Сборник.Том 5
Сборник.Том 5 читать книгу онлайн
Однажды, сидя в метро, Айзек Азимов просматривал сборник космических опер и наткнулся на картинку, изображавшую римского легионера среди звездолётов. В мозгу мелькнула мысль: а не описать ли Галактическую Империю — с точки зрения истории, экономики, социологии и психологии? Так появился самый великий учёный в истории мировой фантастики — Гэри Селдон, создавший науку психоисторию, постулаты которой актуальны уже более полувека. Так появился мир Академии: базовая трилогия о нём составила эту книгу. Так появилась "Галактическая история" от сэра Айзека, в которую входят почти все романы знаменитого фантаста.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Назовем того, к кому были обращены эти слова, «Пятым Оратором». На слух его слова звучали бы угрюмо:
— Безусловно, это так. Ситуация вышла из-под контроля. Конечно, мы исключительно уязвимы в отношении массированной атаки, в особенности если такую атаку возглавляет такой феномен разума, как Мул. Вскоре после того как он вплотную приблизился к своей цели — завоеванию Галактического господства — захватил Первую Академию, — а точнее, через полгода после этого, он оказался на Тренторе. Ещё через полгода он мог бы оказаться здесь, и вероятность неблагоприятного для нас исхода была бы исключительно высока. Точнее — девяносто шесть плюс — минус пять сотых процента.
Довольно долгое время мы занимались анализом тех сил, которые остановили его. Мы, конечно, знаем о главных мотивах его действий. Врожденные последствия его физического уродства и уникальность его умственных способностей нам давно известны. Однако только посредством входа в Третью Фазу нам удалось определить — постфактум — вероятность отклонений в его поведении в присутствии другого человека, который испытывал к нему искреннее чувство.
И поскольку такие отклонения в его поведении зависели от присутствия такого человека рядом с ним в определённый момент времени, в этом смысле вся ситуация изобиловала случайностями. Наши агенты уверены, что психолога, которого «обрабатывал» Мул, убила девушка — та самая девушка, которой Мул доверял из чисто сентиментальных соображений и которую он именно из этих соображений не подвергал эмоциональному контролю — просто потому, что она к нему тепло, искрение относилась.
Начиная с этого события (кстати, для тех, кого интересуют детали: математическая обработка данных передана в Центральную Библиотеку), которое насторожило нас, мы держали Мула на безопасном расстоянии за счёт применения неортодоксальных методов, используя которые, мы подвергали и подвергаем ежедневному риску весь исторический План Селдона. У меня всё.
Выдержав паузу, позволяющую присутствовавшим осознать всё, что стояло за этими словами, «Первый Оратор» сказал:
— Вследствие этого ситуация крайне нестабильна. В условиях, когда первоначальный План Селдона находится на грани срыва, нам остался только один шанс и то очень рискованный.
Мы должны позволить Мулу разыскать нас — в некотором смысле.
После паузы, во время которой он выслушал возражения, он добавил:
— Повторяю — в некотором смысле!
Глава вторая
Двое минус Мул
Корабль был готов к старту. Всё было ясно, кроме одного: куда лететь. Мул предложил вернуться на Трентор — остов гигантской Галактической метрополии колоссальнейшей Империи, которую когда-либо знало человечество, — мертвый мир, некогда бывший столицей всех звёзд.
Притчер возражал. Он считал, что это слишком старая, чересчур проторенная дорога.
Он нашёл Бейла Ченниса в навигационной кабине корабля. Курчавые волосы молодого красавца были игриво растрепаны. Один непослушный завиток упал ему на лоб, но казалось, что там ему и место. Губы его расплылись в приветственной улыбке, обнажив безукоризненно белые, ровные зубы. Да, он был действительно хорош собой и знал это. В сердце твёрдокаменного офицера шевельнулась неприязнь к своему напарнику по экспедиции.
Ченнис был заметно возбужден.
— Притчер, — выпалил он, — это может быть совпадением!
Генерал холодно отозвался:
— Не понимаю, о чём вы.
— А? Ну да. Подсаживайтесь, старина, и давайте разберёмся. Я тут просматривал ваши записи. Отличная работа, старина!
— Мне… очень приятно, что вы их так оцениваете, — выдавил Притчер.
— Понимаете… Я пришёл к кое-каким выводам, и мне было бы интересно узнать ваше мнение. Вы не пытались подойти к этой проблеме дедуктивно? Я хочу сказать, что очень мило, конечно, прочесывать звёзды наугад и в итоге сделать всё, что вам удалось во время ваших пяти экспедиций. Но всё-таки, простите, это отдаёт чем-то вроде прыгания со звезды на звезду на одной ножке. Но неужели вам никогда не приходила в голову мысль о том, сколько уйдет времени на то, чтобы посетить все известные миры?
— Почему же? Я думал об этом, и не раз.
Притчер не чувствовал жгучего желания идти навстречу молодому человеку. Ему, наоборот, хотелось вытянуть что-нибудь из него, чей разум не был под контролем и, следовательно, был непредсказуем.
— Ну, тогда давайте попробуем проанализировать ситуацию и зададим себе вопрос: что мы, собственно, хотим найти?
— Вторую Академию, — буркнул Притчер.
— Академию Психологов, — уточнил Ченнис, — которые настолько же слабы в физической науке, как Первая Академия была слаба в психологии. Теперь: вы из Первой Академии, но я-то — нет. Разница, надеюсь, вам ясна. Мы должны отыскать мир, в котором правят посредством психических способностей, но который с научной точки зрения сильно отстал.
— Разве это так уж обязательно? — спокойно возразил Притчер. — Наш собственный «Союз Миров» никак не назовешь научно отсталым, невзирая на то что могущество нашего правителя целиком и полностью зависит от силы его разума.
— Только потому, что у него была возможность опереться на научные достижения Первой Академии, — последовал нетерпеливый ответ. — И, заметьте, другого такого источника научных знаний в Галактике нет. Вторая Академия, по определению, должна находиться на высохших пепелищах разбитой Галактической Империи, из которых, как ни крути, ничего не выжмешь.
— Следовательно, вы пытаетесь утверждать, что они обладают силой разума, достаточной, чтобы править некоей группой миров, страдая одновременно физической беспомощностью?
— Относительной физической беспомощностью. Они, скорее всего, способны защитить себя от пришедших в полный упадок окрестных миров. Против же сокрушительной силы Мула, подкрепленной мощной экономикой, они устоять не смогут. Почему же они столь тщательно скрывают своё местоположение — как в самом начале, при их основании Гэри Селдоном, так и теперь? Ведь ваша Первая Академия не делала из себя секрета даже тогда, когда представляла собой всего-навсего единственный город на единственной незащищенной планете триста лет назад!
Смуглое лицо Притчера подернулось сардоническими морщинками.
— Ну а теперь, когда вы закончили столь глубокий анализ, не откажетесь ли просмотреть перечень всех королевств, республик, федераций планет и диктаторий всевозможных типов, которые соответствуют не только вашему описанию, но и ещё целому ряду факторов?
— Значит, всё это было учтено? — разочарованно нахмурился Ченнис.
— Ну, здесь так прямо не написано, но у нас есть тщательно разработанный путеводитель по противоположной Периферии. Нет, вы серьёзно думаете, что Мул в бирюльки играет?
— Ну тогда…
Голос молодого человека вновь обрел решимость.
— Что вы скажете насчёт олигархии Конзвездия? Притчер задумчиво потеребил мочку уха.
— Конзвездия? Ах, ну да, знаю это место. Но это же не на Периферии, насколько я помню. Вроде бы это где-то в трети пути к центру Галактики.
— Да. И что из этого?
— В тех записях, что имеются в нашем распоряжении, место расположения Второй Академии указывается как «другой край Галактики». Чёрт подери, это единственное место, куда мы можем отправиться. Что толку болтать о какой-то Конзвездии? Тьфу ты, язык сломаешь! Так вот, её угловое склонение от радиана Первой Академии составляет что-то около ста десяти — ста двадцати градусов. Никак не восемьдесят.
— Послушайте, но ведь, кроме того, в записях мелькает ещё такое определение места, как «конец звёзд».
— Такого астрографического понятия не существует.
— Ну конечно. Так и было задумано! А теперь вслушайтесь в звучание: «Конзвездия»… Ни о чём не говорит?
— Ну что-то вроде бы есть. Нет, несерьёзно.
— А вы там были когда-нибудь?
— Не припомню.
— Однако в ваших записях это название упомянуто.
— Где? Ах да. Но это только потому, что там можно было запастись водой и продовольствием. Ничего исключительного в этом мире не было.