Прелестная беглянка

Отдав приказание слуге отвести лошадей в стойла, как следует вычистить их и напоить, Роулок помог Петрине выбраться из коляски, и они направились к гостинице. Войдя в небольшой холл с низкими потолками, пересеченными массивными балками из корабельных мачт, они увидели хозяина, который поспешил к ним навстречу, кланяясь, готовый к услугам. Похоже, их появление произвело на него большое впечатление.

Горничная в чепчике провела Петрину наверх, в ее комнату, где стояла большая четырехугольная с высоким изголовьем кровать; полукруглое окно выходило в сад.

«Постояльцы гостиницы «Плюмаж», — подумала Петрина, — окружены всеми удобствами». Она сняла капор, вымыла руки, причесала гладко волосы и сошла вниз. Лорд Роулок ждал ее в маленькой гостиной. Он уже успел откупорить бутылку шампанского, объясняя, что должны же они отпраздновать победу!

— Но мы не будем ждать леди Лоули, — предупредил он и, вручив Петрине, бокал с шампанским, поднял свой и сказал: — За здоровье самого искусного возничего и самой прекрасной дамы, моя любовь к которой безгранична!

Петрина покраснела и отвернулась.

— Вы не должны разговаривать со мной в таком тоне и о таких вещах. Вы же знаете, как рассердится граф.

— Но графа, по счастью, с нами нет, — ответил лорд Роулок. — И сейчас я чувствую себя самым счастливым и самым удачливым человеком на свете!

— Я так рада, что выиграла для вас этот заезд, — сказала Петрина. — Боюсь, однако, что леди Лоули это будет очень неприятно.

— О, она будет просто в ярости! — согласился лорд, и они засмеялись.

Он приказал подать еду. Петрина считала, что они должны дождаться своих противников, но она была так голодна, что Роулок с легкостью уговорил ее съесть несколько ломтиков холодной индейки и только что испеченного, прямо из духовки пирога.

— Вам нужно отдохнуть, — сказал он, когда они поели. — Полагаю, вы захотите править и на обратном пути, а это довольно утомительно!

«Верно», — подумала Петрина и позволила усадить себя в большое удобное кресло и подставить под ноги скамеечку. Откинувшись на подушки, она поняла, что смертельно устала и не прочь вздремнуть.

Возможно, подействовало шампанское, а может быть, это было следствием напряженной езды, да и про огорчения, вызванные разговором с графом, нельзя забыть.

Как бы то ни было, не успела она закрыть глаза, как тут же погрузилась в глубокий сон...

Когда Петрина проснулась, в маленькой комнате было очень тихо, и с минуту она не могла понять, где находится. А затем вдруг увидела лорда Роулока, сидевшего на подоконнике и глядевшего в сад.

— Боже мой, я заснула! — в смятении воскликнула Петрина.

— Но у вас были все основания, чтобы чувствовать себя уставшей, — ответил лорд ласковым тоном.

Он встал, подошел к креслу и посмотрел на девушку сверху вниз.

— А вы такая красивая, когда спите!..

Петрина приподнялась и поправила волосы.

— Вам следовало меня разбудить, — твердо ответила она. — Который час?

Лорд Роулок вытащил из нагрудного кармашка часы.

— Почти пять вечера.

Петрина от ужаса слегка вскрикнула.

— Пять часов? Тогда мы должны немедленно выехать в Лондон!

Она подумала, что не успеет добраться до дома прежде графа, и опять последуют неизбежные расспросы, и он снова рассердится на нее, на этот раз за то, что она нарушила его приказание и находилась в обществе лорда Роулока.

— Мы должны ехать! — твердо объявила она — Но что с леди Лоули? Где она?

Лорд Роулок пожал плечами:

— Может, что-то случилось по дороге. А может быть, она не смогла найти гостиницу.

— Но это очень странно!

— Согласен, но, возможно, поняв, что проиграла, леди Лоули была слишком уязвлена и не захотела с нами встречаться?..

— Я немедленно должна ехать обратно! — решительно заявила Петрина, встав с кресла.

— Пойду прикажу, чтобы запрягали лошадей.

Лорд Роулок вышел, а Петрина быстро поднялась в свою комнату. Она надела капор и, взглянув и зеркало, увидела встревоженный, беспокойный взгляд. Граф и так был на нее сердит, и усугублять его недовольство у нее не было ни малейшего желания. Теперь она бранила себя за глупость и ребячество, поддавшись которым отправилась в поездку с лордом Роулоком. С этими мыслями Петрина спустилась по дубовой лестнице. Внизу ее ждал лорд Роулок. Взглянув на него, Петрина сразу поняла, что случилось нечто серьезное.

— В чем дело?

— Одна из лошадей потеряла подкову.

— О господи! — вскричала Петрина.

— Да все и порядке, — сказал Роулок успокаивающе, — кузнец живет всего в четверти мили отсюда, и я немедленно послал за ним грума.

— Но это значит, что мы еще на какое-то время задержимся! — сказала Петрина, почти обезумев от волнения.

— Но что же делать!.. — ответил Роулок.

— Да, делать нечего, — согласилась Петрина. — Ах, ну почему вы не разбудили меня раньше?!

— Не сердитесь, Петрина, вы были так утомлены поездкой! Кроме того, я все время высматривал леди Лоули.

Его оправдания не показались Петрине достаточно убедительными, но винить по-настоящему она должна была только себя и поэтому промолчала.

— Пойду взгляну, не видно ли кузнеца. — И с этими словами лорд Роулок вышел.

Петрина взволнованно ходила по маленькой комнате. Она чувствовала, что должна срочно что-то предпринять, но что?

Через некоторое время вернулся лорд Роулок.

— Что слышно о кузнеце? — быстро спросила она.

Он покачал головой:

— Конюхи говорят, скоро будет.

— Мы могли бы нанять другую лошадь, — предложила Петрина.

— Вряд ли это возможно, — отвечал Роулок. — И даже если бы такая запасная лошадь и была, она вряд ли так же быстра на ходу, как наша пара.

— Да, конечно, — согласилась Петрина.

— И все же пойду взгляну, нельзя ли чего-нибудь еще предпринять. — И лорд Роулок поспешно вышел.

На этот раз он отсутствовал так долго, что Петрина решила, будто он сам наблюдает, как подковывают лошадь. Но вот он наконец появился, и по его лицу Петрина поняла, что новости плохие.

— Грум, которого я посылал за кузнецом, вернулся с известием, что его нет дома, но родные ждут его с минуты на минуту и, как только он появится, сразу же направят его в гостиницу.

— Что же нам делать? — в отчаянии воскликнула Петрина.

— Будьте разумны, отнеситесь к этому спокойнее, Петрина, — отвечал лорд Роулок. — Это очень неприятное стечение обстоятельств, но мы не в силах что-либо изменить. Я хочу предложить вам отужинать, а как только лошадь подкуют, мы сразу же отправимся в Лондон.

То, что он говорил, казалось разумным, и Петрине нечего было возразить. Она неохотно сняла капор и так же неохотно выбрала несколько блюд, которые предложил хозяин. Роулок в отличие от нее проявил большой интерес к еде и заказал обильный ужин с большим количеством вина.

Может быть думая успокоиться, она приняла из его рук небольшой бокал мадеры, после чего лорд Роулок немедленно заказал бутылку шампанского и вышел узнать, как идут дела на конюшне.

Петрина с отчаянием подумала, что уже смеркается и, когда она наконец приедет в Лондон, граф будет вне себя от гнева и уж теперь-то наверняка отправит ее в наказание в Харрогит.

Подали ужин, и лорд Роулок стал всячески пытаться развлечь и развеселить Петрину. А она постаралась убедить себя, что у нее нет причин быть с ним нелюбезной, — ведь он не виновен в случившемся.

Лорд Роулок настаивал, чтобы она выпила шампанского, но Петрина сделала лишь один глоток — именно шампанское так предательски ее усыпило. Этого она не могла себе простить.

Во время ужина Роулок расточал ей комплименты и признавался в любви. Такое поведение граф признал бы в высшей степени непозволительным.

Несколько раз Петрина пыталась перевести разговор на другие темы, но Роулок снова и снова возвращался к тому, как он сильно ее любит и каким несчастным себя чувствовал, когда она избегала с ним встреч.

— Я потерял сердце в ту самую минуту, когда впервые вас увидел, — сказал он. — И по иронии судьбы единственная в мире особа, на которой я хотел бы жениться, была мне недоступна. Нас разделяло ее состояние.