Наемник

— Невероятно, — пробормотал председатель комитета объединенных начальников штабов.

— Хуже, чем невероятно, — покачала головой представитель коммерции. — Катастрофа. И кто победит?

— Бросайте жребий, — пожал плечами Каринз. — Но если бы мне пришлось говорить, я бы выбрал Бертрама. Он получает больше наших голосов, чем Грамон.

— Вы все молчали, Джон, — сказал Президент. — Что вы об этом думаете?

— Ну, сэр, довольно ясно, какой будет результат, кто бы ни победил, это пока что не мы. — Грант поднял стакан виски и с облегчением глотнул. Он решил выпить еще и черт с ней, с этой язвой. — Если победит Гармон, он выйдет из Кодоминиума и мы получим войну. Если верх возьмет Бертрам, он ослабит безопасность, Гармон со своими штурмовиками выгонит его и мы все равно получим войну.

Каринз кивнул. — Я не представляю, чтобы Бертрам продержался у власти больше года, вероятно, и того меньше. Этот человек слишком честен.

Президент громко вздохнул. — Я помню время, когда люди это говорили обо мне, мистер Каринз.

— Это все еще правда, мистер Президент, — поспешно заверил Каринз. — Но вы достаточно реалистичны, чтобы позволять нам делать то, что мы должны делать. Бертрам не позволил бы.

— Так что же нам делать с этим делом? — тихо спросил Президент.

— Смухлевать выборы, — быстро ответил Каринз. — Я выдаю здесь цифры популярности. — Он привел схему, указывающую большинство популярности в пользу Объединенной партии. — Потом мы продолжим накачивать липовые данные, в то время как люди мистера Гранта поработают на подсчитывающих голоса компьютерах. Черт, это же делалось и раньше.

— А на этот раз не сработает.

Они повернулись посмотреть на самого молодого человека в комнате. Ларри Мориарти, помощник Президента и иногда именуемый «еретиком на жаловании», покраснел от внимания к нему.

— Люди Бертрама уже работают в компьютерных центрах, но так ли, мистер Грант? Они разглядят это в один миг.

Грант кивнул. Он послал доклад днем раньше; интересно, что Мориарти уже переварил его.

— Сделайте это напрямик смухлеванными выборами и вам придется использовать для поддержки порядка Десантников Кодоминиума, — продолжил Мориарти.

— День, когда мне понадобяться Десантники Кодоминиума для подавления беспорядков в Соединенных Штатах, будет днем моей отставки, — холодно отчеканил Президент. — Я могу быть реалистом, но есть пределы того, что я сделаю. Вам понадобится новый шеф, господа.

— Это легко сказать, мистер Президент, — сказал Грант. Он хотел закурить свою трубку, но врачи запрещали ему это делать. Черт с ними, подумал он, и вынул сигарету из пачки на столе. — Это легко сказать, но вы не сможете этого сделать.

— Это почему же, — нахмурился Президент.

Грант покачал головой, — Объединенная партия поддерживает Кодоминиум, а Кодоминиум сохраняет мир. Худой мир, но клянусь богом — это мир. Я желал бы, чтобы поддержка договоров с Кодоминиумом не была столь основательно связанной с Объединенной партией, но это так и ничего тут не поделаешь. И вы чертовски хорошо знаете, что даже в партии Кодоминиум поддерживает только слабое большинство. Верно, Гарри?

Помощник генерального почтмейстера кивнул. — Но не забывайте, в группе Бертрама есть сторонники КД.

— Разумеется, но они слишком ненавидят нас, — сказал Мориарти. — Они говорят, что мы коррумпированы. И они правы.

— Ну и что с того, что они правы? — огрызнулся Каринз. — Мы здесь, а они там. Всякий, кто здесь ненадолго, коррумпирован. Если он не коррумпирован, его здесь не будет.

— Я не вижу смысла в этой дискуссии, — перебил Президент. — Лично я не люблю напоминаний обо всем, что я сделал, чтобы удержаться в этом кабинете. Вопрос в том, что же нам делать. Я считаю, что будет честно предупредить вас, что ничто не сделало меня бы счастливей, чем мистер Бертрам, сидящий в этом кресле. Я был Президентом долгое время и я устал. Я не хочу больше этой работы.