В эпицентре бури (ЛП)

Дэш хлопнул дверью, когда вышел.

Слова ранили, как нож, воткнутый в мою грудь. Я стояла и смотрела на дверь, отчаянно желая, чтобы он вернулся и позволил мне извиниться. Позволил мне справиться со своим гневом и думать рационально. Выяснить, к чему я стремилась. Но я даже не знала, с чего начать.

Глава 13

Мой телефон зажужжал на прикроватной тумбочке. Я посмотрела на него, прищурив глаза. Вчера я работала до закрытия, поэтому твёрдо решила не вставать с постели до 9 часов утра. На экране ярко вспыхнул номер Дэша. Я сразу ответила.

Мы не разговаривали несколько дней. С той катастрофической ночи в женском общежитии. Я пыталась поймать его после занятий, но он умчался, утверждая, что у него была куча исследований, и он пренебрегал приглашением меня. Я пыталась понять этого мужчину, но это причиняло боль. Я хотела поговорить о том, что произошло, но он явно хотел избежать этого. Я была уверена, что потеряла его как друга навсегда – единственная вещь, которую я пыталась избежать. Если бы я знала, что это произойдет, то, возможно, прыгнула бы с ним в постель. Жар прилил к моим щекам, и я усиленно заморгала, чтобы вырваться из фантазии. Я глубоко вздохнула и решила действовать как обычно.

— Сейчас шесть тридцать утра, Дэш, — простонала я, несмотря на огромный восторг, который вызвал его звонок.

— Сейчас такое прекрасное утро, которое ты пропускаешь, Блейк, — он был слишком счастлив в это время суток и слишком нормальным для нашего первого разговора, с той ночи, когда мы почти переспали.

Я задалась вопросом, чувствовал ли он тоже самое, что и я, каждый раз, когда думала об этом, — смесь безумных ощущений, которые гудели под кожей.

— Уф, — я потёрла глаза, пытаясь заставить их больше открыться. — Чего ты хочешь? — спросила я, готовая продолжить играть в игру «всё-в-порядке».

— Если ты продолжишь становиться в позу, женщина, то я ничего не скажу.

— Дэш, — заскулила я, но внутренне расслабилась впервые за несколько дней. Может быть, я ничего не испортила. Может быть, всё будет в порядке.

— Хорошо. Допплер предсказывает цепочку суперциклонов к северу от Бартслесвиля. Весьма вероятны торнадо. Ты участвуешь?

Мои глаза широко распахнулись, и я сразу выпалила:

— Ты серьезно?

— Теперь посмотри, кто счастлив в шесть тридцать утра.

Адреналин потёк по моим венам. Я хотела принять участие в ещё одной погоне.

— Ты с нами или нет?

— Конечно! Просто скажи мне, где и когда, — я вскочила с постели. Хэйл заворчала, но не сдвинулась с места.

— Я не знал, захотела бы ты после…

— Я хотела поговорить с тобой об этой ночи, извиниться…

— Не надо, — оборвал он меня. — Мы оба говорили и делали то, что мы не имели в виду. Давай оставим это, хорошо? Я не хочу потерять своего лучшего друга из-за одного неправильного решения.

Он имел в виду то, что он поцеловал меня, или что взял меня на вечеринку, или и то, и другое? Моя грудь сжалась, но я сосредоточилась на мостике, который он восстановил только для меня.

— Ты никогда не потеряешь меня, Дэш.

— Тогда всё в порядке. Я заберу тебя в десять. Тебе нужно упаковать сумку к этому времени.

Я повесила трубку и поднялась, чтобы подготовиться, хотя у меня было много времени. Волнение, возникшее внутри меня, превратило мои нервы в запалы для фейерверков и успешно разогнало все остальные мысли.

Мне удалось подождать час, прежде чем набрать телефон своей мамы и попросить её позавтракать вместе. Она согласилась и встретила меня в местном кафе недалеко от кампуса.

Мама приехала раньше меня и заняла столик в самом дальнем конце. Подойдя к столу, я обняла её.

— Ты отлично выглядишь, — сказала она, откидываясь назад.

— Спасибо, мам, — я села напротив неё. Я даже не сделала макияж, но она всегда была готова сказать мне, что я красива. Мне нравилось это в ней.

Мы заказали наш завтрак, и я рассказала ей всё, что произошло за последние несколько недель. Кроме одного: расставания и ночи с участием моего нового лучшего друга и его тела, прижавшегося к моему. Чёрт возьми, каждый раз, когда я переставала думать об этом, эта сцена появлялась в моей голове и проигрывалась крупным планом.

Фокусировка на обычной болтовне с мамой помогла охладить огненные мысли, и я быстро поняла причину, по которой я позвонила ей после того, как рассказала ей о погоне за штормом.

— Не могла бы ты посмотреть за Хэйл?

Она съела сэндвич с яйцами и колбасой из индейки.

— Ты знаешь, что я сделаю это, но тебе обязательно в этом участвовать?

— Да. Участие в погоне – это удивительный опыт. Я, вероятно, могу использовать его для написания статьи для занятий по физической метеорологии.

Она потянулась через стол и сжала мою руку.

— Я просто беспокоюсь о тебе, — она вздрогнула и отдёрнула руку. — Преследование торнадо… Честно говоря, я должна была догадаться, что ты сделаешь что-то подобное.

— Почему ты так говоришь? — спросила я и прикончила последний кусочек шоколадного круассана.

— Когда ты была ребёнком, единственный способ, которым я могла заставить тебя спать, — это включить кассету с записью грозы.

— Я этого не знала.

Она пожала плечами.

— Ты всё время ходила с этой записью. Слушала её почти каждый день, когда тебе было семь. После того, как катаясь на велосипедах, ты попала в ту грозу по дороге домой.

Образ маленького кассетного футляра с лавандовым небом, тёмными облаками и белой молнией, ударяющей в землю, всплыл перед моими глазами.

— Я помню, что нашла его в одной из твоих старых коробок с фотографиями.

— Если бы я знала, что буду источником вдохновения для опасной карьеры, я могла бы вместо этого включать шум океанских волн.

— Тогда бы я изучала океанографию и летала на побережье для глубоководных дайвинг экскурсий, — я взяла её за руку и сжала. — Всё будет хорошо, мам. Там будет Дэш. Он не позволит ничему случиться со мной.

Мама промокнула губы салфеткой.

— Как у вас с Джастином?

Чёрт. Я знала, что не смогу уйти от неё, избежав этого вопроса.

— Ну, — сказала я и сделала глубокий вдох, прежде чем пересказать короткую версию нашего расставания.

— Мы просто не подходили друг другу, — сказала я, подытожив.

Я ожидала, что она сделает победный круг вокруг стола, но мама только улыбнулась. Конечно, она пыталась сказать мне это много раз за все эти годы, но это никогда не доходило до меня. Я бы хотела, чтобы это случилось раньше. Если бы я прислушалась к ней, то могла бы спасти себя от чертовски большого количества боли и ещё больше от смущения за то, что оставалась с ним так долго.

Сделав глоток апельсинового сока, я прочистила горло.

Мама подняла руки и положила их на стол.

— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, дорогая. Знаешь, я всегда этого хотела, — она потянулась за своим напитком. — Этот Дэш должен быть действительно особенным.

Мои глаза расширились, и я чуть не подавилась своим соком. Могла ли она видеть желание в моих глазах каждый раз, когда я произносила его имя?

— Почему ты так говоришь?

— На протяжении всего завтрака ты повторяла, Дэш это, Дэш то. Мне бы очень хотелось встретиться с этим парнем.

Я вздохнула с облегчением. По крайней мере, она не сказала мне этого в лицо.

— Он мой лучший друг. И мы проводим много времени вместе, — теперь я поняла, что мне больше нечего скрывать. Горячий голод вспыхнул во мне. Губы Дэша на моих, я, прижимающаяся к нему, его приятная тяжесть напротив меня, воспоминание вспыхнуло в моей голове красным. Моя рука дрожала, когда я собирала остатки шоколада со своей тарелки.

— Плюс мы отправляемся в погоню, — я взглянула на свой телефон. — Час! — взвизгнула я и встала. — Мне нужно идти, — мама потянулась ко мне, и я обняла её. — Ты помнишь, как часто кормить Хэйл?

— Да, дорогая. Боже мой, ты подумала, что я некомпетентна.