правда смотрела на пшеничные волосы, счастливые глаза, искренние улыбки - и вот, наконец, взгляд упал на очередную фотографию, сделанную несколько дней назад, где девушка прижалась губами к подбородку Лухана, а он широко улыбался, держа над собой камеру. Так, что их лица были выделены крупно и приближенно.

Сердце тяжело ударило о ребра, а в горле встал ком. Это случилось после того, как он почти поцеловал ее. Как и ожидалось, ему не интересна Пэй, это была просто игра и Лухан просто решил помочь ей избавиться от своего ярлыка, чтобы больше их ничего не связывало.

Какая она глупая, почему же сразу не догадалась об этом? Почему ей приходится узнавать обо всем от собственных подруг, которые даже настоящей правды не знают? Он мог бы хотя бы позвонить и сказать ей… или сообщение отправить. Лухан… слишком жесток.

Внезапно дверь кафе отворилась, и внутрь кто-то вошел. Отвлекшись от своих мыслей, Пэй быстро заморгала, избавляясь от слез, и незаметно смахнула влагу с щек, после чего вернула телефон хозяйке и снисходительно улыбнулась.

- Я знаю, он всегда так делает. Просто не может без своих подруг, - Лим знала, что выглядит жалко, пытаясь выгородить Лухана, но больше не могла ничего придумать, и пока сердце не разболелось окончательно, девушка поднялась и потянулась рукой к висящему на крючке для одежды пальто. – Простите, но мне пора к стоматологу. Нужно еще избавиться от этих дурацких скоб и все такое…

- Пэй… - губы Юры виновато дрожали, но она больше ничего не сказала, как и Нил, внезапно потупившая глаза. Может, они чувствовали себя провинившимися, но Лим не осуждала подруг за это. В конце концов, они лишь желали ей добра и пытались защитить.

- Ты… в порядке? – хрипло спросила Чхве, все еще надеясь, что Пэй будет говорить с ними и не станет избегать из-за обиды.

- Да, все хорошо, - заставила себя улыбнуться брюнетка и, быстро натянув пальто, вынула волосы из-за воротника, рассыпав их по плечам, а после натянула шапку, сразу же чувствуя, как тепло распространяется по телу. – Увидимся позже!

Услышав прощальные фразы подруг, Пэй заспешила к выходу и не заметила, как толкнула недавно зашедшего посетителя. Он удивлённо посмотрел ей вслед и выкрикнул ее имя, но девушка решила, что ей это показалось и тот человек звал кого-то другого, поэтому не стала оглядываться.

Она медленно брела по городу, окунувшись в собственные мысли. В наушниках, которые успела сунуть в уши, когда вышла из заведения, играла лирическая музыка, как раз такая, какую девушка очень любила, но сейчас почему-то от этих мелодий хотелось плакать навзрыд. Пэй постоянно вспоминала фотографии из Инстаграма Лухана, его обнимашки с другими девушками, не совсем дружеские поцелуйчики, пусть и в щеку с подбородком, но все же… Ее сердце сжималось, будто застрявший между створок лифта мяч, а виски неприятно сдавливало болью. В какой-то момент ей даже показалось, что воздуха стало слишком мало, чтобы она могла надышаться сполна.

Что же это такое происходит? Неужели любовь такая… горькая? Подобная сладчайшему меду, сводящему скулы своим приторным вкусом. Сейчас Лим чувствовала себя так, будто ей не хватало свежей воды, которая бы остудила боль и притушила пожар в ее душе.

Сильная и холодная капля стукнулась о толстую ткань ее пальто и растаяла меж ворсистых нитей. Девушка задрала голову, и еще несколько капель ударили по лицу, тут же сползая по щекам и утопая в высоком черном воротнике ее теплой кофты. Начинался дождь.

Она ускорила шаг, а потом и вовсе начала бежать, чтобы полностью не промокнуть. Пэй ладошками закрывала голову, стремительно направляясь к высоким дверям уже показавшегося стоматологического отдела. Капли умножились многократно всего за несколько секунд, перерастая в целый водный поток из мокрых кругляшек, напоминающих шарики, заполненные краской, которые они с подругами раньше любили бросать на высокий холст ее мамы. Им казалось, что таким образом получится создать шедевр, а потом продать его за высокую цену на аукционе. Но, конечно же, это были детские забавы.

Взбежав по ступенькам, Лим наконец оказалась под укрытием стоматологии и теперь тщательно отряхивала одежду и практически полностью мокрые волосы. Вздохнув, она хотела было направиться к двери, как та открылась, и девушка, к своему ужасу, увидела выходящего Лухана. Хорошо, что он был один, а не с какой-нибудь очередной фифой, вешающейся ему на шею, словно одуревшая псина в период гуляния.