Русский маг

Шаман кивнул, дверь за ним закрылась. Волтар вновь наполнил бокал, бутылка почти опустела. Холодок одиночества выполз из подвала, в углах затаились тоскливые тени. Неровный свет ламп плясал на звездной карте, словно старался подбодрить. Астролог подошел ближе, палец коснулся нарисованного кружка. Волтар пригубил вино, губы шепнули: «За Фаэтон…»

Шаман так торопился, что несколько раз чуть не соскользнул с узкой тропы в темень обрыва. Грудь распирала гордость: «Я дошел, я добился своего!» Ноги сами ускоряли шаг, щелкали потревоженные камни. Ущелье оборвалось. Тропинка убегала вправо, а Шаман шагнул под кроны деревьев.

– Моон Кин, – позвал маг. – Моон Кин!

Зашелестели ветви, имя подхватила листва. Шуршащая волна ушла в глубь леса. Шаман присел на краю поляны, надеясь, что друид услышит зов. Нужно ждать, опять ждать! Серп луны посеребрил призрачным светом траву, плети тумана поползли по земле. В мутной пелене зародились блестящие искорки, словно светлячки сошлись в хороводе. Рядом с магом закрутилась дымчатая спираль, приобретя контуры человеческого тела. На поляну шагнул друид, Шаман вскочил на ноги.

– Быстро вы, – заметил Моон Кин. – Помог вам Волтар?

– Да, мы нашли общий язык. Милейшей души человек, ему бы жениться еще.

– Хм, это вряд ли.

– Я так и подумал.

– Вас переправить обратно?

– Моон Кин, а нельзя ли сразу перенестись на Барах?

– Конечно, можно. Только что вы будете делать в толще песка, ума не приложу?!

Шаман вспомнил скелета, про которого рассказывал Калита. Перед глазами встала картина, как эльфы отправляют разведчика в родные места, а вместо зеленого леса тот попадает в серую мглу. Храбрец пытается вырваться из каменного плена, но что-то идет не так, и эльф оказывается погребен заживо. Последний вздох, вместо живительного воздуха в легкие сыплется колючий песок, руки раздирают грудь, кровавая пелена смыкает веки. Ослепительная вспышка – и сознание меркнет. Бр-р, ужасная смерть, Шаман зябко повел плечами.

Друид стукнул посохом по лежащему стволу, дерево скрипнуло. Стараясь не дрожать, маг залез в раскрытую щель. Створки сомкнулись. Липкий сок впился в тело, как стая пиявок. Воздуха не хватало, перед глазами маячил призрак давно погибшего эльфа. Шаман через ткань сжал драгоценную призму, замелькали разноцветные пятна. Тело поплыло, словно в невесомости, но постепенно начало тяжелеть. Из груди рвался крик, но глотку затыкал ком. Скользкие щупальца втянулись в дерево, кожа горела, словно по ней прошлись наждаком. Ствол раскрылся, и Шаман заорал во все горло, нисколько не стесняясь застывшего взгляда друида.

– Забыл сказать, – шевельнулись замшелые губы. – Древний лес делится частичкой вечности с любым гостем. Два раза за ночь, конечно, тяжело выдержать, но зато твой организм стал моложе на несколько лет.

– Ух ты, ради этого стоило потерпеть! – воскликнул маг, накричавшись. – Интересно, а сколько лет вам?

– Хм, я помню еще орочьи войны. Иди, Шаман, да не оставит тебя Родитель!

– Спасибо, Моон Кин.

Комочки мха стянули лицо друида, ствол со вздохом закрылся. Шаман набрал полную грудь прохладного воздуха, по жилам заструилась помолодевшая кровь. Захотелось сделать что-нибудь безумно дикое, шутка ли: пару лет сбросил! Шаман от души рявкнул, ближайшие кусты затрещали, и в темноту с испуганным хрюканьем прыснул выводок поросят. Следом выскочил матерый папаша-кабан, маленькие глазки враждебно уставились на мага, но секач побежал дальше, справедливо рассудив, что среди ночи так может рявкать только очень уверенный в себе хищник.

Как ни торопился, из леса вышел под утро. Заимка просыпалась. Женщины набирали из родника воду, дымили во дворах печи-каменки, отфыркивались маслом лепешки. Шаман направился к дому Марка. Хозяин стоял на пороге, растирая мускулистое тело грубым полотенцем.

– Утро доброе! – поприветствовал Марк. – Ну как, что-то узнали?

– Да, эльфы показали месторождение за лесом, – решил не нарушать легенду маг. – К нему проще добраться с запада, там и тропа есть.

– Серьезно?! На моей памяти ушастые первый раз так расщедрились, чем-то вы их подкупили.

– Доброе слово и эльфу приятно.

Из двери выглянул взъерошенный Калита.

– Шаман! Привет, все в порядке?

– А как иначе? Собирайтесь, сони. Возвращаемся.

На краю заимки раздался шум. Марк натянул рубаху, хлопнула калитка. Шаман забрался на завалинку. За граничным плетнем гарцевали на конях семеро уланов, каждый вооружен мушкетом. Группа охотников столпилась перед ними. Подбежавший Марк объяснял что-то пришельцам, размахивая руками. Один воин направил оружие, грохнул выстрел, перед ногами Марка взмылся бурунчик пыли.

– Что там? – спросил вышедший Дик.

– Сборщики от Груда пожаловали.

Калита примостился рядом с магом.

– Они же всех перестреляют, куда там рогатины против мушкетов! Шаман, мы должны вмешаться, здесь и наша вина есть. Ведь сборщики прошли по тропе, которую прорубили мы.

– Нельзя нам светиться, – буркнул маг.

– Охотников поубивают, а мы стой да смотри?! – взвился Дик.

– Не мешай, я думаю…

Шаман прикинул расстояние до леса. Калита уже пристроил на поленнице мушкет, а Дик встал у забора, готовый в любой момент выскочить и посеять стальную смерть. Сборщики начали кричать на Марка, мужики крепче сжали рогатины, не двигаясь с места. Друзья посмотрели на мага.

– Ждите здесь!

Шаман вбежал в дом, жена Марка глянула испуганными глазами.

– Нужен лук, любой. Есть? – спросил маг.

Женщина закивала, из свертка появился метровый лук с колчаном стрел. Шаман что-то вспомнил, пальцы впились в красную скатерть, материя треснула. Он подхватил оружие и выбежал из дома.

– Дик, Калита, я придумал, должно сработать. Никуда не лезьте!

Пригибаясь, маг пролетел заимку. Пушистый лапник мазнул по лицу. Шаман поднял голову – то, что надо! Сосна с множеством веток словно приглашала залезть на нее. Попыхтев, маг забрался на дерево. Сверху открылся отличный обзор: вон Калита скорчился на завалинке, Дик оглядывается, пытаясь разглядеть мага, а сборщики уже перешли от слов к делу. Пика ближайшего плашмя стеганула Марка по лицу, охотник рухнул на землю. Мужики дернулись, но тут же замерли под прицелом мушкетов. Пора.

Улан аж подпрыгнул в седле, когда перед конем вонзилась стрела. Марк вытер кровь из разбитого носа и, взглянув на красную ленточку в оперении, сказал:

– Хана вам, ребята. Разозлили вы ушастых.

– Эльфы! – пронеслось среди всадников.

Глаза сборщиков впились в лес, тут же поочередно еще две стрелы воткнулись в землю, словно отсекая дорогу к заимке.

– Они пока предупреждают, – сказал Марк. – Но скоро начнут убивать.

Сборщики попятились, дула мушкетов нацелились в стену деревьев. От крайней сосны отделился огонек и помчался к воинам. Вот тут их проняло по-настоящему. Уже не стараясь сохранить лицо, здоровые мужики рванули от заимки, нахлестывая коней. Двое бросили мушкеты, вцепившись в поводья. Жгун же миновал охотников и, не найдя цели, погас с обиженным фырканьем.

– Это не эльфы, – заключил Марк.

Охотники окружили друзей, Шаман вернул лук владельцу.

– Здорово придумал! – похвалил Марк. – Ушастые именно так стрелы метят, чтобы в лесу не терялись.

– Просто подсмотрел, – сказал маг. – Ты сам молодец, быстро сообразил, что говорить.

– Ха, я был в полной уверенности, что это эльфы! Пока огонь не прилетел – такое у них под запретом.

– Это я для острастки, а то больно долго соображают. Палить бы еще начали.

– Да, тут они сразу ломанулись, как лось от пожара. Даже ружья побросали. А вы ведь не мастеровые, а? Ну, для нас без разницы. Спасибо за помощь, прихвостни Груда теперь долго к нам не сунутся.

Наскоро перекусив, друзья оседлали коней. Двое охотников подхватили мушкеты и убежали вперед, на случай, если сборщики еще кружат где-нибудь поблизости. Марк бежал рядом с жеребцом мага, успевая рассказывать: