Саоми (СИ)

— Понесу, если придется!

— Не придется, — негромко сказала Серхат. — Она прискакала верхом. Конь добрый, выдержит двоих.

Инга переводила взгляд с Ярата на мастера и обратно, явно не понимая, кого слушаться и что делать.

— Одевайся, — сказал саоми и отвернулся. — Несколько моих друзей уже сидят под арестом, и неизвестно, не случилось ли с ними что-нибудь похуже. Я больше не хочу подобных жертв. Тем более, — он усмехнулся, — если эта жертва ради меня.

Около полудня соседи мастера Элифа, выглянувшие на двор, стали свидетелями странного зрелища. Через распахнутые ворота выбежал белоснежный жеребец, неся на спине двоих седоков — молодого аранта, недавно появившегося в городе, и девушку, которую только сегодня принесли раненую к здешнему врачевателю, пользовавшемуся бесконечным доверием людей.

Сам мастер Элиф выбежал за ними.

— Стой, непослушная девчонка, стой! Тебе необходим покой и лечение! Стой же, стой!

Но куда пожилому мастеру соревноваться в скорости с крупным быстроногим жеребцом? Он остановился, сокрушенно качая головой, вслушиваясь в затихающий вдалеке стук копыт, а потом вернулся во двор и закрыл ворота.

— Проводили с шумом, — Серхат весело подмигнула отцу. — Теперь соседям будет о чем рассказать этому Стигу.

— Да, дочка, — мастер поймал ее руку, спрятав пальцы молодой женщины в своих ладонях. — Найди Даена и уходи вместе с ним. Опасно оставаться здесь.

— Я не брошу тебя, отец! — в янтарных глазах Серхат на мгновение зажглись зеленые огоньки.

— Мне ничего не грозит. Стиг не знает, кто я. Но я не хочу, чтобы твои мучения стали моей пыткой, если ты и Вонг попадете в его руки.

Стиг спешил поскорее прибыть в город. Известие о том, что за одинокой всадницей погнались разбойники, не нарушило планов: следовавшие за Ингой люди успели отвлечь погоню, а также узнать, что девушке удалось уйти.

Отряд въехал на мощеную улицу. Невысокий тамоец из тех, кого Стиг отправил вперед еще будучи у волошцев, поджидал его на обочине.

— Мы проследили, командир, — доложил он, когда Стиг остановил лошадь. — Она была ранена и, кажется, потеряла много крови. А еще она не знала, где искать Риона Манна. Спрашивала у людей, но те ничего не смогли ответить. Ее отвели к здешнему врачевателю — мастеру Элифу.

Стиг не выказал разочарования. Повинуясь воле хозяина, его лошадь медленно пошла вперед, чинно переступая копытами. Человек шагал рядом, продолжая рассказ.

— Он живет с дочерью, Серхат. У него часто гостит друг мастера и жених дочери. А недавно появился какой-то арант. Люди говорят…

Грохот копыт о камни отвлек внимание и говорившего, и самого командира. Показавшийся из-за изгиба улицы всадник резко осадил вороного коня, поравнявшись со Стигом.

— Они сбежали!

Выражение лица командира не изменилось, но ладонь легла на рукоять меча. Вестник виновато опустил голову, готовый принять кару.

— На белом жеребце. Она и еще какой-то парень. По виду арант. Волосы до плеч, на глазу — повязка. Вероятно, поедут прибрежной дорогой. Я отправил голубя, командир…

Пауза. Слишком длинная. Но Стиг убрал руку, не выхватив оружие, и в этом жесте вестник прочел свое помилование.

— Вы оба, — командир указал взглядом на него и того человека, что встречал отряд на дороге, — отправляйтесь в дом врачевателя. Выясните, что за человек. И не дайте скрыться — мне будет о чем с ним поговорить.

Двое кивнули, давая понять, что приказ исполнят даже ценой собственной жизни, которая в случае неудачи стоила бы слишком дешево, и светловолосый арант пришпорил коня — теперь ему не было необходимости спрашивать дорогу.

Ветер стал вдруг злым, холодным. Он трепал светлый парик, грозясь вот-вот сорвать и выбросить на дорогу уже не нужный элемент маскировки. Повязку Ярат снял почти сразу, как белый жеребец, названный Бураном, вынес всадников за город, а вот про парик даже не вспомнил, хотя смутно ощущал, что голове непривычно жарко.

Инга держалась. Ярат не мог бы сказать, насколько девушка пришла в себя, но мастер Элиф уверил его, что рана неопасна, и главные причины испытываемого его пациенткой недомогания — потеря крови да усталость. Сейчас Ярат не видел ее лица. Собранные в пучок русые волосы растрепались, выбившиеся пряди изредка щекотали ему лицо. Ярат смотрел вперед выше ее головы — пригнувшись, Инга не закрывала обзора. Извилистая дорога то и дело огибала холмы, петляя, следуя изгибам берега, и поэтому вскоре Ярат решил, что оглядываться незачем — он быстрее услышит погоню, чем увидит. И все же, огибая неширокую бухту, бросил взгляд через плечо. Здесь хорошо просматривался большой участок дороги, но ни одного всадника, а уж тем более целого конного отряда, саоми не увидел. Пятки снова стукнули Бурана по бокам:

— Но! Вперед!

— Что там? — Инга пыталась перекричать свистящий в ушах ветер. Это было первое, что она отважилась произнести с того момента, как они выехали за ворота, оставив позади причитающего мастера.

— Пока никого, — Ярат сосредоточенно смотрел вперед, словно взгляд его мог проникнуть сквозь лес и каменистые холмы туда, за каждый новый поворот дороги.

Никто не обратил внимания на белого голубя в небе над бухтой. Для птицы не существовало извилистой дороги — он летел в свободной вышине и очень скоро, обогнав Бурана, скрылся из виду.

Ярат почувствовал опасность первым — осадил коня и свернул с дороги в тот момент, когда из-за холма впереди показались всадники. Саоми почему-то сразу решил: «враги», и погнал Бурана в лес, пригнувшись от норовящих ударить в лицо веток и прижав Ингу к спине коня.

Деревья здесь росли не слишком густо — лишь единожды Ярат стукнулся коленом о ствол, за секунду перед этим услышав сдавленный вздох Инги — видимо, и ей досталось. Всадники, заметив их, тоже свернули с дороги и теперь осыпали беглецов градом стрел. Саоми повезло — в его подставленную выстрелам спину не попала ни одна. Но конь вдруг споткнулся и громко заржал. Уже понимая, что произошло, саоми в последний раз крикнул Бурану:

— Вперед!

Конь постарался выполнить приказ, но, хромая, сделал лишь несколько шагов и остановился, чуть покачиваясь под тяжестью неожиданно непосильной ноши. Тогда Ярат спрыгнул на землю, обернулся, чтобы подхватить девушку. Пальцы Инги словно приросли к высокой луке и разжимались медленно, нехотя, но она все-таки справилась с нахлынувшим вдруг оцепенением и соскользнула вниз.

— Бежим!

Саоми схватил ее за руку и, не отпуская, тащил за собой. Ноги мягко касались земли, устланной многолетним слоем опадающей хвои. Впереди — небольшой овражек, за ним — переплетенье ветвей лиственного леса, куда Ярат надеялся успеть добежать. Тогда преследователям тоже придется оставить лошадей, и не будет преимущества в скорости, на которое они уповают сейчас.

Безумная попытка удалась. Преследователи спешились и вслед за беглецами скрылись среди перекрученных стволов, темных ветвей, создающих над головами людей утонченное кружево серо-коричневых узоров, сквозь которые голубеет зимнее небо.

Я, наверное, никогда так не бегала. С непривычки не хватало дыхания, словно кто-то сдавил горло и грудь, не давая доступ воздуху. В висках стучало, стараясь не замедлять темпа, я бежала за Яратом. Знала, что саоми может и быстрее, но… он меня не бросит. Наверное, надо было остаться в доме мастера Элифа. Хотя сейчас у меня был еще шанс спастись, а попади я к Стигу — наверняка будут пытать. Раньше образ светловолосого командира с бесцветными глазами рождал неосознанные опасения, но теперь, зная, что Стиг — это мой враг, я боялась, так как не представляла, что могу ждать от человека, чье лицо никогда не меняется, не выдает ни единого чувства.

Вот только, убегая лесом, я думала не о Стиге: просто стремилась сбежать, скрыться, чтобы те, бегущие по пятам, не поймали.