Счастливый номер семь (ЛП)

Настороженность заполнила каждую черту его лица, и стало ясно, что волшебная «они-осознали-что-созданы-друг-для-друга» мечта превратилась для него в «эта-девушка-психопатка» кошмар.

Я сунула блокнот в сумку и выбежала из библиотеки, мои нервы все еще были на пределе. Неудачи — обычное дело, когда дело доходит до экспериментов. Каждый хороший химик знает это. Надо набраться сил и попробовать снова.

И растоптать другого ничего не подозревающего парня.

Вздохнув, я покинула библиотеку. Посмотрим, как я смогу использовать советы Бека после практического занятия, или десяти занятий с Уитни.

Или, может быть, мне следует просто бросить эту затею, пока я не оставила кого-нибудь без глаза.

Лед холодный. Я знала это, будучи увлеченной наукой, и, знаете, как человек старше трех лет. Но я не ожидала, что сидения на хоккейной арене будут такими холодными.

Вот что я получила за отказ от шарфов. Теперь я замерзаю везде, где бы ни находилась. Мой наряд был гораздо симпатичнее без пальто, но я слишком замерзла и поэтому решила пойти с расстегнутой молнией. Простуда, насморк и кашель не помогли бы мне сейчас. Тем более, что умудрялась все испортить и этих побочных эффектов.

Большая часть толпы разбилась на группы и парочки, так что я чувствовала себя немного странно, сидя в одиночестве, но, к счастью, я привыкла к этому чувству. И кто знал? Может быть, после этого Бек мог бы познакомить меня со своими товарищами по команде. Если бы один из них потерял зуб или два, он мог бы быть в моей лиге. Милый извращенец, как говорил Бек.

Я рассмеялась, ощущая себя сумасшедшей одинокой девушкой.

Музыка зазвучала из динамиков, и команда выкатилась на лед. Так, кто же из них Бек? Наконец, я заметила форму с надписью «Давенпорт» на спине — он был под номером семь. Шлем скрывал его лицо, поэтому без этой полезной надписи я бы не могла точно и с уверенностью сказать, что это он.

Я стояла, гадая, насколько выглядела бы занудой, если бы прокричала его имя и помахала рукой. С этой суматохой он, наверное, не услышал бы меня и не увидел. После катастрофы с Себастьяном у меня был момент, когда я подумала, что мне стоит пропустить игру, переодеться в пижаму и посмотреть фильм, поедая печенье. Несмотря на пребывание в одиночестве, я была счастлива, что забросила эту идею, наложила еще один слой туши и блеска для губ и приехала сюда. Потому что с этой энергией в воздухе, протяжным звуком коньков по льду, я из первых рук ощущала все то, о чем всегда говорил Бек, и я не чувствовала себя одинокой.

Он был везде, куда бы я ни посмотрела, и от этого я чувствовала, словно он рядом со мной. Я вспомнила его голубые глаза, и память услужливо воспроизвела взгляд, которым он смотрел на меня прошлым вечером. По моему телу разлилось тепло, заменив холод.

Я прикусила губу и мысленно сказала себе, что друзья могут заставить тебя чувствовать тепло, подобное этому. И когда мозг незамедлительно «заспорил», что это другой вид тепла, я взяла свою содовую и отпила половину, надеясь, что пузыри и сахар помогут мне не думать об этом.

ГЛАВА 12

Бек

Я пытался держать себя в руках и не искать взглядом Лайлу — если она не пришла, все нормально. Не то чтобы я нуждался в том, чтобы она была здесь и поддерживала меня. Даже в старшей школе родители были только на нескольких играх. У них были какие-нибудь другие мероприятия или командировки, которые они предпочитали вместо моих игр. Меган притаскивала своих друзей практически на каждую игру, и когда дело доходило до трэш-тока (Примеч. англ. trash talk — высказывания в адрес соперника, чаще оскорбительного характера, призванные вывести оппонента из равновесия), у моей маленькой сестры был дар. У нее также был один из тех свистов, от которых у людей лопаются барабанные перепонки. Мои товарищи по команде всегда шутили про то, что они не ожидали так много шума от такой маленькой девочки.

Я улыбнулся, думая о том, какой бы злой была Меган, если бы знала, что они ее называли маленькой девочкой, особенно после того, как она неровно дышала к половине команды.

— Что насчет прошлого вечера? — спросил Джефф, когда мы снизили темп — мы хотели разогреться, а не истощиться. — Почему ты сказал мне флиртовать с твоей девушкой?

— Моей девушкой? — я нахмурился. — Что за чушь ты несешь?

Он изогнул брови, словно говорил: «Ты разговариваешь со мной, приятель».

Началась другая громкая песня, и мне пришлось кричать, чтобы быть услышанным сквозь этот шум.

— Она просто подруга. Это была ее первая большая вечеринка в колледже, и она нервничала. Я подумал, что разговор с тобой поможет ей почувствовать себя лучше.

— Она буквально висела на тебе. Я подумал, что вы занимаетесь чем-то странным… я не знаю. Ролевыми играми, чтобы оживить ваш вечер или еще что-то в этом духе.

Оживить вечер? Как будто мне нужны ролевые игры, чтобы поддерживать интерес девушки.

— Она была пьяна и на каблуках. Она старалась не упасть, а я поддерживал ее, чтобы этого не случилось.

Я вспомнил о том, что произошло на танцполе, когда я, используя в свое оправдание то, что не могу позволить ей упасть, притянул ее к себе. Я сильнее ухватился за свою клюшку, сосредоточившись на ней, не позволяя мыслям ускользнуть в другом направлении.

— Как я и говорил, мы просто друзья.

— Ну, она, определенно, горяча, — прокричал Джефф. Тренер взглянул на нас, и мы откатились к центру поля. — Так это не будет странно, если я приглашу ее на свидание?

Я стиснул зубы, дыша через нос, чтобы заглушить раздражение.

— Не будет. Но она моя подруга, так что не будь ослом по отношению к ней.

Я почувствовал желание кого-нибудь ударить, поэтому сделал тренировочный удар. Без шайбы, летающей по воздуху, и это оказалось не так приятно, как я надеялся. Наматывая круги вокруг цели, я прокручивал в голове часть вечера, когда нес Лайлу в свою спальню. Она говорила обо всем подряд.

«О, у тебя классный будильник».

«Вау, могу поспорить, эти простыни из суперткани наивысшего качества. На моих ногах они ощущаются, словно шелк».

Это заставило меня думать о ее голых ногах и о том, насколько нежной ощущалась ее кожа, когда я поднимал ее. И затем, когда я только улегся спать, она наклонилась с кровати так, что в темноте были видны только ее очертания.

«Скажи мне правду. Ты секретный супергерой? Потому что ты мускулистый и силен, словно Капитан Америка, но иногда становишься таким молчаливым, что мне кажется, будто у тебя есть секрет, о котором никто не знает».

Без части про супергероя, но Лайла была права больше, чем думала. Вместо беспокойства о том, что она настолько хорошо читает меня, я принял это таким, каким оно было. Она была пьяна.

— Все сюда! — прокричал тренер, и, когда я добрался до скамейки, заметил в толпе Лайлу.

Она улыбнулась и помахала мне. Ее огненно-рыжие волосы свободными волнами лежали на плечах, макияж был намного проще, чем прошлым вечером, а одета она была в джинсы и пальто. Мое сердце билось быстрее, чем ему следовало, и желание, которое я испытал вчера, поднялось на поверхность, становясь сильнее по мере того, как долго я смотрел на нее. Мысль о том, что Джефф пригласит ее на свидание, разбудила ревность меня изнутри, но никогда у меня даже мысли не было пригласить ее на свидание самому. Свидания — не мой конек.

Это напомнило мне причины, по которым следует держать себя в узде, несмотря на откровенные топы, изгибы бедер и сексуальные ноги.

Прямо сейчас я не должен думать ни о чем, кроме игры. Мне определенно не стоит пытаться разглядеть топ Лайлы, надетый под пальто, или задаваться вопросом, как найти хороший предлог, чтобы снова ее обнять.

На самом деле, чем больше я думал о том, насколько опасно близко подобрался к черте, тем больше задавался вопросом: может, стоит позвонить одной из моих постоянных подруг и получить немного пространства от Лайлы?