Квартирный вопрос (СИ)

   - Глеб, - не выдержала я, но он приложил палец к моим губам.

   - Хватит.

   Мартынов стал укутывать меня одеялом, но потом вдруг передумал и сдвинул его вниз. Он целовал меня, а я всё ещё хотела ему объяснить.

   - Я просто беспокоюсь за тебя, ты понимаешь?

   Он перестал меня целовать, поднял голову, а потом вдруг потёрся носом о мой нос.

   - Я понимаю.

   Только дура ему поверить может. А я дура, это мы сегодня уже выяснили. Поэтому и поверила.

   Когда уснули, уже солнце вставало. Я ещё несколько минут смотрела в окно, на небо, стремительно светлеющее, и держала Глеба за руку. Он уснул тут же, у меня тоже глаза слипались, и бороться с этим было уже невозможно, бессонная, нервная ночь сказывалась, но сейчас у меня появилось несколько минут, чтобы побыть с Глебом и в то же время наедине с собой, и упустить их не хотелось. Но понять в эти минуты старалась только одно - как мне его отпустить и при этом сохранить остатки гордости.

   Проснулась я одна и испугалась этого. Села в постели, принялась оглядываться, уже позвать Глеба хотела, но услышала его голос, он с кем-то разговаривал, судя по всему, по телефону. Я вздохнула, пригладила волосы и с кровати встала. На этот раз халат мой обнаружился на полу, далеко идти не пришлось.

   - Сань, не капай мне на мозг, я тебя прошу, - говорил Глеб. Я приостановилась в дверях и даже на секунду зажмурилась, когда поняла, что ужас ночи не ушёл, мне в нём теперь жить предстоит и неизвестно, сколько это продлится. - Да, я уверен... Нет, ты чего добиваешься? Зачем нам лишний шум? Я и сам прекрасно справлюсь со всем. Уже справляюсь...

   Я выглянула из-за двери и увидела, как Глеб расставляет на столе тарелки. Пахло кофе, тостами, в окно заглядывало солнце и если бы не этот телефонный разговор, можно было бы притвориться, что всё в порядке. Я вышла из-за двери и не спеша прошла к столу. Глеб наблюдал за мной с некоторой настороженностью, но когда понял, что я не собираюсь ни о чём его расспрашивать, расслабился. Даже за руку меня поймал и к себе притянул.

   - Привет, - шепнул он еле слышно и поцеловал в лоб. - Голодная?

   Я кивнула и услышала мужской голос в трубке.

   - Глеб, ты меня слушаешь?

   - Я слушаю. Точнее, выслушал уже всё. Ничего более интересного ты мне предложить не можешь, как я понимаю...

   Мартынов указал на чайник, который уже начал весело пофыркивать на газу, а сам вышел на крышу, продолжая разговор. Я невесело усмехнулась. А когда Глеб вернулся через пару минут, умудрилась сделать вид, что ничего страшного не происходит. Даже улыбнулась.

   - Уже час дня.

   - Так правильно, уснули в пять только. Ты выспалась?

   - Кажется.

   - Вот и хорошо. Чай или кофе?

   - Чай. - Я откусила от тоста и вытерла руки салфеткой. - Есть хочу.

   Глеб рассмеялся.

   - Это хорошо. Вот тебе чай. Лимон достать?

   - Да.

   Как только он отвернулся, я на него посмотрела, до этого не осмеливалась, всё глаза отводила. Происходящее мне не нравилось, весь этот семейный завтрак в обеденное время попахивал притворством.

   - Тебе звонили, - сказал Глеб, вернувшись к столу.

   - Кто?

   Он плечами пожал, а потом усмехнулся.

   - Не солнышко, кто-то другой.

   Я безразлично кивнула.

   - У меня дело, Жень. Я уеду на пару часов.

   Он больше не звал меня с собой. Не звал.

   - Хочешь, в магазин зайду?

   - Я сама схожу.

   - Отлично. Прогуляйся. - Глеб посмотрел на часы.

   - Дело такое срочное?

   - Исходя из того, что уже второй час дня? - Он рассмеялся.

   - Глеб, поешь спокойно.

   - Да я уже ел. Пока ждал, что ты проснёшься. Этот завтрак для тебя.

   Ещё чуть-чуть и я заплачу. Хорошо хоть Глеб всё-таки из-за стола поднялся, убрал свою чашку в раковину, а потом подошёл и меня поцеловал. Я уцепилась за него, чуть со стула не свалилась, потянувшись за ним. Глеб меня удержал, на секунду сжал крепко, так, что я даже задохнулась, а потом попросил:

   - Приготовь что-нибудь вкусное на обед? Или на ужин. Хорошо?

   - А когда ты вернёшься?

   - Я же сказал. - Заглянул мне в глаза. - Обещаю, самое позднее к семи вернусь. Отпусти меня, Жень.

   Я тут же разжала руки, перепугавшись того, как судорожно оказывается, в него вцепилась. Отвернулась от него, но заставила себя улыбнуться, когда почувствовала его руку на своём плече.

   - Иди, ты же опаздываешь.

   Как же всё стало сложно. И ведь уже не вернуть ничего, остаётся только ждать, что дальше будет. Но я подозревала, что ничего хорошего. Глеб ушёл, а я ещё долго сидела за столом, чай не пила, не ела ничего, просто сидела, чувствуя себя до противности беспомощной и никому не нужной.

   Настроения у меня никакого не было, но я всё же заставила себя встряхнуться, прибралась в квартире, в магазин сходила и взялась за ужин. А сама без конца на часы поглядывала. Несколько раз звонил телефон - один раз Сонька и дважды Димка, но я никому не ответила. Не хотела я ни с кем говорить. С Калининым в принципе не хотела, а с подружкой боялась. Боялась, что разревусь на первом слове, а объяснить толком, что со мной твориться так и не смогу и она останется за тысячи километров с уверенностью, что у меня жизнь рухнула. А она ведь пока не рухнула, а возможно и вообще всё обойдётся, поэтому заранее раскисать нельзя. Не зачем Мартынову видеть меня вечно с глазами на мокром месте, вчера поплакала и будет. Не то он решит, что я истеричка и зануда.

   О чём я думаю вообще?

   - Вкусно?

   - Очень. И я даже не буду спрашивать, как это называется.

   - И не спрашивай. - Я встала и обняла его сзади за плечи, но почти тут же отстранилась и спросила: - Вино откроешь?

   - У нас ещё и вино! Купила?

   - Да, мне захотелось. - Достала из холодильника бутылку, достала штопор, и, передав всё Глебу, отправилась за бокалами.

   - А ты почему не ешь ничего?

   Я пожала плечами.

   - Не хочу. Напробовалась, наверное, пока готовила. А ты ешь... Глеб, а Кирилл тебе помог?

   Мартынов сделал глоток вина, замер и посмотрел на меня из-за бокала.

   - Что ты имеешь в виду?

   - Ну, ты зачем-то к нему обращался? Он её нашёл?

   Он замялся, я заметила. Допил вино и мне улыбнулся.

   - Всё хорошо, Женька.

   Я сглотнула.

   - Правда?

   Он кивнул.

   - Значит, ты её нашёл?

   Глеб взял вилку и снова принялся за еду.

   - Очень вкусно, пиончик.

   Я вино с трудом проглотила.

   - Ты её нашёл, Глеб?

   Он долго не отвечал, но, в конце концов, сказал:

   - Завтра узнаем.

   - Ты завтра поедешь к ней?

   - Наверное. - Усмехнулся. - Если не просплю.

   Он завтра едет к ней, значит, времени совсем не осталось. Счёт пошёл на дни. Как же я это всё переживу-то?

   - У тебя опять звонит телефон.

   - Пусть.

   Мартынов отложил вилку, и устало вздохнул, затем поморщился, слушая про солнышко.

   - Ответь ему.

   - Не хочу.

   - Женя!

   - Я не хочу!

   Телефон замолчал и мы замолчали. Глеб ел, а я вино пила.

   - Ты возьмёшь меня завтра с собой?

   - Ты хочешь?

   - Хочу.

   Он вынужденно улыбнулся.

   - Хорошо. - Отодвинул пустую тарелку и поднялся. - Ты вино всё выпила или осталось ещё?

   - Я две бутылки купила, - успокоила я его.

   - Хитрюга.

   Глеб глотнул вина из моего бокала, потом поцеловал меня.

   - Давай не будем сегодня больше ругаться? - прошептал он мне на ухо.

   У меня вырвался вздох облегчения, когда он меня обнял.

   - Мы очень постараемся.

   - Ты постараешься.

   - Я никогда с тобой не ругалась, - возмутилась я. - Первая никогда не начинала.

   - Да что ты говоришь.

   Я невольно улыбнулась, а Мартынов тут же обрадовался.

   - Наконец-то. - Приподнял меня от пола и заглянул в глаза. - Пошли на крышу? - предложил он, хитро прищурившись.