Уничтожение

— Я не понимаю, — сказал Диетр.

Громф снова повернулся и глянул на хафлинга сверху вниз.

— Вы можете отправить меня домой? — спросил Ди­етр. — Можете отослать меня в Луйрен?

Громф поднял бровь, дивясь дерзости маленького су­щества, потом с языка его сорвалась короткая фраза. Какой бы очевидной ни была внешность хафлинга, про­верить никогда не мешает. Заклинание высветило пре­дательское сияние вокруг тощего гуманоида.

«Где вы были?» — спросил Нозрор.

«Там, где не хотел бы побывать еще раз, — ответил Громф, — но я прихватил с собой кое-кого».

«Я вижу, — сказал Нозрор. — Похоже, под воздейст­вием врат он приобрел некое подобие физической фор­мы».

«Но умер он на этом Уровне, — добавил Громф, — поэтому, когда он вернулся...»

— Да, — ответил наконец Архимаг хафлингу. — Я мо­гу отправить тебя куда пожелаешь. Но, конечно, не стану этого делать.

Хафлинг задрожал, и Громфу показалось, что он на самом деле слышит, как стучат кости внутри существа.

— Пожалуйста... — захныкал хафлинг.

— Твоя мать не рада будет видеть тебя, Диетр,— сказал Громф. — Ты умер. Помнишь? Ты вернулся в этот мир незвано. Вернулся как...

«Гуэкува», — подсказал Нозрор.

— Как неумершее существо, — закончил Громф. — Ты гуэкува. Знаешь, что это такое?

Хафлинг помотал головой, в его налитых кровью гла­зах плескался неприкрытый ужас.

«Громф, мой юный друг, — зазвенел у Архимага в голове голос личдроу, — добро пожаловать обратно. Ко­нечно, я принимаю твое любезное приглашение. Для меня дело чести составить тебе компанию в твой пос­ледний день».

Громф кивнул, пробормотал несколько простых за­клинаний из черной магии и указал на хафлинга. Архи­маг почувствовал, что теперь неумершее существо под­чиняется ему.

— Встань прямо! — приказал Громф, и Диетр мгно­венно повиновался, хотя, казалось, и с некоторым трудом.

Громф произнес еще одно заклинание, и на мертвом теле хафлинга замерцал магический огонь.

— Нет... — бормотал хафлинг. — Пожалуйста... Громф покрепче сжал посох и окружил себя защит­ной сферой.

— Пожалуйста, не... — взмолился гуэкува.

Громф обвел взглядом Базаар: опустевшие палатки и прилавки, большей частью запертые для пущей сохран­ности на замок, и взоры немногих любопытных дроу, наблюдающих из безопасных укрытий в окрестных ста­лактитах.

— Ну пожалуйста, позвольте мне... — умолял Диетр.

— Молчать! — бросил Громф, и хафлинг вынужден был подчиниться. — Ты решил вернуться вместе со мной, Диетр, и теперь ты в Мензоберранзане, а не в Луйрене. А в Мензоберранзане неумершие — это собственность.

Гуэкува безмолвно разевал рот, кожа медленно сколь­зила по костям.

Громф что-то почувствовал, чье-то присутствие, и сно­ва быстро оглядел Базаар. На дальней стороне простор­ной торговой площади виднелся сполох зеленого света. Заклинание, сотворенное им над Диетром, по-прежнему позволяло Громфу ясно видеть ауру вокруг неумерших, и зеленое свечение было как раз такой аурой, но это было единственное, что он видел, — пустое пространство, окру­женное грязно-зеленым свечением.

Громф поспешно принялся за новое заклинание, при­слонив посох к груди, чтобы иметь возможность исполь­зовать обе руки. С кончиков его пальцев стекли язычки жаркого синего пламени. Они безошибочно устремились к зеленой тени, увеличиваясь на лету. Огонь задрожал и начал вытягиваться тонкой струйкой. Он втянулся в одну точку наверху тени и исчез.

«Корона», — вздохнул Нозрор.

— Встань передо мной! — приказал Громф хаф-лингу.

Гуэкува сделал в точности так, как он сказал, как раз в тот миг, как волна синего пламени понеслась обратно к Громфу. Огонь с маху ударил хафлинга в грудь и активировал защитное заклинание, наложенное на него Громфом. Синее пламя сменилось красно-оранжевой вспышкой, которая помчалась обратно, но пути отра­женного заклинания. На месте зеленой тени появилась фигура личдроу Дирра, который не был больше неви­димым.

Огонь защитной ауры гуэкувы опалил лича, и Громф улыбнулся. Он взглянул на хафлинга и увидел, что тот дымится, а его мертвая плоть медленно тлеет. Лицо его было искажено агонией.

— Иди, — приказал Громф. — Убей лича.

Дирр сотворил заклинание, но защита Громфа суме­ла отразить его. У Архимага чуть закружилась голова, и на этом все кончилось. Диетр, пошатываясь, потащил­ся вперед, вынужденный действовать помимо своей во­ли. Он двигался недостаточно быстро.

— Убей лича! И я отправлю тебя домой, к матери! — крикнул ему вдогонку Громф.

Диетр поверил его лжи и побежал. Дирр двинулся ему навстречу и ударил когтистой рукой по лицу гуэ­кувы. Полыхнуло красно-оранжевое пламя, обдав укры­тое под маской лицо лича нестерпимым жаром.

Дирр отдернул руку, но дело было сделано. Он взре­вел от досады и злобы.

Громф уже готовил следующее заклинание. Он за­кончил его прежде, чем Дирр успел нанести очередной удар, и рука личдроу замерла на полдороге. Громф не был уверен, что заклинание подействует, но оно срабо­тало. Дирр был заморожен.

— Отпустите меня домой! — провизжал неумерший хафлинг.

Он сам полоснул когтями по ввалившимся щекам Дирра. Замороженный личдроу зарычал от боли и уни­жения и вновь обрел способность двигаться.

Воспользовавшись тем, что ярость Дирра бесцельно растрачивается на гуэкуву, Громф преобразил энергию малого заклинания во вспышку магического огня. Он обрушил на личдроу поток серебристого пламени и сам вынужден был закрыть глаза, таким оно получилось яр­ким.

Дирр творил заклинание — видимо, такое, которое должно было разнести Диетра на куски, — но тут маги­ческий огонь ударил его в лицо. Заклинание пропало, и личдроу снова опалило.

«Вы его ранили», — заметил Грендан в мозгу у Громфа.

Диетр напал снова и глубоко располосовал личдроу предплечье. Из раны начала медленно сочиться густая мертвая кровь.

Личдроу посмотрел на Громфа, и Архимаг прочел в глазах неумершего, что тот ранен, и ранен тяжело. Громф улыбнулся, и...

Диетр взорвался. Взметнулось облако черного огня, кусочков мертвой плоти и осколков желтоватых кос­тей.

«Что происходит?» — спросил Нозрор.

Сфера магической энергии вокруг Громфа замерцала и погасла — ее магия была исчерпана — как раз в тот миг, когда Архимаг понял, что черный огонь, уничто­живший его гуэкуву, исходил не от Дирра.

Личдроу смотрел вверх, в небо над Базааром, и Громф проследил за его взглядом.

В дюжине ярдов над торговой площадью на кожис­тых, как у летучей мыши, крыльях парил Нимор Имф-раэзл.

«Крылья?» — подумал Громф. «Я знал, что он не настоящий дроу», — сказал Ноз­рор.

— Итак, — сказал Нимор, обращаясь к личу, и голос его прозвучал более низко и весомо, чем запомнилось Громфу, — похоже, что в конце концов я вам все-таки понадобился.

ГЛАВА 18

Рилд стоял по колено в ледяной воде замерзающего болота. Джеггреда нигде не было видно. Постоян­ный шум мешал уловить звуки движения дрегло­та. Странные запахи перебивали его зловонное дыхание. Булавочные головки звезд и полчища биолюминесцент­ных существ не давали возможности разглядеть дрегло­та на фоне студеной воды и густой растительности. Ма­гический огонь, которым ослепила его странная болот­ная кошка, давно погас.

Время от времени он видел, как что-то движется в воде, вроде змеи, но ничего настолько крупного, чтобы сойти за дреглота. Что-то скользнуло по его ногам, но на затянутой ряской поверхности не отразилось и следа от того, кто проплыл мимо. Это явно было что-то жи­вое, но едва ли это мог быть Джеггред. Кем бы оно ни было, оно задело его еще раз.

С осторожностью делая каждый шаг, Рилд проби­рался по болоту гораздо медленнее, чем надеялся. Из-за ярко-зеленых водорослей, тонким слоем укрывших всю воду, Мастер Оружия не видел своих ног. При каждом шаге его башмаки встречали разное сопротив­ление: камень, что-то мягкое, что-то, возможно, живое, что-то твердое и округлое, будто дубинка — такого здесь было полно, — и что-то острое, словно лезвие кинжала.