Эффект Лазаря

Тедж уставился на него в мгновенном остолбенении. Это не островитянский вопрос. Островитяне знали послужной список их друзей и знакомых, но уважение к частной жизни не позволяло задавать подобные вопросы.

– Ваш послужной список? – настаивал Гэллоу.

Алэ положила руку на плечо Гэллоу.

– Островитяне обычно считают такие вопросы невежливыми, – напомнила она.

– Ничего страшного, – ответил Тедж. – Как только я стал достаточно взрослым, морянин Гэллоу, я работал на Стене.

– Это такая служба наблюдения, предупреждающая о появлении водяных стен, – пояснила Алэ.

– Мне знаком этот термин, – отмахнулся Гэллоу. – А потом?

– Ну… поскольку у меня хорошее зрение и хороший глазомер, я служил наблюдателем дрейфа… и на субмаринах. Потом, когда я выказал способности к навигации, меня обучили на лоцмана.

– Ах да, лоцман, – сказал Гэллоу. – Из тех, что рассчитывают местоположение острова. Не слишком точно, насколько я знаю.

– Достаточно точно, – возразил Тедж.

Гэллоу только хмыкнул.

– Правда ли, островитянин Тедж, что ваш народ считает, что моряне похитили душу келпа?

– ДжиЛаар! – воскликнула Алэ.

– Нет, пусть он ответит! – настаивал Гэллоу. – Я недавно прослышал о фундаменталистских настроениях на островах – таких, к примеру, как Гуэмес.

– Ты невыносим, ДжиЛаар! – выпалила Алэ.

– Я ненасытно любопытен, – возразил Гэллоу. – Так что вы скажете на этот счет, Тедж?

Тедж знал, что должен ответить, но когда он заговорил, собственный голос показался ему удручающе громким.

– Многие островитяне верят, что Корабль вернется, чтобы простить нас.

– И когда это будет? – поинтересовался Гэллоу.

– Когда мы достигнем Коллективного Сознания!

– А-аа, старые истории о Великом Переходе, – фыркнул Гэллоу. – И вы в это верите?

– История – мое хобби, – заметил Тедж. – Я верю, что нечто важно произошло с человеческим сознанием во время Клоновых Войн.

– Хобби? – переспросил Гэллоу.

– Должность историка для островитян не оплачивается полностью, – пояснила Алэ. – Это дополнительная работа.

– Ясно. Продолжайте, Тедж.

Тедж стиснул кулаки, стараясь подавить гнев. Гэллоу не просто важничает… он и в самом деле важная фигура… а для надежд Теджа и вовсе ключевая.

– Я не верю, что мы украли душу келпа, – произнес Тедж.

– Тем лучше для вас! – На сей раз Гэллоу улыбнулся по настоящему.

– Но я верю, – добавил Тедж, – что наши предки, возможно, с помощью келпа, уловили некоторые проблески сознания… некое мгновенное единение всех разумов всех, живущих в то время.

Гэллоу прикрыл рот ладонью странно пугливым жестом.

– Хроники согласны с этим, – признал он. – Но можем ли мы им доверять?

– Вне всяких сомнений в человеческом генофонде присутствуют гены келпа, – ответил Тедж. Он взглянул через все помещение на Паниля, который внимательно прислушивался к разговору.

– И кто знает, что может случиться, верни мы келпу разум, а? – произнес Гэллоу.

– Вроде того, – согласился Тедж.

– А что вы думаете о том, что Корабль покинул нас здесь?

– ДжиЛаар, пожалуйста! – перебила его Алэ.

– Пусть он ответит, – сказал Гэллоу. – У этого островитянина активный ум. Он может оказаться тем, кто нам нужен.

Тедж попытался сглотнуть, но в горле, как на грех, пересохло. Это что – проверка? Неужто Гэллоу испытывает его перед тем, как принять в морянское общество?

– Я надеялся… – Тедж вновь попытался сглотнуть. – Я имею в виду, раз уж я все равно здесь… я надеялся получить доступ к материалам, которые получены морянами из старого Редута. Возможно, ответ на ваш вопрос… – голос его пресекся.

Установилось неловкое молчание.

Алэ и Гэллоу обменялись загадочным взглядом.

– Как интересно, – протянул Гэллоу.

– Мне говорили, – гнул свое Тедж, – что когда вы получили базу данных Редута… то есть… – он кашлянул.

– Наши историки работают полный рабочий день, – заявил Гэллоу. – После Катастрофы все, включая материалы из Редута, подвергнуты тщательному анализу.

– И все же я хотел бы увидеть эти материалы, – повторил Тедж, мысленно выругав себя: до того жалобно звучал его голос.

– Скажите мне, Тедж, – поинтересовался Гэллоу, – каков будет ваш ответ, если из этих данных вы узнаете, что Корабль – искусственный объект, созданный человеческими существами, а вовсе никакой не Бог?

– Ересь Искусственников? – поджал губы Тедж. – Разве это не…

– Вы не ответили на мой вопрос, – заметил Гэллоу.

– Я хотел бы увидеть данные и вынести суждение самостоятельно, – ответил Тедж. Он так и замер. Ни один островитянин не поучал еще доступа к архивам Редута. Но то, на что намекнул Гэллоу… это бомба!

– Мне было бы весьма интересно услышать, что может сказать островитянский историк о материалах Редута, – заявил Гэллоу, взглянув на Алэ. – Ты видишь хоть какую-то причину отказать ему в этом, Карин?

Та пожала плечами и отвернулась; выражение ее лица Тедж не мог понять. «Отвращение?»

Гэллоу одарил Теджа оценивающей улыбкой.

– Я так понимаю, что Редут имеет для островитян мистическое значение. Но не уверен, что хочу питать их суеверия.

«Мистическое?» подумал Тедж. Когда-то суша выступала из моря. Это место было выстроено на континенте, на твердой земле, которая не дрейфовала, и оно последним подверглось Катастрофе. Мистическое? Да что Гэллоу – играет с ним, что ли?

– Я квалифицированный историк, – напомнил Тедж.

– Вы говорили о хобби, – покачал головой Гэллоу.

– Архивы Редута сохранились в неприкосновенности? – отважился задать вопрос Тедж.

– Они были запечатаны, – ответила Алэ, снова поворачиваясь к Теджу. – Наши предки устроили воздушную камеру прежде, чем прорубаться через пласталь.

– Все находилось так, как было оставлено, когда они покидали это место, – добавил Гэллоу.

– Так это правда, – выдохнул Тедж.

– Но будете ли вы поддерживать суеверия островитян? – настаивал Гэллоу.

– Я ученый, – сухо ответил Тедж. – Я не буду поддерживать ничего, кроме истины.

– Откуда столь внезапный интерес к Редуту? – спросила Алэ.

– Внезапный? – Тедж изумленно уставился на нее. – Мы всегда хотели допуска к архивам Редута. Люди, которые его оставили, являются и нашими предками.

– Если можно так сказать, – бросил Гэллоу.

Тедж почувствовал, что кровь бросилась ему в лицо. Большинство морян верило, что острова населены исключительно клонами и мутантами. Так Гэллоу и в самом деле верит в эти бредни?

– Возможно, мне следовало спросить, что возобновило интерес? – поправилась Алэ.

– Мы, знаете ли, слышали о движении обитателей Гуэмеса, – добавил Гэллоу.

Тедж кивнул. БогоТворение среди островитян переживало подъем.

– Имеются отчеты о неопознанных объектах в небе, – ответил Тедж. – Кое-кто верит, что Корабль уже вернулся к нам и прячется на орбите.

– А вы в это верите? – спросил Гэллоу.

– Это возможно, – признал Тедж. – Наверняка я знаю только, что КП занята по горло, обследуя людей, заявивших, что им было видение.

– Ну надо же! – фыркнул Гэллоу.

Тедж вновь ощутил горечь. Они играют с ним! Все это – жестокая морянская игра!

– Что тут забавного? – спросил он.

– ДжиЛаар, прекрати! – возмутилась Алэ.

– Карин, посмотри внимательно на островитянина Теджа, – произнес Гэллоу, воздев руку. – Разве он не мог бы сойти за одного из нас?

Алэ окинула Теджа быстрым взглядом и повернулась к Гэллоу.

– Ты что творишь, ДжиЛаар?

Тедж глубоко вдохнул и задержал дыхание.

– Каков был бы ваш ответ, Тедж, – поинтересовался Гэллоу после минутного изучения, – если бы я предложил бы вам вступить в морянское общество?

Тедж медленно выдохнул, вновь вдохнул.

– Я… я бы принял предложение. С благодарностью, конечно.

– Конечно, – эхом отозвался Гэллоу и улыбнулся Алэ. – Ну а поскольку Тедж будет одним из нас, нет ничего плохого в том, чтобы объяснить ему, что меня позабавило.