Сумеречный клинок
Сумеречный клинок читать книгу онлайн
Путь через Старые графства в мире, где оборотни и призраки встречаются чаще, чем добропорядочные прохожие, нелегок и опасен. И одолеть его должны пятеро: Виктор ди Крей — человек, не помнящий своего прошлого, Ремт Сюртук — призрак, позаимствовавший чужое тело, Сандерс Керст — поверенный адвокатской конторы, девушка-сирота Тина и ее воспитательница Адель. Цель путешествия — вернуть Тину в отчий дом, ведь она графского рода. Вот только сделать это непросто. Кто-то очень не хочет, чтобы бедная сирота обрела положенное ей богатство и власть. Да и спутники ее оказываются не теми, за кого себя выдают. Одна надежда на таинственный сумеречный клинок, перед которым отступают силы тьмы…
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
— Девушка дело говорит! — поддержал Тину Ремт. — Побежимте скорее, а то неровен час… — сделал он «страшное» лицо. — В общем, вы уж меня извините, дамы и господа, но очко играет!
Далее вопрос не обсуждался, и все тут же устремились в глубь леса за взявшим на себя роль проводника ди Креем. А там, метрах в пятидесяти от места встречи — на маленькой лесной полянке или, скорее, прогалине, — обнаружились стреноженные, но не расседланные лошади.
«Целый караван! — удивился Сандер. — Да еще и с поклажей, седлами, сбруей… И откуда все это взялось, если раньше ничего этого не было?»
В полдень сделали привал. Как ни спешили они поскорее покинуть негостеприимные пределы графства Квеб и в особенности окрестности замка Линс, человеческая природа — во всяком случае, некоторых из компаньонов — брала свое, да и лошади утомились. Так что, едва перевалив через поросшую редким кедровником вершину очередного вытянутого с востока на запад холма, они разбили бивак. Отсюда уже хорошо было видно устье ущелья Сгоревшей сосны, куда они сейчас и держали путь, но расстояния в горах обманчивы: кажется, вот только спустись с холма по южному склону, да пройди чуток на восток, и вот оно — ущелье. Но нет, идти туда и идти, всю оставшуюся часть дня тащиться, да, пожалуй, и завтра с утра — если, конечно, вставать на ночевку — часа четыре уверенного хода будет. И это при условии, что не встанет на пути бурелом, речка, переполненная дождевой водой, или, не дай бог, провал. Тогда на обходы да переходы и весь день уйдет. Но все это впереди, а пока решили сделать короткий — на час, не более — привал, чтобы дать отдых лошадям, да и самим посидеть чуток, подкрепиться чем бог послал — то есть конской колбасой, овечьим сыром и гречишными лепешками, — попить, поговорить.
— Что это было? — спросил Сандер Керст.
Судя по всему, вопрос этот занимал господина частного поверенного не первый час, но ночью, да и позже — то есть на ходу — спрашивать было некого, неудобно, а то и опасно. Теперь же в самый раз.
— Это вы о чем, сударь? — сразу же обернулся к Сандеру Ремт, он снова был самим собой: улыбчив, глуповато-прост, незатейлив.
«И ведь как актерствует! — почти с восхищением подумал Виктор. — Просто любо-дорого посмотреть! А ведь когда-то…»
О да! Когда-то — и не так чтобы давно — Ремт Сюртук был совсем другим. Впрочем, тогда он еще был человеком.
— Что это было? — спросил Керст.
— Это вы о чем, сударь? — оборачиваясь, вскинул рыжие брови Ремт Сюртук.
— По-видимому, мэтр Керст обращается ко мне, — ответила Адель аллер’Рипп. — Ведь так?
— Наверное, — пожал широкими плечами Керст. — Ведь в то время в лагере де Койнера находились только вы и я. Итак, что это было и что я пропустил?
— Если вы думаете, что это один и тот же вопрос, вы таки ошибаетесь, любезный, — осклабился временно рыжий напарник ди Крея. — Это два вопроса!
— Не юродствуйте, Ремт! Чего уж теперь! — устало отмахнулась дама Адель, она уже вполне вернула себе прежнюю уверенную манеру поведения, но Виктор видел: что-то произошло с ней за прошедшие дни. Что-то значительное, серьезное, меняющее внутренний мир человека. И это отнюдь не были ни арест, ни ожидание суда и приговора. Уж такие-то вещи Виктор, кажется, умел различать всегда. Смог и теперь.
— Как скажете! — сухо ответил Ремт и отвернулся.
— Не обижайтесь! — Адель встала и, подойдя к Ремту, положила руку на его плечо. — Нам ли обижаться друг на друга!
— Вы правы. — Ремт встал и, обернувшись к Аде, протянул руку. — Погорячился. Мир?
— Разумеется, — улыбнулась Ада, протягивая руку навстречу.
— Вы уже закончили с любезностями? — раздраженно поинтересовался Керст. — Может быть, вернемся к моим двум вопросам?
— Экий вы нетерпеливый, — покачала головой Ада. — Ведь видите же, мы с мастером Сюртуком выясняем отношения. А может быть, это любовь? Откуда вам знать, не объясняемся ли мы теперь в любви?
— Я рад за вас, сударыня. — Керст не поддался на провокацию, что скорее говорило в его пользу, чем наоборот. — Вы нашли подходящее время и место, продолжайте, пожалуйста! Не смею вам мешать.
Он демонстративно отхватил кинжалом кусок колбасы, твердой, словно дерево, и выкопченной до темно-коричневого с кровяным отливом цвета, и впился в нее крепкими белыми зубами.
«Молодец!» — отметил Виктор, не любивший — во всяком случае, в нынешней своей ипостаси, — когда люди начинают заедаться без всякого видимого повода. А Сандер Керст ничем, кажется, даму Адель не задевал, так что попытка «отыграться на постороннем» за какие-то свои, никак с этим «посторонним» не связанные неприятности показалась Виктору излишней.
— Ремт, друг мой! — сказал он, вставая. — Как смотрите, не прогуляться ли нам между делом по окрестностям? Проведем рекогносцировку, если не возражаете.
— Отнюдь, друг мой Виктор! — На лице Ремта возникло выражение, именуемое обычно «смешанными чувствами». Тут были и некие, возможно, и не оформившиеся пока в конкретные формы, опасения, и доля скепсиса, и, условно говоря, «смирение перед неизбежным».
— Прошу прощения, сударыня, — поклонился он Аде. — Дамы и господа! — короткий поклон Тине и Сандеру. — Труба зовет! Идемте же, Виктор, и исполним свой долг!
Вряд ли кто-нибудь из присутствующих понял, что здесь происходит, но Виктор не мог не отметить, что «Ремт» не потерял и малой доли своей не раз и не два отмеченной даже и выдающимися свидетелями феноменальной проницательности.
— Итак? — спросил Ремт, когда они удалились от лагеря на достаточное для разговора тет-а-тет расстояние.
— Я знаю, кто вы, — сказал Виктор, ощущая известную меру облегчения. — Я не знаю, маршал, как это возможно, но вы — это вы.
— Маршал…
— Маршал Герт де Бройх граф д’Альер.
— Как вы узнали? — В этом вопросе было больше озабоченности, чем удивления.
— Я вас вычислил, — усмехнулся Виктор. — Знаете, граф, как это бывает: слово здесь, слово там, жест, реакция на невинную шутку. Это похоже на то, как складывается мозаика.
— Что ж, — сдержанно поклонился Ремт Сюртук, одновременно снимая с рыжей головы свой вполне дурацкий котелок. — Снимаю шляпу перед вашей проницательностью, сударь. Мы знакомы?
— Это тот вопрос, который я хотел задать вам сам.
— Увы, — развел руками Ремт. — Я вас не помню, сударь, хотя, видит бог, это ни о чем не говорит. Я не помню никого. То есть помню, но только формально, по именам. Вот, помнится, у меня была жена. Ее звали Трёй. Еще любовница Агнесса, и еще одна — Клара… Впрочем, судя по всему, я был тот еще ходок, но, уверяю вас, Виктор, я не помню о них ничего, кроме имен. Как они выглядели, как целовались… Все исчезло вместе с моей бренной плотью. Кстати, вы не в курсе, как именно я умер? Последнее, что я помню, — подготовка к битве. Дело происходило в окрестностях города Корн. Была ночь. Наутро нам предстояло сражение с императорской армией. У маршала Агнуса было вдвое больше кавалерии и втрое больше пехоты. Исход битвы представлялся очевидным, и мы — нас было трое в палатке: я, герцог Захария Фокко и барон Рох фон дер Гайхенгердт — поклялись умереть, но не отступить… Итак?
— Постойте, граф! — нахмурился Виктор, понимая уже, что по случаю наткнулся на некое крайне важное обстоятельство. — Вы сказали Захария Фокко? Герцог носил на плече «лилию Калли»?
— Вы правильно поняли, Виктор, — кивнул маршал. — Меня этот момент в рассказе нашего уважаемого мэтра Керста, надо отметить, тоже сильно удивил. Ведь если Захария был там и тогда со мной, то велика вероятность, что он не пережил сражение. Но тогда он не может быть отцом Тины, ведь дело происходило почти тридцать лет назад. Однако он мог и уцелеть… В этом случае ему ничто не мешало зачать Тину, но вот ее права на титул в этом случае… Да и не мог он погибнуть во время войны с чинками. Кто бы взял его в армию после открытого участия в мятеже сектантов?
— Есть еще одна тонкость. — Ди Крей помолчал мгновение, размышляя над тем, стоит ли озвучивать некоторые детали той давней истории. — Захария Фокко — сын Надин Риддер. И более того, велика вероятность, что он бастард императора Якова.