Семь цветов любви

Впрочем, последнее слово останется за ней.

— Себ. — (Он остановился, распрямил плечи, но не обернулся.) — Сегодня вечером у меня много дел, так что не опаздывайте.

Ее насмешливые слова так сильно ранили его, что он не мог успокоиться даже по прошествии нескольких часов. Ему понадобилась вся сила воли, чтобы не броситься на Кри, когда, вылезая из бассейна, он увидел ее, лежащую в шезлонге в своем невероятно ярком купальнике, и услышал раскованный смех, действующий на его нервную систему как двойная порция крепкого виски. Он словно захмелел от одного взгляда на тонкую талию женщины и на соски, просматривавшиеся сквозь мокрую ткань купальника.

На полпути к салону жаркие видения овладевали им. Его охватила паника. Он поторопился уйти от Кри и не хотел продолжать разговор не только потому, что не желал ее дружбы с дочерью, но и из-за внезапной реакции своего тела: ведь, кроме коротких шорт, на нем ничего не было Он медленно набрал в легкие воздуха и выдохнул, ощущая, как трезвеет ум и холодеет сердце. Вот настоящий Себ Синклер, которого он уважает, — дисциплинированный и контролирующий свой разум, свое тело и свои эмоции, да и вообще всю свою жизнь.

Но как только надлежащий порядок был установлен, другая мысль взбудоражила его ум. Извещение об отъезде Пола Дедини. Себ еще при первой встрече решил, что этот человек крайне ленив и небрежен. Но внезапность его отъезда — без уведомления — вызывала подозрения.

Завтра он передаст бухгалтерские книги Хислипов на проверку своему самому квалифицированному и проницательному бухгалтеру. Если есть недостача, Майкл ее обнаружит. А тем временем Себ соберет нужную информацию. А кого лучше расспросить, как не арендатора, который платил Полу ренту и у которого работала его жена.

У черного хода в салон Себ поднял руку, чтобы постучать, но обнаружил дверь приоткрытой. Он распахнул дверь настежь и вошел. Кри О'Салливан была в салоне одна, по-видимому, она совершенно забыла о том, что назначила ему встречу. Из колонок лилась громкая музыка, а она сама, покачивая бедрами в такт латиноамериканской мелодии, полировала одно из огромных, развешанных по стенам зеркал.

Себ, сжав зубы, шагнул к стереосистеме и выключил звук, но внезапно наступившая тишина, казалось, вовсе не удивила женщину в шортах и топе. Продолжая свою работу, она поднялась на цыпочки, чтобы достать тряпкой до верхнего угла. Себ понял, что она увидела его отражение в зеркале, как только он вошел, поэтому и не удивилась тишине и спокойно наблюдала за ним. Чтобы выиграть время и остудить свой пыл, мужчина медленно сел на ближайший диван.

— Вы думаете, правильно оставлять дверь открытой, когда вокруг море проходимцев? — спросил он, взвешивая каждое слово. — Вы бы даже не услышали, если бы я подошел к вам сзади и приставил нож к горлу.

— А мне казалось, вы специализируетесь лишь на финансовых махинациях.

— Моя специальность — риск, а женщина одна в салоне с кассой — это риск.

— Только не когда касса пуста. — Кри повернулась к зеркалу спиной и, перекидывая тряпку из рук в руки, молча рассматривала его сузившимися в тонкие щелочки глазами. Никаких насмешек, очень серьезно. — Знаете, я здесь трудилась, наслаждалась музыкой и пыталась найти оправдание вашей грубости.

— Я едва ли перебросился с вами парой фраз, — прервал ее Себ.

— Точно! Но это не самый лучший способ внушить любовь соседям. Вы же не собираетесь жить затворником в нашем городе?

— Я здесь не для того, чтобы заводить друзей и внушать любовь соседям.

— В таком случае ваша жизнь будет похожа на жизнь падающей звезды. — Кошачьи глаза сверкнули голубым огнем. — В чем ваша проблема? Опять звонила бывшая жена?

— Мое настроение не зависит от Клер, — сухо заметил Себ.

На некоторое время в салоне воцарилось молчание, затем Кри разразилась громким смехом.

— Ничего себе! Вы были женаты на Клер Хислип?

— Очень недолго.

— Бедняжка. — Она недоуменно покачала головой, затем прижала руку к губам, зажимая рвущийся наружу смешок. — Прошу прощения, но это так удивительно… Клер — миссис Синклер, разве не смешно?