Тени города. Вторая часть (СИ)

Хелин было плохо, почти так же плохо, как тогда в катакомбах, когда умирали люди, один за другим, словно намеренно стремились в какую-то машину смерти, готовую перемолоть их кости и выжать всю кровь. Сейчас чувство было не таким сильным, но все же ее словно тянуло во все стороны, растягивало, еще немного и она порвется.

Повсюду звучали выстрелы, и она знала, что любой из них может унести жизнь. Опасность бродила по городу, пересекала улицы и заглядывала в окна, а обнаруживая жертву, обрушивалась на нее, сея смерть. Где-то там ее сестра, где-то там Джон. Она не хотела, чтобы они погибли, но те словно намеренно искали костлявую.

Она успела перекинуться с Джоном всего парой фраз, она хотела сказать больше, но не могла подобрать слов, словно они вылетели у нее из головы, не дождавшись, когда она их поймает. Каким же тогда он был слабым и беспомощным, но Хелин была рада, потому что не чувствовала тогда грозящую ему опасность, а значит, и сама чувствовала себя рядом с ним защищенной.

А еще она думала о своей сестре. Ей не нравилась ее деятельность Охотницы, но на все доводы сестры Фолла лишь отвечала, что это не хуже, чем проституция. Об опасности она и думать не желала. А теперь она еще и предала организацию, перешла на сторону Жнеца, чьи планы не совсем понятны.

Она не могла больше этого выдерживать, сидеть в глухой квартире ничуть не лучше, чем находиться на улице, а потому она быстро оделась, взяла свой "Вальтер" с амбисидиновыми пулями, который ей подарил один из клиентов-Охотников, и вышла на холодные улицы Бруклина.

Безлунная ночь была темна, но для Охотников это не являлось проблемой. Хелин не любила термин Охотник, но Хомо Эребус звучало еще хуже, потому что словно говорило, будто она и не человек вовсе, а монстр, не лучше, чем Тени. Родилась-то она человеком, у нее не раз брали кровь на анализы, и никто не находил чего-то особенного, говорящего, что она не такая, как все. Единственное, что хоть как-то выделяло ее среди большинства, - редкая четвертая группа крови.

Хелин шла к центру города, потому что чувствовала, что именно там скоро окажется опаснее всего. Сама она не знала, что предпримет: если она начнет говорить, чтобы все убегали, прятались в домах, то ее просто сочтут за городскую сумасшедшую. Нужно найти кого-нибудь из Охотников, явно бродящих по всему городу, и поведать им о своих ощущениях. Пусть она и не член организации, но это не отменяет ее способностей и желания помочь.

Впереди ее ждала опасность. Она чувствовала это на уровне интуиции, даже инстинктов, как чувствует заяц, что кто-то вперился взглядом ему в затылок. Вот только Хелин не умела так быстро бегать, и все, что ей оставалось, - прятаться.

Поблизости как раз находился узкий переулок, с заваленным снегом мусором. Она быстро скрылась за пакетами, и только потом увидела, что на снегу остались следы ее ног. Чертыхнувшись про себя, она достала из внутреннего кармана куртки пистолет. Она могла чувствовать грозящую кому-либо опасность, но не предвидела будущего - слишком много "если".

Она сняла темную шапку, чтобы торчащая средь мешком голова не так выделялась. Из-за угла дома вышел человек. Он был в теплой пуховой куртке, которую пересекал ремень автомата, и всматривался в ночь. Обычно одержимые не ходят с оружием наперевес, так что это мог быть и Охотник, однако Хелин чувствовала исходящую от него опасность. Можно было не сомневаться, если он ее заметит, то убьет на месте.

Она резко убрала голову, но случайно задела рукавом один из пакетов, самый уголок, но снег соскользнул с него и посыпался на куртку из шуршащего нейлона. Сначала она хотела надеть пальто, но оно стесняло бы ее движения.

Человек услышал этот едва заметный шум; она не увидела, но почувствовала, как ей стала грозить настоящая смертельная опасность. Первой мыслью было бежать, второй - у него автомат, а переулок такой узкий, что от стены до стены можно дотянуться, просто разведя руки в стороны. Несколько раз Хелин уже приходилось убивать Теней, когда она шла домой рано утром, еще до восхода солнца, которое зимой встает намного позже, но при этом никогда не стреляла в людей, пусть даже и контролируемых Тенями.

Варианта было два: убить или быть убитой. Первый ей нравился больше, пусть и не намного. Она определила источник опасности и наставила пистолет прямо сквозь мусорный мешок. Прогремел выстрел. Хелин вздрогнула, готовая уже упасть замертво, потому что она так и не успела спустить курок. Однако секунду спустя прямо перед ней рухнуло тело, окрашивая снег в красное. Это точно был одержимый, так как кровь вытекала словно нехотя, даже с учетом холода.

Она не вскрикнула, когда прогремел выстрел, однако не смогла удержать писк, словно мышиный, когда перед ней упало мертвое тело, пусть и умерло оно уже давно.

- Кто там? - послышался грубый мужской голос.

- Я не одержимая, - крикнула в ответ Хелин, медленно поднимаясь из-за мусора. - Я лишь пряталась от него.

- Не похожа ты на Охотника. Это оказался среднего роста парень лет двадцати с небольшим. В руках он держал пистолет, а за спиной у него висел автомат; от пистолета шел легкий дымок. Упомянув Охотников, он тут же замялся, осознав, что сболтнул лишнего.

- Я не Охотник, - быстро сказал она, - но у меня тоже есть способности.

- Независимая что ли?

Независимые Охотники. Хелин лишь мельком слышала о них от одного-двух своих клиентов, спрашивала у Джона, но тот лишь отмахивался, мол, они ему не интересны, так как зачастую погибают быстрее, чем успевают убить свою первую Тень. Они знают о Тенях, пусть и не так много, как в организации, знают, как с ними бороться, даже об организации знают, однако не желают в нее вступать: все по разным мотивам, зачастую это банальная обида, что их родных убила Тень, а "Тенелов" не смог их спасти. Не все из них обладают аберрацией.

- Не совсем, - ответила Хелин. - Я ни на кого не охочусь.

- А пистолет? Хелин вдруг поняла, что держит в одной из поднятых рук свой миниатюрный пистолет.

- Девушка же должна себя как-то защищать. - Парень хотел что-то сказать, но Хелин его опередила: - Пусть я и не в организации, мне необходимо связаться с Джоном Сэндменом, Синигами то есть, знаешь такого? Или лучше Демиург Бобби. Да даже Грассхоппер подойдет. У меня для них информация. Хелин специально завалила его именами, чтобы тот понял, что она не какая-то там независимая или, хуже того, любительница острых ощущений. Острые ощущения на то и острые, что можно порезаться.

Кажется, он обдумывал ее слова. Хелин чувствовала грозящую ему опасность, но город был просто пронизан ею, словно она грозила всему и сразу. Эта опасность была легкой, если сосредоточиться, ее можно ощутить на любом человеке: поскользнется и ушибется головой, собьет машина, пораниться при нарезке салата, ударится мизинцем об тумбочку - Хелин не способна сказать, что именно случится, может лишь определить примерный уровень угрозы. Чем сильнее опасность и чем она ближе, тем сильнее она это ощущает.

Этому парню угрожала опасность не больше, чем ей, но вдруг она почувствовала, что ее уровень возрастает с огромной скоростью.

- Быстрее! Прячься! - закричала она ему, но он едва ли шелохнулся.

Неожиданно откуда-то справа от нее и слева от него послышался звук, сначала далекий, но приближающийся с той же скоростью, что и опасность. Хелин вновь закричала, но Охотник, вместо того, чтобы ее послушаться, развернулся и взял в руки автомат. Послышался звук свиста колес, и затем и звук мотора.

Хелин видела, как он открыл огонь и закричал, а две секунды спустя его на огромной скорости протаранил здоровенный черный пикап, даже не притормозив. Тело подлетело на несколько метров в воздух и со шлепком ударилось об асфальт. Девушка, зажала ладонями рот, едва не закричав на весь квартал.

Она глядела на изломанное тело и не знала, что делать. У него было оружие, а также она заметила у него в ухе гарнитуру, но просто боялась выйти из переулка и подойти. Так и не решившись, она развернулась и побежала. Кто бы ни были те люди в машине, они знали, что делают, знали, кто перед ними.