Мясорубка Фортуны

— Я так и думала, что ты ее не любишь, — Альбина вильнула хвостом и взошла на край наклоненного треугольника как на утес.

— Лиза — мой кровавый алмаз, который я не выпущу из когтей, — я показал ей ладонь и сжал пальцы. Игра захватила меня, повысила мой голос, но я вовремя спохватился и перешел на шепот. — Для меня она всего лишь добыча. О любви и речи быть не может.

— Давай, как-нибудь встретимся в лесу? — сиганув на лужайку, волчица завалилась на спину и сложила лапы на груди. — Я соскучилась.

— Пока не располагаю временем для тайных свиданий.

— Дурында держит тебя на коротком поводке? — Альбина вскочила.

— Увы, мохнушечка, — я присел на лавочку у фонтана и почесал волчице щеку, глядя с тоской в зеленые глаза. — Как вырвусь на полчасика, так сразу прибегу к тебе. Ты расскажи мне, как твои дела сердечные.

— Так… Никак, — волчица опустила голову на мое колено и вздохнула. — Чувствую себя девушкой из твоей эпохи. Родители склоняют меня к браку по расчету. Выдают меня замуж за Федьку. Он и оборотень, и богач с двумя квартирами и частным домом. То, что им надо. А я люблю Сатибо. А Сатибо… помешался на твоей Лизке. Ну, с тобой все понятно, а он чего к ней прицепился?

— Сам не могу разгадать мудреную загадку. Да и зачем нам ломать умные головы без толку, ежели мы легко можем все управить. Все устроить так, как нам надобно.

— Ты о чем? — встав передними лапами на скамейку, Альбина заинтересованно подняла брови и уши.

— Любишь Сатибо? Так забирай его со всеми потрохами! — я словно с цепи сорвался. — Все, что от тебя требуется — представить Лизе, будто вы с ним любовники. Заболтай самурая. Усыпи его бдительность. Нежно возьми его за руку. Соблазнительно покачай головой. Постреляй глазами. Сделай так, как вы, женщины, умеете, когда хотите показать сопернице свою любовь к избраннику.

— Это будет самая настоящая подстава! Так нечестно… так подло я не могу поступить. Нет, Тихон. Ни за что.

— Еще как можешь, Алечка! — на сей раз я опрокинул ее на лужайку. — Убери Сатибо с моей дороги! — я вцепился когтями в белый густой мех. — Немедленно! Иначе будешь плакать о нем всю жизнь!

Отпустив волчицу, я встал и стряхнул шерсть с пиджака.

— Пойми, ты сделаешь лучше всем. Себе. Мне. Своему любимому… Избавишь Сатибо от страданий, которые причиняет ему безответная любовь.

— Я все сделаю. Перевернусь, оденусь и приведу Сатибо сюда. Приходи с Лизой минут через десять, — Альбина собралась бежать и вдруг остановилась, оглянулась и посмотрела на меня с укоризной. — Знаешь, Тихон… Лиза, конечно, редкая дура. Но глупость — не преступление. Думаю, она не заслужила такое наказание, как ты.

Я нашел Лизу в окружении партнеров по бизнесу. Девушка вполне разумно обсуждала с ними рабочие нюансы, и вела себя в рамках деловой этики. В пугающих слухах о ней явно было больше преувеличения, чем истины.

Увидев меня, Лиза отложила деловые разговоры на будни и схватила меня за руку, чтобы я больше никуда не исчез.

— Ландшафтный архитектор Семена придумал необыкновенно красивый парк, — я приступил к исполнению коварного плана. — Давай, прогуляемся немножко. Городничий еще долго будет говорить.

Лиза посмотрела на сцену, где Валерий Денисович только начал торжественную речь, и улыбнулась мне в знак согласия.

На углу тесной улочки стоял, покачиваясь и опираясь на фонарный столб, преждевременно «тепленький» высокий худой мужчина. Это был оборотень Аркадий — богатый отец Федора. К торжественному вечеру он сделал модную стрижку — на висках его русые волосы были микроскопической длины, а на лоб свисала кудрявая челка, однако трехдневная щетина придавала его усталому лицу неряшливый вид. Улыбаясь самому себе, он покуривал сигарету собственной торговой марки.

Аркадий с юности не горел желанием бегать по лесам в поисках вампиров. Смолину не удалось заманить его в охотничью команду даже в качестве внештатного сотрудника. Табачный бизнес стал отличной отмазкой. И в самом деле, много ли толку на службе от волка, у которого постоянно нос в табаке?

— Неосмотрительно с вашей стороны было приводить сюда вампира, — отделившись от тонкого черного столба, Аркадий возник на нашем пути.

— Тиша не охотится на людей, — сердито выпалила Лиза. — Иван Хельсинг должен был вас предупредить о нем.

— Все так, но… м-м-м, — Аркадий пососал сигарету. — Где вы тут видите людей? Мы с вами в зоопарке, — он обвел широким жестом толпу. — Взгляните на Варвянскую! Ну разве не гусыня? А вон ковыляет к корыту свинячье семейство, — он указал на подошедших к фуршетному столу толстяков — Роберта, Софью и Феликса Ланских. Старый хряк, его хрюшка и подсвинок. Глядите, и Раиса Максимовна тут как тут! — Аркадий заприметил начальницу налоговой в ярко-зеленом коротком не по годам платье. — Ощипанная курица! Ко-ко-ко! Кудах-тах-тах! — он закудахтал, взмахивая руками как крыльями. — Что-о у вас за отче-о-тность? Ко-ко-ко! Где отчисления в бюдже-ет? Кудах-тах-тах! Вы слышали, как она говорит? Того гляди, снесется… Видите тупую вонючую гориллу со стадом орангутангов в правом углу? — он указал на Джаника Саркисова с бандой. — А эти двое… тьфу! Не то павлины, не то павианы. С какой стороны посмотреть, — под раздачу попали Вадик и Славик, гулявшие по площади в обнимку. — Вы лучше присматривайте за своим вампиром. Не отпускайте его далеко в этом зверинце.

— Хорошо, Аркадий Палыч, — смеясь, произнесла Лиза.

Прогулочным шагом я привел ее в парк. Как и было оговорено, Сатибо с Альбиной беседовали у фонтана. Лиза превратилась в чистое внимание. Почти крадучись мы подобрались ближе и замерли. Гремела музыка. Человеческие уши не могли разобрать тихих слов, которыми моя агентесса обменивалась с самураем. А я все слышал. И девушка-волчица услышала стук Лизиных шпилек.

— Мне становится все труднее себя контролировать. Удерживаться от внезапных превращений. Как только начинаю нервничать, сразу обрастаю шерстью, — повернув Сатибо к нам спиной, Альбина взяла его за руку и эротично изогнула шею, глядя ему в глаза. — Твои восточные практики очень помогали. Мне не хватает наших совместных тренировок.

— Я постараюсь выкроить время, — пообещал Сатибо. — Из-за того, что в заповедник с каждым днем прибывает все больше вампиров, мы забросили тренировки. Остались только практические занятия.

Самурай усмехнулся, и Альбина отозвалась веселым игривым смешком, подсократив дистанцию.

— Мы туда не пойдем, — шепнула Лиза, тяжело дыша.

Развернувшись, мы поспешили к площади.

Альбина превосходно выполнила задание. Моя «добыча» покраснела до ушей.

— Давно они встречаются? — спросила Лиза, хватая воздух ртом.

— Со школьной скамьи, — реальные факты нередко служат плодородной почвой для убедительного вранья. — Сатибо и Альбина учились в одном классе. Неужели, ты до сих пор не знала об их чувствах, лапушка?

— Представь себе, нет.

— Ты думала, что самурай водит дружбу с охотниками из чувства гражданского долга? Тебе не приходило в голову, что его участие в совместных тренировках — всего лишь способ чаще видеться с Альбиной?

— Увы, — Лиза моргнула влажными глазами.

Мне было неприятно осознавать, что она имела большие виды на Сатибо.

— Не вздумай плакать о нем, — я остановил ее и приподнял ей голову. — Было бы о ком жалеть. Пил ли он шампанское на балу с великим Пушкиным? Вел ли тайную переписку с Герценом? В отличие от вашего покорного слуги, сударыня, Сатибо не представляет из себя ни малейшей исторической ценности, — я поцеловал Лизе руку и преданно посмотрел ей в глаза.

— Тиша… — девушка растаяла.

Наступило многообещающее безмолвие. Не слыша громогласных корявых стихов председателя Совета депутатов Григория Фонаря, посвященных волочаровским модницам, я очутился в самой романтической атмосфере, какую только могла изобразить моя прыткая фантазия. Над нами с Лизой будто закружились купидоны с итальянских настольных часов Лаврентия. Нас окутали ароматы роз, коих и в помине не было на всем пространстве «Модного улета»… И как всегда бывает по закону подлости, сперва какая-то неуклюжая дама толкнула меня мягким локтем на ходу, потом меня узнала представительница малого бизнеса Галина Несмачная: