Начало пути
Начало пути читать книгу онлайн
Несколько сотен лет безграничная сила книг держалась обществом библиомантов в тайне. Волшебство, путешествия сквозь время и пространство — это лишь малая часть того, что могут дать книги. А с помощью некоторых можно изменить даже прошлое... Фурия Саламандра Ферфакс — потомственный библиомант, самый сильный волшебник в древнем роду Розенкрейц. Их семья уже долгие годы скрывается от агентов Адамантовой Академии из-за ошибки, совершённой в прошлом. Семья Ферфакс охотится за «пустыми» книгами, которые способны уничтожить всё когда-либо написанное на Земле. Но у них есть враги куда страшнее Академии, жаждущие кровной мести… Фурия теряет всех — любимого отца, младшего брата, всю свою семью. Единственное, что ей остаётся — бороться. Главное, что рядом с ней появляются верные друзья и любовь, которая прошла через века. Кто настоящий враг? Какова цена за спасение брата? Чем грозит восстание экслибри? Почему Антиква так отчаянно пытается получить книгу Зибенштерна? За что борются мятежники Либрополиса? Приключения начинаются — добро пожаловать в мир книг. Время Библиомантов пришло!
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Ещё секунда — и Фурия рухнула бы в пропасть.
Из глубокого ущелья поднимались исполинские секвойи и тянулись высоко в небо, оплетаемые вьющимися растениями. Даже по самому краю скалы вились, путаясь стеблями и ветками, колючие кустарники, плющ и дикая роза.
Они уже довольно долго пробирались через эти заросли, казавшиеся на первый взгляд мелкими деревцами. И только присмотревшись внимательнее, — после того как её предупредил Финниан, — Фурия заметила, что земля под деревцами осыпается и между башнями толстых стволов и колючих лоз перед ней вдруг открылась глубокая пропасть.
Одна из секвой уже давно упала вниз. Её крона была похоронена на дне ущелья, на глубине двухсот метров, и в итоге дерево стало частью этого ущелья: сквозь него прорастали другие растения и тянулись из глубины к свету.
После того как экслибри вынырнули наконец из-под сетки листьев и виноградных лоз, закрывавших солнечный свет, Фурия заметила ступеньки, вырезанные в покрытом буквами стволе дерева. По ним путники спустились по склону и перешли через упавшее дерево, а там их ждали новые ступеньки, уводившие их, как винтовая лестница, всё глубже в ущелье.
Пак играл на флейте и пританцовывал, легко и беззаботно лавируя по краю скалы. Нежная мелодия, разносясь над кронами деревьев, никак не сочеталась с диким существом, которое её сочинило. Позади Пака шёл Хольмир с Изидой на руках, а за ним следовали Фурия и остальные экслибри. Замыкали процессию Кэт и Финниан.
Великан Хольмир, казалось, совершенно не ощущал вес женщины на своих руках, уверенно преодолевая ступеньку за ступенькой. За всё время пути он не проронил ни слова, и лицо его оставалось бесстрастным, даже когда Фурия догоняла его и обеспокоенно вглядывалась в лежавшую на его руках Изиду. Насколько она могла видеть, красные пятна на белом корсаже больше не увеличивались. Но даже не будучи врачом, она поняла, что агент потеряла слишком много крови.
Одна мелодия, которую наигрывал Пак, перетекала в другую. И хотя Фурия от всей души желала ему козлиной оспы, ей пришлось признать, что играл он виртуозно. В его музыке чувствовалось нечто успокаивающее и одновременно волнующее, мелодия то усыпляла девочку, то призывала её быть осторожной. Фурия не читала «Сон в летнюю ночь» Шекспира и уж тем более не смотрела эту пьесу на сцене, но ей знакомы были истории о существах, похожих на Пака, — хитром фавне[12] и языческом Пане.[13] Эти герои прекрасно знали, как управлять людьми и сбивать их с пути.
Через некоторое время — задолго до того, как они дошли до упавшей в пропасть секвойи, — окружающая растительность немного поредела, и Фурия смогла наконец различить глубокое дно ущелья. До него было довольно далеко, и если бы кто-то из путников сорвался со ствола, по которому они спускались, то наверняка разбился бы насмерть.
— Скоро будем на месте. — Один прыжок — и Кэт оказалась за спиной Фурии. — И не переживай ты так. Финниан, возможно, полный идиот, но этот шаг он тщательно обдумал. Мы могли бы всех опередить и переправиться обратно в Либрополис, но он убеждён, что здесь все мы находимся в безопасности. Даже она. — Кэт указала на Изиду, ноги которой слегка покачивались у Хольмира на руках.
Фурия в ответ лишь огрызнулась, но тут же забыла все свои слова, потому что увидела под ногами клубок спутанных корней. Когда секвойя сорвалась с обрыва, эти корни вырвало из земли, и сейчас они стали похожи на окаменевшие щупальца гигантского кальмара, своими размерами превышавшего самых огромных монстров из древних историй о заблудившихся мореплавателях.
Ступеньки были выбиты вокруг нескольких таких щупалец. Процессия осторожно спускалась по ним, пока Фурия не обнаружила, что они находятся в глубине корневой системы, в той части дерева, которая давно застряла в земле. Лишь когда они достигли последней ступеньки, Фурия увидела, что ожидало их внутри этого хаотичного лабиринта.
Лагерь повстанцев состоял из палаток, хижин, мостов, отвесных склонов, сгрудившихся в корневище старой секвойи. Некоторые жилища были выдолблены прямо в корнях, но большинство обитателей ютились в бревенчатых хижинах. Были здесь и нелепые сооружения из реечных рам и резных карнизов, паучьи коконы из канатов и шнуров, а также жилища из досок и звериных шкур и дома из огромных кусков коры, покрытой стёртыми письменами.
Мелодия, которую наигрывал на флейте Пак, словно компас, указывала им дорогу через узкие мостики, переброшенные на головокружительной высоте, по туннелям, выдолбленным в стволах. Лагерь кишел экслибри, большинство из них были человекообразными, но встречались и животные, и совершенно фантастические существа. Многие из них были вооружены. Фурия заметила и старинное колюще-режущее оружие, и современное автоматическое.
Никаких преимуществ перед жизнью в гетто или в убежище она пока не заметила. Ну кто согласится по доброй воле ютиться в такой глуши, где воняет гнилью и плесенью, где постоянно приходится опасаться нападения и носить при себе оружие?
— Тебе наше укрытие кажется жалким, правда? — Финниан нагнал Фурию и теперь шагал рядом, внимательно глядя на неё.
— Сдаётся мне, ещё рано делать какие-либо выводы.
— Неправда, твои выводы уже давно готовы. Перестань быть такой вежливой — тебе и раньше-то это не очень хорошо удавалось.
Фурия окинула его язвительным взглядом.
— Зачем всё это? — спросила она. — То есть я, конечно, понимаю, что гетто переполнены, в лагере ужасно шумно, да и вообще вряд ли кто-то захочет добровольно там находиться…
— Ну я же, например, захотела! — возмутилась Кэт.
— Но это… — Фурия широким жестом обвела поселение. — Как будто вас похоронили заживо, с той лишь разницей, что, может, иногда вам удаётся разглядеть сквозь ветки кусочек неба. Если сильно постараться, конечно. Здесь полная темнота, воняет, как в могиле, и, могу побиться об заклад, простыни у всех жутко влажные.
Ох, она прекрасно понимала, что говорит сейчас как избалованный ребёнок, ведь их постели в резиденции были влажными, как воздух Атлантики, но ей действительно очень хотелось понять мотивы этих экслибри. Что заставило их и нескольких людей спрятаться в этом месте? Жизнь здесь действительно сильно отличалась от жизни наверху, в гетто, но она явно была не лучше.
— Чего особенного вы тут нашли, чего нет у вас за пределами этого леса? — спросила Фурия.
— Свободу, — громко сказал Финниан.
— Но это свобода от чего? — не унималась Фурия. — Что именно вы можете здесь делать? Охотиться и лазить по деревьям?
Она и сама мечтала блуждать по лесам Лигурии с разбойничьей шайкой Фантастико Фантастичелли, спать под открытым небом и слушать у костра истории о давних приключениях. Но разве это живописали разбойничьи романы — влажные ночи на сквозняке, дождь, ветер и постоянный страх быть обнаруженным?
— Это свобода, и всё тут, — сказал Финниан. — Без отговорок «если» и «но», без вопросов «почему?» и «зачем?». Просто чтобы осознавать: никто не осудит тебя за то, что ты не такой, как другие. Экслибри не просили со том, чтобы их перебросили из книг в наш мир. И виноваты в этом вы, библиоманты, потому что не можете совладать с собственной силой. Вы презираете их и запираете в гетто, потому что они напоминают вам о ваших слабостях.
Фурия могла бы возразить, что лично она ничего такого не совершила, но этот спор ни к чему бы не привёл. К тому же Финниан был прав. В определённой степени библиоманты действительно несли ответственность за судьбу экслибри. Вместо того чтобы сблизиться с ними, библиоманты их подавили, чтобы ненароком не оказаться в неудобном положении и не просить прощения.
Процессия дошла до необычного клубка из сросшихся корней, который был больше, чем двери в их резиденции. Над ним висел чугунный колокол, такой огромный, что его вполне можно было представить в величественной часовне.
Из прохода показался Ариэль. Чёрные волосы дыбом, как после взрыва, обрамляли его худощавое, измождённое лицо. На Ариэля упал тонкий луч света, пробившийся золотой нитью сквозь полумрак, и бледное тело вождя повстанцев будто вспыхнуло голубоватым светом.