Делай что должно

– Значит, надо идти в Клух, - махнул рукой Заграт. - Хуже не будет. Не таскаться же нам по лесам до скончания века. Тем более, оттуда до этой… как ее? Кататонии рукой подать. Нам же, в конце концов, нужно к Майно в спальню залезть и красного петуха пустить, правильно я понимаю?

– Ага, - улыбнулся Тилос. - А под шумок - глотку ему перерезать. Да, вот еще. Что с пленником делать будем?

– Он не смылся? - осведомился Заграт.

– Я приглядывал. На месте пока.

– Схожу-ка я, проверю, - орк встал и враскачку ушел за деревья. Через пару минут он вернулся.

– Ну что, двигаться будем? Аль до завтра подождем? - ворчливо осведомился он.

– А с пленным-то что? - удивленно спросил Хлаш. - Так и оставим связанным? Лучше уж сразу кончить, чтобы не мучился.

– Уже, - сплюнул шаман на землю. - С вами только кашу по тарелке размазывать. А вы что хотели - отпустить? Чтобы он у нас на хвосте продолжал висеть? Второй раз он бы точно не попался.

– Ты его убил? - пораженно воззрилась на него Ольга. - Но он же… он… безоружный, связанный…

Теомир только опустил голову.

– Лучше он, чем мы, - орк присел перед ней на корточки и посмотрел девушке в глаза. Его зрачки мерцали неярким огнем. - Онка, это война. Или мы, или нас. Чем быстрее вы, птенчики, это поймете, тем лучше.

– Тогда чего мы тянули с этим до утра? - резонно поинтересовался Тилос. - Парень всю ночь зря мучался.

– Это вы ночью бодягу развели, - оскалился Заграт. - Мне-то все и так ясно было. Пошли, что ли?

До Клуха они добрались лишь две недели спустя, и то лишь благодаря заморенным лошадям, купленным у угрюмого хозяина постоялого двора на заросшем высокой травой тракте. Тот долго жаловался на жизнь, на отсутствие путешественников, на разорительные для округи постоянные войны. Постоялый двор и в самом деле выглядел заброшенным и ветшающим. Кроме самого хозяина и его толстой жены с распухшими суставами на руках, здесь присутствовал лишь один работник, в данный момент пьяный в стельку и валяющийся под забором в компании пары тощих свиней и облезлой собаки. Остальные работники сбежали за последние месяцы, когда платить стало нечем.

– Последние запасы подъедаем, - пожаловался хозяин, уныло перебирая серебряные монеты, скупо отсчитанные Хлашем. - Пора, пожалуй, бросать это место да перебираться куда еще. Стар я уже в работники идти… - Он тяжело вздохнул и сгреб монеты со стола. - В конюшне ваши лошади. Пропадай все пропадом, кому сейчас нужны подмены?

Лошадей нашлось всего четыре, но Хлаш, пожав плечами, отдал Тилосу свой заплечный мешок и трусцой побежал рядом. Втайне он радовался, что не придется снова лезть на коня верхом, беспокоясь о том, как бы ненароком не сломать хребет животине. Впрочем, в первые дни ему даже не пришлось особо напрягаться - отощавшие животные едва шли шагом. Но и попозже, когда кони немного отъелись и пошли трусцой, тролль ни разу даже не запыхался. То ли Тилос придерживал лошадей ради него, то ли еще что.

Первые села стали попадаться в неделе езды от Клуха. Невысокие бедные дома из неошкуренных бревен, подслеповатые окна, затянутые бычьими пузырями, а то и просто забитые плахами… В некоторых хибарах отсутствовали даже дымоходы, там топили по-черному, из дверей тянуло дымком. Оборванные дети, раскрыв рты, провожали путешественников долгими любопытными взглядами, особенно рассматривая висящего у Ольги на плече и мирно спящего Злобного Ыха.

– Ну и нищета… - с отвращением сказал Заграт. - Голь перекатная. У нас на временных стоянках дома и то лучше.

– Война, - ответил Тилос. - Постоянная война, здесь или неподалеку. Откуда богатству быть?

– Забор-то им кто мешает поправить? - орк кивнул на покосившийся, почти упавший частокол вокруг заросшего огорода. - Небось, сам Майно?

– А смысл? Завтра придут мародеры и начнут крушить все подряд для развлечения…

– Вилы у них есть? Топоры? Мародеров надо учить, - Заграт продемонстрировал желтые клыки в гримасе отвращения. - А то последнее заберут и глотки перережут.

– А как ты мародеров от регулярной армии отличишь? - усмехнулся Тилос. - Они, в общем-то, мало чем различаются. А с армией шутки плохи - сожгут деревню и не поморщатся. Нет, братец, тебе легко говорить. Пока в окрестностях мира не установится, изгородь никто чинить не станет.

Изредка проезжали сжатые поля, с трудом отвоеванные у леса. Как-то ночью зарядила унылая осенняя морось. На открытом месте плащи быстро промокали и уже не спасали от промозглого холода. Впрочем, в лесу, под деревьями, ехалось не лучше: крупные капли срывались с желтеющих листьев и хвои, били в лицо или тяжело шлепали про плащам.

– Пожалуй, я был оптимистом, - пробормотал как-то Тилос. - Ярмарка, скорее всего, уже давно закончилась. Если она вообще состоялась в этом году - народ, наверное, зерно для себя придержал.

– Доберемся до города - увидим, - философски откликнулся неспешно трусящий рядом Хлаш. - Не поворачивать же назад.

Клух показался на исходе дня. Леса расступились широкой прогалиной, и в сумерках впереди замерцали тусклые огни большого поселения, огороженного невысоким частоколом. Поутихший днем дождь начал накрапывать снова, и путешественники понукали усталых коней, чтобы побыстрей очутиться под крышей. Размеренно топающий по грязи Хлаш обратил внимание на непринужденность, с которой держится в седле Заграт. Орк-всадник, хмыкнул он про себя. Ишь, навострился! Надо спустить его с седла до постоялого двора, чтобы лишние толки не пошли. Не приведи Путь сейчас с его соплеменниками столкнуться…

Отправив Ыха на охоту (зверек уже привык, что в города ему лучше не соваться), Отряд подошел к воротам. Опасения Хлаша оправдались. Привратник бросал на Заграта удивленно-подозрительные взгляды все время, пока Тилос вытаскивал из кошеля медяки для уплаты въездной пошлины. В конце концов Заграт недовольно ощерился, продемонстрировав клыки, и привратник, испуганно выхватив из рук Тилоса монеты, отскочил в сторону и торопливо поднял вверх барьер, преграждающий въезд. Обернувшись назад, Хлаш увидел, что он по-прежнему смотрит вслед Отряду с настороженно-удивленным выражением.

– Слез бы ты с коня, друже, - негромко посоветовал тролль шаману. - В глаза бросаешься.

– И по грязище шлепать? - пробурчал шаман. - Погоди, за сотню шагов до постоялого двора слезу.

– Ишь как запел, - усмехнулся Хлаш. - А помнишь, что вначале было? "Орк на лошади!… Не спина, а стол!…" Давай, слазь, нужно из твоего мерина вьючного изобразить, что ли.

Недовольно ворча себе под нос, Заграт нехотя сполз на землю. Несколько минут ушло на то, чтобы перекинуть через луку седла вещевые мешки компании, так что до крова Отряд добрался после темноты.

Разместив коней и наспех перекусив, поднялись в снятые на ночь две крохотные комнатушки на втором этаже заведения. Ярмарка действительно уже кончилась, но трактир был забит постояльцами. Ольга решительно потянула Теомира в одну из комнат и как бы невзначай прикрыла дверь перед носом идущего за ними Заграта. Тот недоуменно остановился, потом хмыкнул и повернул в другую комнату.

– Поместимся втроем? - осведомился Хлаш, критически оглядывая маленькую комнаты с затянутыми слюдой оконцами.

– Вдвоем, - поправил Тилос, сунув ему в руки свои пожитки. - Мне надо по городу поболтаться. Разведать, что к чему, и все такое.

– У тебя и тут свои люди есть? - понизив голос, удивился Хлаш. - Ну ты даешь!

– Есть, есть, - рассеянно покивал Тилос. - Если бы только разыскать… Не я вербовал, резидент в Крестоцине. Рации у них не водится, так что придется топать ножками.

– Помощь не нужна? - осведомился Хлаш. - У меня сохранилось немного ночного зелья.

– Тогда можно еще трубить в горн и размахивать факелами на перекрестках, - улыбнулся Тилос. - Я в основном по трактирам ошиваться буду, а тролли здесь ох как редки… Заметил, как на тебя в зале пялились? Больше, чем привратник - на конного Заграта.

– На все-то у тебя ответ найдется, - сморщился Хлаш. - Ладно, гуляй, только не загуляйся.