Сборник.Том 4
Сборник.Том 4 читать книгу онлайн
В жизни великого математика, основателя науки психоистории, создателя Академии Гэри Селдона много «белых пятен». О бурной и полной приключений молодости гения повествуют романы «Прелюдия к Академии» и «На пути к Академии». «На пути к Академии» — последний роман сэра Айзека Азимова, вышедший в свет уже после смерти знаменитого фантаста.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
— Хунта собирается ввести подушный налог — и немалый, кстати говоря. Завтра об этом будет объявлено по тренторвидению. Для начала налог введут на Тренторе, а во Внешних Мирах пока подождут. Это меня несколько огорчает. Я-то надеялся, что налог будет введен одновременно по всей Империи, но, очевидно, я всё-таки слишком старательно призывал генерала к осторожности.
— Хватит и Трентора, — сказал Амариль. — Внешние Миры прекрасно поймут, что не сегодня-завтра дело дойдёт и до них.
— Теперь остаётся только ждать и смотреть, что случится.
— Начнётся дикий крик, как только будет передано официальное сообщение. Начнутся демонстрации — ещё до того, как налог будет введён фактически.
— Ты уверен?
Амариль включил Главный Радиант и быстро нашёл нужный участок.
— Сам посуди, Гэри. Уж и не знаю, как это можно интерпретировать иначе, ведь этот прогноз сделан при наличии тех самых специфических условий, которые имеют место сейчас. Если этого не произойдёт, значит, вся наша работа над психоисторией — мартышкин труд, а я отказываюсь в это верить.
— Постараюсь набраться мужества, — улыбнулся Селдон. — Юго, скажи, как ты себя чувствуешь в последнее время?
— Да нормально. Практически нормально. А ты-то сам как? До меня дошёл слух, будто бы ты собрался на пенсию. Даже Дорс что-то в этом роде сказала.
— Не обращай на Дорс взимания. Она сейчас говорит всё, что угодно. Ей в голову втемяшилась какая-то ерунда — будто бы Проекту грозит опасность.
— Какая опасность?
— Лучше не спрашивать. Просто пунктик какой-то, и разговаривать с ней стало совершенно невозможно.
— Видишь, как мне повезло, что я холостяк, — ухмыльнулся Амариль и спросил потише: — А если ты действительно соберешься в отставку, какие у тебя планы на будущее, Гэри?
— Ты займешь моё место. Какие у меня ещё могут быть планы!
Амариль довольно улыбнулся.
Глава 26
Разговор Дорс Венабили с Тамвилем Эларом происходил в небольшом конференц-зале главного здания университета. Слушая Дорс, Элар всё сильнее краснел. Наконец он не выдержал и взорвался:
— Невероятно!
Замолчав, он яростно потёр подбородок, взял себя в руки и сказал:
— Не хочу вас обидеть, доктор Венабили, но ваши предположения по меньшей мере странны, и вы не правы. Да как такое возможно здесь, в нашем коллективе? Нет, ваши подозрения лишены всякого основания. Если бы всё, о чём вы говорите, имело место, я бы, несомненно, знал об этом. Уверяю вас, ничего этого нет. И не думайте об этом.
— А я об этом думаю, — упрямо мотнула головой Дорс. — И у меня есть для этого все основания.
— Уж и не знаю, как сказать, чтобы вас не обидеть, доктор Венабили, — хмыкнул Элар, — но если человек достаточно изобретателен и страстно желает что-либо доказать, он найдёт все причины и основания в подтверждение своим предположениям — ну или, по крайней мере, всё, что он таковыми посчитает.
— Вы думаете, у меня паранойя?
— Я думаю, что ваше беспокойство о маэстро, которое я с вами полностью разделяю, преувеличено, скажем так.
Дорс помолчала, обдумывая слова Элара.
— В том, что изобретательный человек может найти доказательства своей правоты, я с вами согласна. Например, я могу выдвинуть против вас обвинения.
Элар выпучил глаза.
— Против меня? Занятно! Очень хотелось бы услышать, что же это за обвинения такие!
— Прекрасно. Услышите. Скажите, отметить юбилей Гэри — это была ваша идея, не так ли?
— Я думал об этом, не отрицаю, но и другие тоже думали. При том, что маэстро в последнее время так сокрушался о своем почтенном возрасте, желание подбодрить его было вполне естественным.
— Согласна, другие, может быть, тоже об этом думали, но вы сильнее остальных настаивали на праздновании юбилея и заразили этой идеей мою невестку. Она занялась подготовкой, а вы убедили её в том, что празднование нужно сделать как можно более пышным. Так?
— Вот уж не знаю, оказал ли я на неё такое сильное влияние, но пусть даже так, что в этом плохого?
— В принципе, ничего, однако, устраивая столь помпезное и длительное торжество, разве мы тем самым не намекнули подозрительным и небезопасным людям из хунты на то, что Гэри — слишком популярный человек, а стало быть, угроза для них?
— Никто не поверит, что у меня на уме было что-либо подобное.
— А я пока всего-навсего высказываю предположение, — усмехнулась Дорс. — Пойдём дальше. Планируя проведение торжества, вы распорядились освободить главные помещения Проекта…
— На время. По совершенно очевидным причинам, — уточнил Элар.
— …и настояли, чтобы временно туда никто не заходил. Никто не работал — один только Юго Амариль.
— Не думаю, чтобы маэстро был недоволен тем, что перед его юбилеем сотрудники немного передохнули. Безусловно, и вы на это не можете пожаловаться.
— Я говорю о том, что в пустых кабинетах очень удобно вести секретные переговоры. Ведь кабинеты надёжно экранированы.
— А я вел там переговоры — с вашей невесткой, торговцами, дизайнерами — да с кем только я не говорил. Это было совершенно необходимо или вы так не считаете?
— Что, если один из тех, с кем вы вели переговоры, был членом хунты?
Элар так посмотрел на Дорс, словно она дала ему пощечину.
— Это неправда, доктор Венабили. За кого вы меня принимаете?
Дорс не дала ему прямого ответа.
— Вы, — сказала она, — обратились к доктору Селдону с предложением заменить его во время предстоящей встречи с генералом Теннаром — вы очень старались убедить его в том, как это благоразумно с вашей стороны и как рискованно для него. В результате доктор Селдон принялся отстаивать своё желание лично увидеться с генералом, что можно истолковать таким образом: вы именно этого и добивались.
Элар издал короткий нервный смешок.
— Ей-богу, при всем уважении к вам, доктор Венабили, это здорово смахивает на параноидальные явления.
Дорс не отступала.
— А затем, после вечеринки именно вы предложили не отпускать доктора Селдона одного, а отправиться с ним целой компанией и остановиться в отеле «На краю Купола», верно?
— Да, и я помню, что вы сказали, какая это отличная мысль.
— А не могло ли это быть задумано для того, чтобы раздразнить хунту, лишний раз продемонстрировав им популярность Гэри? Не могло ли это быть задумано для того, чтобы у меня возникло искушение прорваться на дворцовую территорию?
— Что, я смог бы вас остановить? — сердито спросил Элар. — Это вы сами решили.
Дорс не обратила на его слова никакого внимания и продолжала:
— И, конечно же, вы надеялись, что моё вторжение на дворцовую территорию ещё сильнее настроит хунту против Гэри.
— Но зачем, доктор Венабили? Зачем мне всё это нужно?
— Можно предположить, что затем, чтобы избавиться от доктора Селдона и занять его место руководителя Проекта.
— Да как вам такое в голову пришло! Не могу поверить, что вы говорите серьёзно. Вы просто-напросто продолжаете заниматься тем, о чём сказали вначале, — показываете мне, чего может добиться изобретательный ум при желании раздобыть так называемые доказательства.
— Хорошо, поговорим о другом. Я сказала, что у вас была возможность использовать опустевшие помещения для личных переговоров и, может быть, вы беседовали там с одним из членов хунты.
— Смешно слушать.
— Однако вас подслушали. В кабинет вошла маленькая девочка, уселась там в кресло так, что её не было видно, и подслушала ваш разговор.
Элар нахмурился.
— И что же она услышала?
— Она рассказала, что двое мужчин разговаривали о смерти. Она всего лишь ребенок и не запомнила разговора в точности, но два слова врезались ей в память — «смерть» и «финики».
— Простите меня, но теперь вы перешли от фантазий к безумию. При чем тут «финики» и какое я к этому имею отношение?
— Первой моей мыслью было принять её рассказ буквально. Девочка, о которой я говорю, без ума от фиников, а их на праздничном столе было невероятное количество. Слава богу, они оказались не отравленными.