Победа над прошлым

— Нет, спасибо, — поспешила ответить Сорча. Дело было не только в том, что молодой человек, мягко говоря, перебрал. Оставшись с ней наедине, он мог стать более агрессивным. — Я люблю ходить пешком, — сказала она и, улыбнувшись, поспешила прочь.

Пройдя через площадь, Сорча стала подниматься в гору. Когда она прошагала примерно сотню ярдов, шум и огни деревни остались позади. С одной стороны дороги стояли приземистые молчаливые дома, окна которых были закрыты ставнями. С другой же стороны, за каменной стеной, скала обрывалась в лиловую темноту моря. Она шла, прислушиваясь к звуку собственных шагов и нежному плеску волн у подножия скалы, как вдруг послышался еще какой-то шум. По узкой дороге ехал автомобиль. Сорча продолжала идти, теперь уже по самому краю дороги. Она надеялась, что машина проедет мимо, но, поравнявшись с ней, автомобилист замедлил ход. Неужели Марк решил ее преследовать? Быстро взглянув на машину, она различила очертания джипа, наиболее распространенного вида транспорта в Альгарве. Все джипы казались ей одинаковыми, но этот вроде бы стоял на площади, и, когда она проходила мимо, его мотор заработал. Ее охватила тревога: Прайа-до-Марим считалось безопасным местом, но почему-то вдруг Сорча ощутила себя женщиной, оставшейся в одиночестве среди ночи.

— Садитесь, — услышала она мужской голос за шумом мотора.

Сесть в машину к незнакомцу, который обратил на нее внимание и стал преследовать? Что он, считает ее за дурочку? Сорча отвернулась и решительно зашагала вперед. Но она не прошла и нескольких ярдов, как услышала, что джип следует за ней.

— Залезайте, — скомандовал водитель, когда машина снова поравнялась с ней.

Голос его звучал нетерпеливо, словно бы он знал, что может заставить ее подчиниться, если она добровольно не послушается его. Сердце Сорчи сильно забилось от страха. На прошлой неделе она прочла в газете сообщение о том, что тело молодой девушки, изнасилованной и задушенной, было найдено в кювете. Она ускорила шаг, но и джип увеличил скорость. Если она закричит, может быть, кто-нибудь из обитателей тихих домов ее услышит? А если нет? Или услышит, но не успеет выскочить из дома, чтобы спасти ее?

Джип притормозил, и мотор умолк. Через мгновение дверца распахнулась и водитель выпрыгнул из машины. Сердце Сорчи замерло. Что делать? Деревня, казалось, была так близко и в то же время далеко. Как добежать до деревни, когда мужчина стоит на ее пути? Надо бежать не назад, а вперед. Задыхаясь, она напряглась и готова была ринуться вперед, когда большая рука опустилась на ее плечо. Сорча застыла на месте: теперь она в полной власти этого человека.

— Какого черта вы тут разыгрываете комедию? — грубо спросил нападавший. Узнав его голос, Сорча обернулась.

— Рун! — завопила она, ослабев от отпустившего ее страха. — Слава тебе Господи! Я решила, что кто-то хочет меня похитить. Понимаю, это звучит довольно глупо… — она улыбнулась, — мне и самой так кажется теперь, но…

— А я хочу спросить, какие там у вас дела с Холстонами? — перебил ее Рун.

— С Холстонами? — удивилась она.

— Вы сегодня утром завтракали с Марком и обедали с ним вечером. Возможно, что вы это делали уже целую неделю, — сказал он с раздражением. А только что вы чуть было не породнились с его отцом.

Сорча расправила плечи. Она не считала, что обменяться двумя-тремя фразами — значит породниться, и нападки Рун ее возмутили.

— Ну и что, если и породнилась? — парировала она, затем, насупив брови, спросила:

— Откуда вы это знаете?

Забравшись в джип, Рун пригласил ее сделать то же самое. Когда она села в машину, он резко включил зажигание, и автомобиль со скрежетом рванулся вперед.

— Хосе заметил вас сегодня в Прайа-до-Марим, а потом я сам, когда возвращался домой, видел, как Марк соблазнял вас… — его карие глаза выражали презрение, — целуя ваши пальцы.

Сорча вспыхнула.

— Может быть, вы и ехали домой мимо кафе, но вы остановились, чтобы следить за мной, — сказала она с горечью и возмущением, представляя себе, что Рун был свидетелем той неприятной сцены. — Сколько же вы там времени провели? Час или два? А бинокля у вас с собой не было? А фото вы сделали?

— Я только… — начал Рун, но она не дала ему договорить.

— Если я обедаю с Марком Холстоном или еще с кем-нибудь, это мой выбор, — заявила Сорча.

Его руки сжали баранку.

— Вы хотите сказать, что сами к нему подошли?

— А вы никак ревнуете? — спросила Сорча. Она понимала, что такая мысль далека от истины, но, с другой стороны, почему он так реагирует?

— Ревную?! Ха-ха! Я не отрицаю, что вы привлекательны… Нахмурившись, он замолчал. — Вы мне так и не ответили: вы сами подошли к Марку?

— Нет, я делала наброски в гавани сегодня утром, а он проходил мимо. Но я не считаю, что все это существенно.

— Очень существенно. Вы знаете, почему он к вам подошел? — прокомментировал Рун, когда джип проехал под железными воротами на территорию «Клуба Марим».

— Потому, что я ему понравилась.

— Ни в коем случае.

— Благодарю вас!

— Потому, что его отец велел ему это сделать.

— А зачем? — спросила Сорча с удивлением.

Рун искоса бросил на нее взгляд.

— Вы, по-видимому, не знаете, как Теренс Холстон делает деньги?

— Понятия не имею. Рун помолчал.

— Этот тип строит дома свиданий.

— Ах, вот оно что?!

— И не исключено, что он и есть тот самый анонимный клиент, который покушается на ваши акции в «Клубе Марим».

— Значит, Марк познакомился со мной, чтобы расположить меня к себе и подготовить к следующему предложению отца? — запротестовала Сорча. — Вздор! Начнем с того, что он не знал моего имени, не знал, что я и есть Сорча Риордан.

— Но ведь Прайа-до-Марим — маленькая община, и управляющий банком мог описать вашу внешность и даже показать вас, — сказал Рун тоном взрослого человека, который пытается что-то объяснить не слишком сообразительному ребенку.

— Однако Марк ни разу ничего такого не говорил, он лишь упомянул «Клуб Марим».

— Он не спросил, где вы остановились? Когда встречают человека на отдыхе, его всегда об этом спрашивают.

Сорча насупилась. После всего, что сказал Рун, поведение Марка и впрямь казалось странным. Правда, она сразу поняла, что молодой англичанин — актер. Быть может, он и в самом деле талантливый лицедей, более искусный, чем она думала. «Марк отвезет вас домой», — предложил Холстон-старший, но откуда же он знал, что ее надо отвезти? Она могла остановиться в пансионате на углу площади или на квартире. Сорча покачала головой: она слишком поддается воображению, и то же самое делает Рун.

— Марк познакомился со мной, не преследуя никаких целей, — заявила она, — но, если даже у него и были какие-то цели, я бы никогда не продала свои акции за вашей спиной. — Она несмело взглянула на него. — Очевидно, вы из-за этого так разволновались?

— Я не разволновался, — пробормотал Рун. — Конечно, меня этот вопрос беспокоит.

Сорча ощутила прилив раздражения: он и не думал ее ревновать, и то, что другой пытался ее соблазнить, нисколько не тронуло Рун. Мысль о «Клубе Марим» превалирует надо всем. Вспомнив, как он интересовался, кто первый проявил инициативу в знакомстве с Марком, она нахмурилась.

— Вы решили, что я сама стала заигрывать с Холстоном, — запротестовала Сорча, глубоко оскорбленная. — Теперь мне ясно, как обо мне отзывался отчим. Но я никогда, повторяю, никогда не действую за кулисами. Я продам свои акции тому, кто больше заплатит. Я не собираюсь вести приватные дела с Теренсом Холстоном.

— Значит, вы больше не будете встречаться с Марком?

Сорча взглянула на его профиль в полумраке ночи. Спрашивает он или констатирует?

— Марк — забавный парень. Он предложил, например, сходить в дискотеку. А почему бы мне не пойти с ним? — лицемерно заметила она.

— Так вы сможете однажды изменить своему решению и вступить в переговоры с Теренсом Холстоном, — сказал Рун.

— Никогда!