Уж замуж невтерпеж (СИ)

Обратив на себя внимание, Сирин принялась перечислять достоинства близнецов, их храбрость, ловкость, а главное важность сыновнего долга.

— Я не могу спокойно смотреть на то, как Тристан и Аристан терзаются, зная, что вам предстоит опасная дорога. И я не смею удерживать их близ себя, когда вам грозит беда. Долг дитя — беречь родителя. Так записано в рыцарских свитках Святого Буэри. Всевышний говорил: почитай отца и мать своих, береги их, защищай их. Как же Тристану и Аристану не следовать этим заповедям? Иначе позор навлечь на себя могут. Они просто обязаны сопровождать вас, госпожа Феве! — речь Сирин была пламенна и пафосна как всегда.

Смешать заветы Всевышнего и рыцарский кодекс, понадергав соответствующих фраз — не каждый способен на такое. Даже эльф зачаровано смотрел на Сирин, что уж об остальных говорить.

— Э-э… В обозе охранники есть… — как-то неуверенно заметила Чеслава.

— Наемник всегда остается наемником, измеряя ценность жизни чужим кошельком! — припомнила чужую мысль Благочестивая. — А своя кровь не водица! — добавила еще народной мудрости девушка. — Никто не сможет быть лучшим охранником, кроме родных. А знаете ли вы…

Пламенная речь пошла по второму кругу…

Вот так мы и глазом моргнуть не успели, как она пристроила братьев к обозу матери. Нет, глазами, может, мы и моргали, но сказать ничего не могли — никто не ожидал такого поворота событий. Ведь пришли просто проводить, пожелать доброго пути. А тут такое.

И только когда последняя повозка покинула Яблочную, мы сообразили что произошло. Мда, а я ведь могла догадаться, но не догадалась.

— Эредет, зачем ты просила сопровождать вас? — тихо провыл эльф, с паникой глядя в спину сияющей Сирин (да-да, ее довольство собой было видно со всех сторон, как бы глупо это не звучало).

— Я просила позволить мне ехать с вами. О Сирин и слова не сказала, — поправляю его.

— Что? — Эфиан потрясенно уставился на меня.

И нечего так удивляться, я не предполагала поступков Сирин: просто взять и присоединиться к поездке иной кто и не смог бы, она же — как само собой разумеющееся. И сейчас лихо все провернула: избавилась от последних охранников и поставила Жармю в такое положение, когда он просто будет вынужден сопровождать ее. Ну, не может настоящий рыцарь бросить даму на произвол судьбы! Кто еще кого на произвол бросил бы — отдельный разговор, да и ненужный. И теперь у Сирин уйма возможностей, дабы определить является Жармю тем самым принцем на белом коне, то есть суженым, и суметь завоевать его любовь. Мда, не представляю, как у парня получится вывернуться из этой ситуации. Но выворачиваться придется, ибо помолвку никто не отменял. Да и не думаю, что Жармю горит желанием поскорей обвенчаться.

Ладно, все это местные проблемы, так сказать. Мне же надо поскорей супруга найти, времени и так много ушло.

Глава 3

Если вы думаете, что после отъезда близнецов Феве количество вещей сильно уменьшилось, то вы жестоко ошибаетесь. Как выяснилось — вся поклажа, обретавшаяся на трех лошадях, принадлежит Сирин. Нет, не то чтобы я сильно удивилась, этого следовало ожидать. Но мне непонятно, как она могла отпустить близнецов, не заботясь о собственном благе? Я не говорю о ее желании остаться с Жармю. Тут как раз все в порядке — препятствий для исполнения задуманного почти нет, только Эфиан и нежелание самого Жармю привечать Сирин. Или возможность отделаться от Феве затмила все житейские проблемы? Вполне вероятно. Или Благочестивая надеялась припахать к благому делу перевозки своих вещей Жармю и Эфиана. Но в таком случае встает вопрос — а куда тогда Сирин едет? Брр, что-то я запуталась.

А Сирин вовсю пыталась командовать друзьями. Выходило не очень. То есть отдавала она приказы громко, внятно, но ни эльф, ни его друг следовать им не собирались. Зато внеплановое и бесплатное развлечение для всего трактира устроили.

— У нас проблемы? — вежливо интересуюсь, будто не догадываюсь в чем дело.

— У нас проблем нет, — Эфиан сделал ударение на «нас». — А вот у некоторых…

Ну, если даже у эльфа не хватает красноречия, чтобы высказать свои мысли, значит, пора вмешаться.

— Тогда что шумите?

Минуты две друзья только пыхтят, не желая срываться на ругательства. Наконец, Эфиан совладал с собой и относительно ровным тоном продолжил:

— Так вышло, что у госпожи-леди Сирин Благочестивой оказалось много вещей, которые раньше везли братья Феве. Но поскольку они покинули нас, то теперь некому везти ее багаж. Однако госпожа-леди Сирин Благочестивая (И не лень ему все перечислять?) не желает расставаться даже с малой толикой имущества, не понимая, на ее лошади все не уместиться.

— Неправда, я прекрасно понимаю, поэтому и предлагаю разместить часть вещей на ваших, — вмешалась в разговор Сирин.

Эльф брезгливо поджал губы, а Жармю вообще скривился, будто у него все зубы заболели разом. Ох, не понимает Сирин, с чем играет: они ведь и бросить могут. Как она тогда будет добираться до замка жениха? Потому что не быть ей с Жармю — слишком они разные, да и не у всякого мудрого человека хватит терпения на Сирин. Но я могу и ошибаться.

— Сирин, послушай, неужели тебе необходимо везти с собой столько вещей? — обращаюсь к Сирин.

— Конечно, там все — первой необходимости! — кивает Благочестивая.

Так, попробуем с другого края.

— Э… Сирин, давай поднимемся к нам в комнату, надо кое-что обсудить, доделать.

— Не получится: нашу комнату уже сдали, — беспечно отмахивается девушка.

Сколько ее вытерпели Жармю и Эфиан? Боюсь, меня на такой длительный период не хватит.

— Думаю, хозяин не обидится, если мы ненадолго займем другую комнату, — цежу сквозь зубы, прежде чем схватить Сирин за руку и утащить в ближайшее свободное помещение.

По чистой случайности им оказывается кладовая. Ну и что? Главное — не мешают.

— Ты что делаешь? — гневно вопрошаю, хотя и так знаю ответ.

— О чем ты, Эредет? — Сирин невинно хлопает глазами.

— Хочешь окончательно испортить отношения с Жармю? Сама подумай: какой рыцарь будет таскать даже за своей дамой сердца тряпки и прочее барахло? А ведь он пока еще клятв верности не приносил, да и взоры на тебя, как на даму сердца не обращал!

— Вовсе там и не тряпки, — обижено сопит Сирин, но видно, что она не подумала, когда приказала загрузить свои вещи на лошадей Эфиана и Жармю.

— Да даже если там королевские регалии, не стоит так настойчиво предлагать, хотя скорее требовать помощи от мужчин. Наоборот, надо показать, как ты вынослива, смиренна, сильна. И быть может, тогда они сами предложат разделить твою ношу.

Всевышний, какой бред я несу?! Если все загрузить на одну лошадь, она ж этого не выдержит! Ей-ей! И пусть я не большой знаток в лошадях, но понимаю — всему есть предел. А ведь лошадке еще ехать как-то надо. Но с такой поклажей она с места не сдвинется.

— Ты, правда, так думаешь? — совсем неблагородно хлюпая носом, поинтересовалась Сирин.

Вместо ответа киваю, потому как боюсь сболтнуть лишнего.

— Ну… я… тогда, наверное, пересмотрю багаж, — неуверенность звучит в голосе Благочестивой.

— Пересмотри, конечно. А я тебе помогу.

Иначе она не только оставит все, но еще и целый день провозится. Времени же у нас нет. Откуда знаю? В том-то и беда, что не знаю. Просто чувствую. А интуиции хоть изредка стоит доверять.

— Зачем тебе десять гененов? — изумленно разглядываю разноцветные колпаки. — Ты и один одела только раз. Оставь один, остальные выкинь, — вношу предложение.

— Ты что? Каждый генен под цвет платья. Надеть разноцветные — проявить верх неприличия и безвкусия! — Сирин возмущается искренне и глубоко, отбирая при этом у меня свои колпачки.

— А я заметила, что Жармю генены не нравятся, — как бы невзначай замечаю, не пытаясь отобрать колпаки.

— Да-а?.. — растерялась Сирин. — Ну… Наверное, я могу часть из них пожертвовать хозяйке трактира…