Изумруд (СИ)

  обычной манере Рене.

  - Просто меня бесят доморощенные малолетние психологи. Почему все подростки

  воображают, что лучше всех на свете познали жизнь? А, Рене?

  - Никаких доморощенных психологов не бывает. И тем более возраст здесь ни при

  чем. Просто некоторые могут понимать других людей, а некоторые нет. С этим

  рождаются. Это дар.

  - Что-то много у тебя этих даров, как я посмотрю. - Я выдернула руку и пошла

  сама. Хотя, надо сказать, это была задача непростая. Впрочем, пьяная злость не

  оставила места осторожности. Сомневаюсь, что мне удалось бы долго удерживать

  вертикальную позицию, но Рене вдруг остановилась и повернулась ко мне.

  - Успокойся, пожалуйста. - Тихим голосом произнесла она. - Ведь я не враг тебе,

  Клер, ты знаешь. Ты злишься на себя, а не на меня. Просто ты привыкла быть

  бесстрастной и пустой - ты боишься впускать в себя какие-то сильные эмоции и

  переживания, а я попыталась приоткрыть тебе глаза на то, что ты не хочешь

  видеть. - Она помолчала, будто давая мне шанс произвести очередной выпад, но я

  не собиралась перебивать ее. Так забавно слушать разглагольствующих малолеток!

  - Ты одинока, Клер. - Продолжала она своим удивительно недетским голосом. - И

  тебя это смутно тревожит. Может ты пыталась справиться с этим, общаясь с

  парнями, но вряд ли это тебе помогло. Ведь ты не умеешь любить, Клер, ты просто

  не знаешь КАК ЭТО. С самого твоего детства наверное рядом с тобой не было

  человека, которого ты могла бы любить. Твои родственники были равнодушны к тебе,

  и ты приняла это за норму отношений в семье. И стала платить им тем же

  равнодушием. Думаю, у тебя не было даже котенка или любимой куклы. Ну а если и

  были, то и к ним ты относилась так же "нормально", как и к родственникам. Потом

  то же самое с мужчинами, верно? Если и подбиралось к тебе какое-то сильное

  чувство, ты отмахивалась от него, будто от досадного недоразумения. Ведь у тебя

  было вполне четкое определившееся представление о том, как именно должны

  относиться друг к другу близкие люди. И вот сейчас ты злишься на меня за то, что

  я говорю о чем-то, тебе непонятном. Ты чувствуешь себя ущербной, чувствуешь, что

  чего-то недопонимаешь и тебя это выводит из себя, да, Клер? - Она наконец-то

  замолчала. В темноте я видела лишь ее смутный силуэт и теперь, когда голос ее

  замер, я не могла понять - куда делась Рене. И кто это стоит передо мной.

  - Доктор, сколько я вам должна за консультацию? - Наконец выдавила я, усилием

  воли прекратив свои упражнения с собственным воображением.

  - Ну вот, эта твоя защитная поза только подтверждает, что я все сказала

  правильно, - невозмутимо парировала она, - только я вот чего понять не могу,

  Клер, ведь ты слышала, наверное, от подруг или читала про любовь. И ведь было в

  твоей жизни что-то, что ты принимала за эту самую любовь. Что, Клер? Может быть

  сексуальное возбуждение?

  - Слушай, замолчишь ты, наконец! Это противно слышать! - Не выдержала я.

  - Но ведь я про тебя рассказываю. Почему же тебе противно?

  - Надоело. Пошли отсюда уже. Я дала тебе возможность поиграть в доктора, теперь

  я хочу спать.

  - Я знаю секрет. - Многозначительно произнесла она, а я машинально

  спросила:

  - Какой?

  - Очень простой. Я знаю, что нужно сделать для того, чтобы ты стала нормальной.

  Чтобы ты научилась любить и перестала быть одинокой.

  - И что же я должна делать? - Не знаю, зачем я спросила это. Не знаю, зачем

  впряглась в эту ее очередную глупую словесную дуэль. Может просто еще не

  протрезвела.

  - Для начала нужно научиться быть честной с собой.

  - И все?

  - И все. Я же говорю - просто.

  - Хорошо, я учту. А теперь пойдем? Куда ты там меня тащила? Или я пойду спать.

  - Сейчас, еще минутку. Мы же должны проверить, как ты меня поняла, да?

  - В смысле?

  - Ну вот ответь, например честно - тебе нравится находиться здесь, в "Изумруде"?

  - Да, нравится.

  - Хорошо. А почему? Скажи, только не бойся - что здесь есть такого, чего тебе не

  хватало? Докажи, что ты не боишься сказать о своих настоящих эмоциях, чувствах..

  Я молчала, пристально вглядываясь в темноте в ее невидимые глаза. Глупая

  маленькая девочка думала, что она самая хитрая на свете. Мне стало смешно.

  - Ты боишься, Клер? Тебя поставил в тупик такой простой вопрос? - Не выдержала

  она.

  - Нет, почему же. Я просто думаю - зачем тебе это.

  - Нет, никаких задних мыслей. Просто вопрос. На который ты не можешь ответить.

  - Мне давно пора отсюда уезжать, Рене. Но здесь есть ТЫ. И это меня держит. -

  Просто сказала я. - Ты это и ожидала услышать?

  Или она была хорошей актрисой (что, несомненно) или я ее не правильно раскусила.

  Да, Рене быстро взяла себя в руки, но секундного ее замешательства хватило,

  чтобы я поняла, что впервые за все время нашего знакомства я заставила ее

  смутиться.

  - Очень приятно, конечно... Только я думала, что причина в Поле. Или в самой

  атмосфере, так сказать, местной... нет, ну все равно приятно, Клер. Тем более

  что я же знаю что ты не лесбиянка, как ты говоришь. - Насмешливо произнесла она.

  Лгунья! Что-то выдавало ее с головой, и даже этот насмешливый тон не спасал.

  Вероятно, она и сама это поняла, поэтому замолчала и начала ногой стучать по

  какому-то камню, как будто ничего более захватывающего не существовало на свете.

  А я стояла и самодовольно улыбалась. Да, оказывается и правда, ужасно приятно

  быть честной с собой. Спасибо за совет, милая Рени. Интересно, она что,

  собирается совсем раздолбить этот хренов булыжник?

  - Ты здесь только из-за меня? - Наконец подала она голос. Ах, какие мы

  серьезные! - Это правда?

  - Правда. - Сказала я. Я наслаждалась ситуацией. Пожалуй, мы с Клер поменялись

  местами. Хоть на время. Но Рене не была бы Рене, если бы не вернула в тот же миг

  свои позиции:

  - И чего же ты от меня ждешь, Клер?

  - Что? - В первую секунду я опешила.

  - Что тебе нужно от меня?.. Постой, это, конечно, грубо звучит, но тут нет

  никакого грубого смысла, я просто хочу понять тебя... Ведь я же не мужчина. Я не

  могу понять, что тебя может притягивать во мне. И, поверь мне, Клер, я вовсе не

  за тем затеяла этот разговор, чтобы ты сказала то, что сказала. Да я и подумать

  не могла... Ясное дело, ты мне нравишься, и я вовсе не против была бы

  пообниматься с тобой немного, но я всегда знала, что ты очень уж правильная, и я

  не собиралась переходить никаких границ. Мне хорошо с тобой, ты мой друг - и

  этого достаточно. Но теперь ты сама все переворачиваешь с ног на голову. Вот я и

  хочу знать - чего ты хочешь от меня.

  - Ты моя подруга. Ты забавная. Без тебя скучно. Вот и все. - Невозмутимо

  произнесла я.

  - И все? - тихо спросила она после недолгой паузы.

  - Разве может быть что-то еще?

  Почти бесшумно Рене сделала шаг в мою сторону и ее руки, едва касаясь,

  скользнули по моим плечам. У меня перехватило дыхание. Эта ночь, эта темная

  обманщица-ночь, она спрятала от моих глаз Рене-девочку, и я почувствовала, что

  рядом со мной лишь та часть Рене, которая пряталась за ее улыбками, и к которой

  я незаметно для себя тянулась. Чистая сильная энергия, не имеющая пола и имени.

  Душа темного ангела, живущая по какому-то недоразумению в теле неуклюжей

  девочки. И потому тело это не имело значения, никакого значения. Рене давно

  пыталась мне сказать об этом, но понимать я начала лишь сейчас, когда руки ее