Гордость и страсть

— Сэр Иаган Мюррей? Убит?

Гарт бросил взгляд в сторону дома.

Сим покачал головой:

— Нет, сэр, он упал с лошади, так сказал тот человек. Видите ли, я один раз встречал его, сэра Иагана. Раздражительный старый пень он был, ей-ей…

— Ты будешь держать это мнение при себе, — предупредил его Гарт.

— Само собой, — кивнул Сим. — Он же помер, и все такое. И миледи будет печалиться, что и говорить, ведь он же был ее папой. Да и старая миледи тоже, — со вздохом проговорил он.

Гарт понимал, что парень прав. При всем раздражении Амалии на отцовский выбор для нее мужа, его смерть больно ударит по ней. Он знал это по-своему опыту.

— Ты скоро отправишься домой, парень, — сказал он Симу.

— Ага, и Тэм сказал, мы поскачем с вами в Хоуик, — отозвался Сим, повеселев. — Он сказал, может, я даже увижу там Дугласа.

Тэм подошел сзади.

— Что это ты тут мелешь языком, путаешься под ногами у его мил… — он осекся, бросив виноватый взгляд на Гарта, — гм… вместо того, чтобы найти себе работу и помогать, как я тебе велел?

— Так я и помогал, — возразил Сим. — Но ты же сам сказал, что я должен пойти и сообщить ему, что папаша леди Амалии помер. Не могу же я быть сразу в двух местах, а?

Оставив Тэма разбираться с Симом, Гарт вернулся к своим приготовлениям, отметив при этом, что Бойд разговаривает с одним из людей Мюррея, вместо того чтобы заниматься своими делами. Жаль, он не может попросить Тэма разобраться еще и с Бойдом.

Посматривая на него, Гарт увидел, как тот нахмурился, отвернувшись от человека Мюррея, и направился к флигелю. Эта дорожка вела также к огороженному стеной саду, и когда он приблизился к флигелю, садовая калитка открылась и из нее вышла Амалия.

Она взглянула в сторону Гарта, закрывая калитку. Но если и заметила его, никак не дала это понять.

Когда Бойд резко повернулся к ней, она, кажется, и его не заметила. Она продолжала идти по выложенной камнем дорожке в сторону конюшенного двора.

Осознав, что Бойд опять собирается преградить ей путь, Гарт сунул вьючную корзину, которую держал, в руки помогающего ему парня и зашагал к ним.

Внимание Амалии было сосредоточено на дороге, а Бойда — на Амалии, поэтому никто его не заметил.

Бойд догнал ее раньше, чем Гарт успел его остановить, но он уже видел, что расстояние слишком велико, чтобы сделать это, не припустив бегом. А он не мог побежать, чтобы не привлечь к паре больше внимания, чем необходимо.

Бойд заговорил с ней, она резко вскинула голову и кивнула в ответ.

Гарт ускорил шаг, и Бойд его увидел.

Поклонившись девушке, он пошел прочь, а она осталась стоять на месте, пока Гарт не подошел.

— Я слышал о смерти сэра Иагана, — сказал он. — Это большая потеря, я знаю.

— Да, — отозвалась она. — Не знаю, зачем я вышла из сада. Я хотела пройтись, и я люблю сад, но он казался таким пустым и одиноким, что… — Она пожала плечами, потом резко добавила: — Поэтому я пошла сюда.

— Что этот чертов Бойд вам сказал?

— То же, что и вы, или почти то же. Он тоже слышал.

— Сим сказал, ваш брат Том привез эту новость.

— Да, Том, — подтвердила она. — Сэр Харальд просто сказал, что сожалеет, и ушел.

— Время уже, должно быть, близится к ужину, — мягко проговорил Гарт. — Может, вам лучше вернуться в сад, если Изабелла ожидает найти вас там.

Она заколебалась, и он вспомнил, что она сказала о саде.

— Хотите, я пойду с вами? Или вы все еще сердиты на меня?

На ее лице появилось недоумение, но быстро исчезло.

— Вчерашнее утро кажется таким далеким, и «сердита» — слабое описание того, что я тогда чувствовала. Но приехали Сим и Тэмми, а теперь Том, и я кажусь себе совсем другим человеком, чем прежде. Я не могу думать, сэр, но мне никогда и в голову не приходило, что мой отец может умереть.

Покалывающий озноб зародился где-то внутри его от этих слов.

— Иисусе, девочка, ты же не думаешь, что тот разговор, который ты подслушала…

— Как вы не понимаете? Я не знаю, что думать. Если с ним был Саймон, они не могли обсуждать моего отца.

— Но ты сказала, что это был не Саймон, — напомнил он.

— Сначала я думала, это мог быть он. Я пыталась объяснить, но вы сказали, мы поговорим об этом позже. Дело в том, что я ни в чем не уверена. Я несколько месяцев не слышала голоса Саймона, а когда услышала тот голос через закрытую дверь, подумала, что он похож на Саймона, но, подойдя ближе, поняла — это мог бы быть любой мужчина, даже вы.

— Вы же знаете, что это был не я.

Насмешливые искорки заблестели у нее в глазах, и он увидел, что, по крайней мере ненадолго, облегчил ее печаль.

— Это мне известно, да, — сказала она. — Но это все, что я знаю наверняка.

— Мог это быть голос Тома?

— Любого, — повторила она. — Хотя постойте… Том был в Сконе, но я видела, как он встретился со своими друзьями за несколько секунд до того, как вошла в дом настоятеля. Он не мог бы попасть в ту комнату быстрее меня.

— Не мог, если вы видели его снаружи, — подтвердил Гарт. — Я шел прямо за вами, в конце концов, поэтому увидел бы его, даже если бы вы не заметили.

Тут до него дошло, что они все еще стоят на виду у всего двора, поэтому предложил:

— Вам следует вернуться в сад, девушка. Если вы больше не злитесь на меня, я пойду с вами.

— Я не чувствую почти ничего, тем более злости, — призналась Амалия. — Полагаю, мне надо бы поехать завтра в Холл вместе с Томом, чтобы быть с остальными, когда они услышат ужасную новость. Но он говорит — нет, и, по правде…

Она вздохнула.

Он направлял ее назад к калитке вначале легким прикосновением к плечу, затем к спине.

— Вам незачем ехать так далеко. Они отправятся в Элайшо, как только услышат… ваша мать и леди Розали, я имею в виду, — добавил он. — Мег не поедет пока никуда, если слово Уота что-то значит.

— Том сказал, Саймон заберет меня, как какой-нибудь тюк или мешок, по пути домой, — сказала Амалия. — Думаю, он поедет завтра. Как бы там ни было, в Элайшо ничего не произойдет, пока не прибудет мама. Но сейчас еще тепло, поэтому она не станет откладывать. В любом случае у меня есть время уложить вещи, которые я возьму с собой.

— У вас есть служанка, которая поедет с вами? — спросил Гарт, шагнув вперед, чтобы открыть и придержать перед ней калитку.

— Нет, но Изабелла кого-нибудь даст.

— Я мог бы организовать несколько наших дружинников в дорогу с вами, — сказал он, — но, без сомнения, у вашего брата есть свои люди, раз он служит Файфу.

— Не знаю, — призналась она, дожидаясь, когда он закроет калитку. — Но вы ведь едете завтра на встречу с Дугласом, не так ли? Полагаю, вы проедете по крайней мере часть дороги с Томом и его людьми, ведь вам почти по пути.

— Сомневаюсь, что мы выедем так рано, как он, — отозвался Гарт, когда они направились по дорожке к увитой плющом беседке. — Он захочет добраться до матери как можно быстрее, а мне не надо быть в Хоуике раньше полудня вторника для встречи с Дугласом.

— А он не мог бы приехать раньше?

— Нет, Тэм сказал, он отстает от него по крайней мере на два дня и путешествует с большим отрядом дугласских дружинников. В любом случае сомневаюсь, что Файф скоро покинет Лодер. Он захочет узнать все возможное о приграничных цитаделях, которые собирается навестить, прежде чем отправится туда. Это его обычная практика, если все, что я слышал о нем в эти последние месяцы, правда.

Она кивнула, и до Гарта дошло, что ей глубоко наплевать на то, что делает Файф и почему.

Увитая плющом беседка стояла перед ними. Он бы с удовольствием повел ее туда, усадил и позволил выплакаться, если от этого ей станет легче. Но она не поблагодарит его за подобное предложение, а он не может остаться там с ней даже на минуту, не навредив ее репутации, если их кто-нибудь увидит.

А вероятность этого довольно высока. Если Бойд видел, как они вместе вошли в сад, то и сам может прийти в любой момент. А уж Бойд не преминул бы доложить о таком нарушении приличий.