Исчезающий Трон (ЛП)

- Я собиралась убить тебя, но Лоннрах упомянул, что есть способ украсть твою силу и забрать трон себе. Тогда я поняла, как могу использовать тебя. Кайлих будет неважна, - она сверкнула своими зубами в пугающей улыбке. - Что касается Лоннраха, все что мне требовалось сделать, это уверить его, что я поймаю тебя, пока он сосредоточится на поиске, точно, как мне это нужно. Мой брат такой забывчивый. Он был бы ужасным правителем.

Ее голос больше не такой эффектный, как в прошлый раз, когда я видела ее, не такой красивый или успокаивающий. Мои пробудившиеся силы, должно быть, дали возможность слышать, не поддаваясь влиянию ее голоса. Я чувствую ее в своем разуме, как будто бы она решила проверить это. Маленькие, исследующие усики ее силы змеей проползают в мое сознание.

Сорча прорывается в мой разум, а я выталкиваю ее назад. Она выглядит так, словно ей нравится это.

Я сжимаю свои зубы из-за внезапной боли от ее ногтей, что впиваются в мою шею, пуская кровь.

- И как ты собираешься использовать меня?

- Сорча хочет твои силы для себя, - я повернулась, чтобы увидеть Киарана между деревьями, кровь забрызгала перед его рубашки, с лезвия тоже капает. Он тяжело дышит, как если бы только что убил маленькую армию. - Не так ли? Твой брат ищет neimhead чтобы собрать достаточно энергии для переноса силы, а ты ждешь, когда он его найдет, - он сильнее сжал свой меч. - Ни один из вас не займет место Кайлих. Я убью тебя первым, даже если это будет значить, что умру сам.

- Какое же низкое мнение у тебя обо мне, Кадамах, - улыбнулась Сорча. - Когда все закончится, ты еще скажешь мне “спасибо”.

- Отпусти Кэм, Сорча, - сказал Киаран тоном, который получается, когда сдерживаешься перед тем, как что-то ударить. Он может нанести раны Сорче, даже если не может ее убить.

- Кэм, - Сорча произносить это слово так, будто это грязь. - Так ты зовешь ее? - ее ногти впиваются глубже в нежную кожу на моей шее, и я прикусываю язык, чтобы не закричать. Кровь распространяется у меня во рту, и я ощущаю ее сильный запах. - Твоя последняя маленькая Соколиная охотница, зверушка. Похоже, этому уроку мне придется учить тебя дважды, Кадамах.

Сорча обхватывает меня грубым объятием, и, прежде чем я успеваю моргнуть, уносится со мной прочь со скоростью шторма.

Мы летим над утесами посреди моря, так близко к месту, где был город. Руки Сорчи плотно сжимают меня, и мы начинаем падать, падать, падать.

Она приземляет нас на один из морских утесов в снегу, где волны бросаются на камни и брызгают воду в мое лицо. Феи здесь: cùsìth, красные колпаки и маленькие mortair, механические создания с крыльями и острыми клювами, которые клюют землю.

Они роют глубоко в равнину, что была раньше частью города, красные колпаки раскалывают камни своими молотами и оставляют гончим и механическим созданиям копать оставшуюся часть пути.

Массивная стена морской воды приостановилась с одной стороны от них, колеблясь в воздухе, как будто может упасть в любой момент. Феи, должно быть, убрали прочь все здания города - или возможно большая часть их была уничтожена, когда подводные пещеры были разрушены. Сейчас они используют свои силы, чтобы держать воду подальше, пока ищут кристалл.

Я помню, как Тэвиш наблюдал за ними, когда они нарушили границы, сразу после моего прибытия. Они копали. Я думала - мы все думали - они ищут меня. Но это Лоннрах сделал бы после, он хотел neimhead. И я помогла привести его прямо к нему.

Лоннрах осматривает раскопки с удовлетворенной улыбкой. Его солено-белые волосы развеваются на ветру, пока солнце садится позади него. Он выглядит красивым, каждым дюймом Благого фейри, которым однажды был.

Затем пронеслась вспышка воспоминания, прежде чем я успела остановить ее. Второй и третий ряд острых как бритва опускающихся зубов Лоннраха.

Я замерла. Нет. Нет, нет, нет. Я не хочу возвращаться к этому. Я не хочу снова быть его пленницей. Я не хочу позволять ему взять даже маленькую частицу себя снова. Я не хочу позволять ему забрать способность бороться.

Сорча пытается оттащить меня от утесов, но я сильнее отпихиваюсь от нее. Она ненадолго теряет свою хватку, и я ладонью бью ее в лицо.

- Ты отвратительная маленькая..

Я обхватываю пальцами ее запястье.

Плавься. Я выдыхаю свою силу, точно, как меня учили. Я управляю ею. Я чувствую, она ревет в ответ. Плавься. Я хочу, чтобы она умерла как mortair. Я хочу увидеть, как она превратиться в пепел. Я хочу…

Пальцы Сорчи внезапно вцепились в мои волосы. Она тянет меня к себе. Ее нос кровоточит, резко выделяясь на ее бледной коже.

Ее губы изогнулись в улыбке.

- Это щекотно, - она притягивает меня ближе. - Пока я связана с Кадамахом, ты не можешь убить меня своей силой. Тебе не хватит ее.

Она тянет меня за волосы по траве. Я пытаюсь снова ее атаковать - пинаю и ударяю кулаком в солнечное сплетение, но она сильнее сжимает мою шею, погружая ногти глубже, пуская кровь. Она использует свою силу на мне, и боль так остра, что я кричу.

Лоннрах оборачивается на мой крик.

-Моя потерявшаяся пленница, - он взглянул на свою сестру. - Это было довольно-таки долго.

Я ненавижу его голос. Я ненавижу то, что он заставляет меня ощущать, будто я вернулась в зеркальную комнату, в его власть. Я снова на коленях, неспособная сопротивляться. Я уже начинаю дрожать, как происходило каждый раз, когда он приближался.

- Мне пришлось иметь дело с тремя людьми, двумя формальными правителями и чрезвычайно злым пикси, - Сорча щелкает своими пальцами. - Справился бы ты лучше?

Взгляд Лоннраха проследил, как Сорча держит меня за волосы.

- Мне никогда не приходилось тянуть ее куда-либо. - Тогда он сверкнул своими зубами, как бы говоря: “Помнишь их?” - У всех есть слабое место, даже у Соколиных Охотниц.

- Ты не сломил ее полностью, - сказала Сорча, - раз уж она сбежала.

Лоннрах сузил глаза, затем продолжил смотреть, как феи копают, с видом сосредоточенности и нетерпения, которое я не ожидала от бессмертного - но он так ждал этого момента.

Губы Сорчи изогнулись в улыбке, когда она склонилась, и я мельком увидела ее гладкие клыки.

-Смотри, Охотница.

Я проследила за ее взглядом и увидела, что фейри внизу увеличили их скорость. Они отбрасывают грязный щебень, их руки и когти сгребают настолько быстро, что превращаются в пятно. Они откапывают что-то. Они скрываются дальше, вниз, и вниз, и вниз, вокруг чего-то - это темный острый камень в почве.

Я затаила дыхание. Это кристалл.

Я не ожидала, что он такой большой. Он великолепен и не похож ни на какой драгоценный камень, который я когда-либо видела. Даже самый полированный из алмазов никогда не сравнился бы с ним в красоте. Он мерцает, как море в полночь, даже с этого расстояния, с неземным внутренним огнем. Тысячи и тысячи огней в нем вспыхивают, блестят, кружатся друг вокруг друга. Они создают свет, который горит словно маяк.

- Он прекрасен, - только когда я слышу слова, понимаю, что говорила вслух.

Глаза Сорчи свирепы, ожидание заставляет ее клыки удлиняться, пока единственная капля крови не появляется и протягивает свой путь вниз к ее нижней губе. Она слизывает ее языком.

- После всех этих историй, - пробормотала она, - мы нашли его.

Она так очарована кристаллом, что хватка, которой она держит мое горло, ослабляется, и, в конечном счете, она убирает руку. Она даже не смотрит на меня. Возможно, думает, что я не смогу сбежать, или, возможно, просто слишком очарована. И Лоннрах тоже. Кристалл огромный, по крайней мере, столь же высокий, как любой из многоквартирных домов в Эдинбурге, и феи все еще не достигли основания.

Сорча взглянула на меня со все еще самодовольной улыбкой.

- И все это время он был под королевством пикси.

Воспоминание в моей голове возвращает меня к гобеленам Деррика: сражения, кровь и смерть изображены на стенах.

Один гигантский гобелен был старее других. Деррика не было на нем. Он показывал, как пикси собирались на бой. Смутное очертание на заднем плане, которое я приняла за замок. Только это не замок: это гигантский кристалл. Феи защищали его. И если они спрятали его, на это должна была быть веская причина.