Навеки моя
Навеки моя читать книгу онлайн
Бартоломью Нун несчастлив в браке. Но жизнь вносит свои коррективы. В Портленд прибывает невеста его племянника. Барту поручают встретить ее. С первой минуты, как только встретились их взгляды, они поняли, что сама судьба свела их на этой пристани…
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
– Не пытайся подойти ко мне поближе, – Бартоломью жестом показал на пространство между ними, покрытое лужицами воды и яркими большими цветами, похожее на отрез желтого сатина, расшитого золотыми узорами. – Здесь болото, – сказал Бартоломью, и они молча смотрели друг на друга, стоя по разные стороны топи. Жужжали насекомые, с кочки на кочку прыгали земляные лягушки.
– У тебя все в порядке? – спросил он наконец. Эри утвердительно качнула головой, отчаянно желая броситься ему в объятья и рассказать, какой ужасной была прошедшая ночь. Но она знала, что он почувствует себя только хуже. Она боялась, что расплачется, и будет выглядеть просто глупо.
Эри, окруженная лесной растительностью, показалась Бартоломью гораздо соблазнительнее, чем когда бы то ни было. Его лесная нимфа. Он глядел на ее волосы, ниспадающие на плечи, и чувствовал, что все бы отдал, чтобы прикоснуться к ним.
– Я видела сойку, – мягко сказала Эри. Бартоломью улыбнулся.
– Правда?
Эри пожала плечами:
– У нас нет таких птиц на востоке. А как называются вот эти странные цветы?
– Скунсова капуста. Она называется так из-за запаха, – установилась долгая пауза. Им хотелось столько рассказать друг другу, но они не находили нужных слов. Самое важное читалось в глазах: тоска, любовь, печаль…
Наконец он поднял руку, но потом безжизненно уронил ее.
– Мне пора возвращаться, скоро мне нужно будет сменять Причарда.
Эри закусила губы, чтобы не начать умолять его остаться. Бартоломью отступил на шаг, потом еще, а она стояла и молчала, борясь с желанием заплакать.
Бартоломью заставил себя повернуться. Он прошел с полдюжины шагов, затем оглянулся и увидел, что она стоит на прежнем месте.
– Что ты мне сказала по-гречески, когда я подвел тебя к Причарду, перед тем как священник объявил вас мужем и женой?
Эри отвечала медленно, мягко и с чувством.
– Я сказала, что мы отведали вместе хлеб и соль. Это означает, что мы ели одну пищу, вместе переносили тяготы и вместе радовались, и что ничто не может разрушить чувства, связывающего нас, – понизив голос, она добавила: – Даже смерть.
Эри вернулась домой немного погодя. Дом был полон дыма, а Хестер махала фартуком над сгоревшим ростбифом.
– В твоей голове есть мозги? – закричала Хестер. – Ты могла сжечь весь дом, бросив мясо на огне!
Эри подбежала к чугунку, в котором она поставила готовиться ростбиф. Мясо было черным с одной стороны и сырым с другой. Хестер поставила сковородку с ростбифом на стол и открыла окно, чтобы проветрить комнату.
– Извините, я… – сказала Эри.
– Оставь свои бесполезные извинения себе. Я всегда знала, что ты ничтожное существо – с того момента, как впервые увидела тебя. Но Причард захотел на тебе жениться. Я тебе вот что скажу, мисс Крутая, – Хестер склонилась настолько близко, что Эри почувствовала запах тоника, который та постоянно пила. – Будет лучше, если ты сделаешь его счастливым. Или…
– Хестер! – Бартоломью стоял возле двери. Его темные глаза были как куски обсидиана [10], холодные и опасные. Хестер сразу начала защищаться.
– Она ушла и оставила ростбиф на плите. Она…
– Хестер! – Бартоломью подошел к столу и посмотрел на ростбиф. – Только одна сторона сгорела. Отрежь эту часть, а остальное будет в порядке. – Сырая сторона была покрыта красновато-коричневым веществом. Он взял ее на палец, понюхал и попробовал кончиком языка.
– Ты добавляла красный перец? – спросил он Эри.
– Красный перец? – повторила она. – Что это такое?
На столе стояла перечница. Бартоломью взял ее и показал:
– Разве ты не сыпала это на ростбиф?
– Что здесь делает эта мерзкая тварь? – закричала Хестер, указывая на кошку, которая спокойно вылизывала свой хвост.
– Это Туте. Я закрыла ее в кладовке, чтобы она ловила там мышей. – Эри вышла в коридор между кладовкой и кухней. – Я не понимаю, как она оттуда выбралась.
– Я думаю, что я понимаю, – ответил Бартоломью, подбросив перечницу одной рукой и поймав ее другой. Он внимательно посмотрел на Хестер.
– Почему ты так на меня смотришь? – перепугалась Хестер. – Эта тупица не может отличить красный перец от обычного. Ей нельзя доверять даже такие мелочи, как поджарить ростбиф.
– Но я не клала перец, – сказала Эри.
– Неважно, – ответил Бартоломью. – Просто смой его. – Он повернулся к жене. – Пойдем, Хестер. Теперь ты можешь заняться своими делами.
– Кстати, о занятии своими делами, что ты здесь делаешь? – проговорила Хестер.
– Я шел к маяку и увидел дым. Пойдем, я проведу тебя домой.
Когда она открыла рот, чтобы возразить, он мягко сказал:
– Может, ты хочешь отменить ту маленькую сделку, которую мы заключили?
С несвойственной для нее покорностью Хестер вышла через заднюю дверь. Повернувшись к Эри, Бартоломью кивнул в сторону кошки:
– Ты назвала ее Туте?
Эри выдавила из себя улыбку.
– Она вечно голодная, и поэтому хорошо ловит… мышей.
Его глаза потеплели. Он засмеялся и вышел, оставив ее озабоченной. Какая же сделка заключена между Бартоломью и Хестер? Ей показалось, что эта сделка имеет отношение и к ней.
Бартоломью оставил Хестер на пороге их дома и пошел к маяку. Ужаснувшись при виде опрятного, довольного лица Причарда, он тихонько закрыл дверь за собой.
– Добрый вечер, Причард.
Молодой человек бросился навстречу.
– О, дядя Барт!
Затем Причард уселся за стол и вернулся к просмотру вахтенного журнала, который лежал перед ним.
Бартоломью нахмурился. Что-то беспокоило его племянника, но у Бартоломью не было желания спрашивать об этом. Он начал подниматься по ступенькам, ступая сразу через две, когда услышал голос Причарда. Скрипнув зубами, он посмотрел на юношу сквозь металлическую ограду.
– Что такое, Причард?
– Можно поговорить с тобой? – ответил тот. Нервная дрожь в голосе парня была плохим знаком. Чувствуя себя, как в ловушке, Бартоломью вернулся. Причард не смотрел в глаза дяди, а делал вид, что интересуется барометром на стене. Еще один плохой знак.
– Я хотел спросить ну… те женщины, которые… ну, ты понимаешь… которые раньше никогда… Всегда ли… им тяжело в первый раз?
Бартоломью опустил плечи. Он не хотел слышать этого, не хотел знать, насколько унизительной была для Эри первая брачная ночь с неопытным, бесчувственным медвежонком, таким, как Причард.
– Боюсь, у меня мало опыта с девственницами, Причард.
– Вы имеете в виду, что кроме тети Хестер, ..
Пауза, которую сделал Бартоломью, могла бы быть ответом для более чувствительного человека, но Причард только посмотрел на своего дядю в ожидании.
– Да, – сказал Бартоломью, – кроме твоей тети. Если ты говоришь о первоначальных трудностях…
– Первоначальных трудностях? – смех Причарда таил в себе и облегчение, и страх. – Да, потом легче будет, не так ли? В голове у Бартоломью возник вопрос, который он не хотел задавать. Он знал человека, который однажды рассказал о том, что не мог жить супружеской жизнью, пока его супруге хирургическим путем не удалили плеву. Бартоломью не хотел и думать о том, что Эри придется пережить такую боль и унижение.
– Нужно научиться быть терпеливым? – добавил Причард с надеждой. – Каждый раз будет все легче?
– Просто нужно уметь себя контролировать, – сказал Бартоломью.
Причард попытался опять засмеяться, но смех получился неестественным.
– Да, без этого парень будет обделывать простыни, как тринадцатилетний, вместо того, чтобы делать это туда, куда положено. Хорошо, что мне не нужно беспокоиться об этом. Это было бы, – он тяжело сглотнул, – унизительно.
Бартоломью про себя выругался. С одной стороны, его возбуждала мысль о том, что его племянник не смог взять то, что ему положено, а с другой стороны, страх Причарда потерять контроль над собой мог добавить ему проблем. Бартоломью боролся с чувством вины и желанием усилить страх Причарда – вместо того, чтобы облегчить его.