Сказки Долгой Земли (авторский сборник)

Драган с ним не враждовал – он не идиот, чтобы наживать таких врагов. Много лет назад, когда ему было примерно столько же, сколько сейчас Лотте, их даже связывали отношения, условно напоминающие дружбу. К счастью, длилось это недолго, но Драган тогда успел научиться у опасного старшего приятеля кое-чему полезному по части магии – это да, переоценить трудно, и вдобавок усвоил: этому лучше ни в чем не перечить, а если он затеял какой-нибудь эксперимент, желательно находиться как можно дальше от места действия.

Если Валеас станет Весенним Властителем, что-то будет. И если проиграет, все равно что-то будет. Пожалуй, самый разумный вариант – это Сансельба: караван туда идет черт знает сколько, сансельбийские нефтяные бароны держатся особняком, в политику не играют – симпатичная позиция, схожая с жизненным кредо самого Драгана. Он дождется результата выборов, посмотрит на инаугурацию, интересно же все-таки, а после соберет чемоданы и отправится на Сансельбу, пока что-нибудь не началось. И Лотту с собой прихватит, если она будет не против. К своей ученице Драган в меру привязался, но нет смысла спасать того, кто спасаться не хочет. Он не любил применять силу, это натуральный отстой.

Спускаясь по заплеванной лестнице, колдун размышлял на другую тему: тащить ли Лотту с собой на завтрашний бал во дворце у Зимней Властительницы? Как уважаемый представитель магического сословия, он честь по чести получил приглашение и мог привести с собой даму, но баловать учеников нельзя, девчонка должна заслужить награду. Хм, подсунуть ей до завтра какое угодно задание посильной сложности…

Сам он однозначно туда собирался. До него дошли сплетни, что Валеас где-то откопал фантастически красивую девушку, «увидишь – челюсть отвалится», и Драгану хотелось на нее посмотреть. Придерживая челюсть, если понадобится. Тем более стоит прийти с собственной дамой. Даже если эта бывшая медсестра из забытой богом глухомани нужна Валеасу исключительно как декоративный элемент – а судя по тому, что Драган о нем знал, так и есть, – он не потерпит, чтобы кто-то прельщал его официальную пассию. Он же классический хищник. Если он наденет Весеннюю корону, Драган его тепло поздравит и сбежит на Сансельбу, а если не наденет… тогда тем более сбежит.

Внизу тянуло сквозняком. Входную дверь украшали застекленные квадратные оконца – и все до одного расколоты трещинами, а нижнее и вовсе вылетело. Когда они с Лоттой сюда пришли, стекла были целехонькие. Драган на секунду напрягся, ощутив следы недавнего магического возмущения. Не придется изобретать для Лотты учебное задание, Онората обо всем позаботилась.

– Ничего не чувствуешь? – поинтересовался он с легкой усмешкой, когда вышли во двор.

– Это добрая гадина от души приложила дверью, выскочив из подъезда, и все стекла побила.

– Хм, видно невооруженным глазом. Еще?

– Что-то было…

Миловидное конопатое лицо ученицы стало настороженным и сосредоточенным. Начала озираться, присела. Свела брови, разглядывая осколки. Драган ждал, что она скажет.

– Онората выделила из себя какую-то малую вредоносную сущность. Спонтанно или нарочно, не понять… Наверное, засадила ее в стекло и унесла с собой, здесь не хватает большого осколка.

– Как называется эта сущность?

– Стеклянник, – выпалила девушка, испытывая гордость оттого, что знает точный ответ.

– Что она делает?

– Преследует того, к кому ее прилепили, перескакивая в любые отражающие поверхности – зеркало, стекло, вода, лед, полированное дерево, блестящий металл…

– Чем опасна?

– Портит те предметы, в которых подолгу задерживается, и питается жизненной энергией преследуемого. Берет понемногу, но это ослабляет организм, вызывает разные заболевания.

– Молодец. Учебные материалы ты усвоила на совесть, а теперь вот тебе практическое задание: надо найти того беднягу, которого Онората оделила стеклянником, и избавить от этой напасти. Насколько я знаю Онорату, выбирала она недолго, это какой-нибудь случайный прохожий. Ты должна взять след, разыскать его, и дальше… Что ты сделаешь дальше?

Девчонка наморщила лоб, припоминая последовательность действий.

– Подвести преследуемого к зеркалу, сотворить выманивающие стеклянника чары. Когда он появится, поймать его, рассечь связь между ним и преследуемым и отослать малую сущность назад к хозяйке. Можно при этом поменять вектор вредоносного воздействия на обратный, а можно не трогать, тогда оно просто рассеется. Я поменяю, пусть Онората получит!

– Когда поворачиваешь вектор, это дополнительный расход силы, имей в виду. Теорию ты знаешь, теперь дело за тем, чтобы выполнить это на практике. Если справишься, пойдем с тобой завтра на бал к Зимней Госпоже.

– Учитель Драган! – восхищенно ахнула Лотта.

– За работу.

Как он и предвидел, Онората отыгралась на первом встречном: недостающие осколки нашлись в двух шагах от пропахшей мочой арки, выводящей со двора на улицу.

Ученица опустилась на корточки, изучая следы в развезенном на тротуаре снежном месиве, а Драган, засунув руки в карманы пальто, смотрел на тихую в этот поздний час зимнюю улочку, выбеленную и усыпанную блестками, и думал о том, что-то будет твориться в Танхале весной… Ему казалось, что ничего хорошего.

– Учитель Драган, я нашла. – Голос Лотты звучал потрясенно. – Следочки-то маленькие, с мою ладонь! Она своего стеклянника ребенку засадила, вот сука…

– Это упрощает твою задачу. Взрослый первым делом начал бы выяснять, какой счет мы ему после выставим, а услышав, что это бесплатно, потому что учебная практика, еще бы призадумался, что безопасней – принять помощь от колдуньи-ученицы или таскать с собой стеклянника. Взяла след?

– Да. – Лотта выпрямилась, сверкнув глазами. – Ребенок побежал в ту сторону.

– Тогда вперед, за билетом на бал.

Это напоминало сплетенную из веревок куклу: болтаются длиннющие ручки-ножки, вместо головы мешочек размером с кулак, и на нем нарисовано углем злобное личико. Веревочное существо извивалось в темном стекле, мотало головой, гримасничало, кривя черный рот.

Сандра в ответ тоже скорчила рожу: на тебе! Это была уже которая витрина, куда она заглянула проверить, не отвязалась ли чертова кукла. Надейся, такая отвяжется…

Над витриной красные и желтые лампочки освещали вывеску: «Господин своей жизни», внутри стояло несколько мужских манекенов в строгих костюмах с жесткими белыми воротничками, зато босиком. Гипсовые ступни с аккуратно вылепленными пальцами попирали полированный пол.

Какие же они господа своей жизни, если у них даже обувки зимой нету, хмуро подумала Сандра, вытаскивая из кармана дареную шоколадку. Она совсем чуть-чуть отломит, чтобы маме тоже осталось.

Надо придумать, что делать. Возвращаться в ночлежку с этой штукой нельзя, их тогда на улицу выгонят. Недавно один пьянчуга, тоже с Ваготы, подцепил в городе «прилипал» – толкнул незнакомого старика, а тот обиделся и оказался колдуном, – так директор ночлежки сразу выставил его за порог.

«Прилипалы» похожи на хлопья пыли, которые вьются вокруг человека и то видны, то не видны. Из-за них в два счета скисает молоко, другая еда тоже протухает, а спиртное, по словам взрослых, становится мерзопакостным – стоит только жертве протянуть руку к посудине, куда это положено или налито. Вот бедолагу и выдворили, пока он все продукты не перепортил. Если попал в такой переплет, надо поскорее сходить к ведьме или колдуну, но те помогают не за «спасибо», а у несчастного алкаша денег не было. Он так и околел от голода и холода, нашли возле помойки окоченевшего. Сандра хотела сбегать посмотреть, но мама не пустила, даже рассердилась, а на следующий день ничего там уже не было, кроме примятого снега, почерневших картофельных очисток и собачьих следов.

Шоколадка оказалась в полном порядке. Значит, не «прилипала». На радостях Сандра отломила себе последний квадратик – честно, последний. Остальное засунула поглубже в карман, для мамы. Поглядела на белолицых босяков в дорогих костюмах, натянула варежки и зашагала дальше. Витрину бить нельзя, а то папу с мамой засудят и заставят деньги платить. Надо найти что-нибудь попроще и расколотить вдребезги: может, тогда это пугало сдохнет?