Изгнанники Эвитана. Том Третий. Вихрь Бездны(СИ)

Вот-вот - еще под кровать забейся! Авось там не найдут...

Чего бояться вне пределов особняка, скажи на милость? Помнишь зловещие склепы и часовни в Вальданэ? Ничего там не было - и быть не могло.

А здесь если с чем дело и нечисто - так это с самим особняком.

Ничего, если на обратном пути в комнате не будут гореть свечи - Элгэ просто не полезет назад. Лучше быть трусливой дурой, но зато - живой.

Не будь в комнате ее мужского костюма, возвращенного по доброте Юстиниана, сейчас пришлось бы кромсануть кинжалом полы юбок.

- Чего уставились? - зло бросила девушка неутомимым бойцам. Влезая в такие родные штаны. - За столько дней не насмотрелись еще? Ничего, больше не увидите.

Решение вдруг пришло само. До этого Элгэ сомневалась - вернется ли. Теперь - точно нет. Что бы ни случилось - порог этой комнаты она больше не переступит! И этого особняка - тоже.

Значит, всё необходимое берем с собой. "Всё" - это немногочисленные деньги и драгоценности. Больше у нее ничего нет.

Всё. Прощай, виконтесса Эрден. Графиней Мальзери ты не станешь никогда, свой бы титул вернуть...

Знала б заранее, как карта ляжет, - никогда не отказала бы Виктору. И не смеялась бы над сожалениями стареющего Лоренцо, что он родился много раньше нее.

Недописанные наброски картин, детские и полудетские стихи, пара незаконченных пьес, фрагменты будущей исторической хроники - ей теперь не стать настоящей... Элгэ, взгляни правде в глаза - что бы ни ждало впереди, живой ты выберешься вряд ли. И вряд ли кто из близких людей, в спешке покидая Аравинт, потащит с собой твои "шедевры". Да всё ли еще разберут... Твой почерк никогда не блистал особой каллиграфичностью.

От твоей жизни, Элгэ, не останется ничего.

Ну и пусть. Всё равно она - не Лоренцо Винсетти. Это он у нас - гений.

Сколько всего можно было сделать иначе... прожить по-другому.

В раскрытое окно пахнул прохладой ночной воздух. Свежий-свежий. И неожиданно - совсем не страшный.

2

Камердинера в комнате не оказалось, слуг - тоже. Они и не нужны. Если, конечно, Октавиан не отрастил зубов - цепи перегрызть.

Не такие уж они, кстати, толстые. Не кандалы - как в какой-нибудь жуткой тюрьме... Куда отправляют за убийство свинопринцев, например.

Элгэ могла цепей даже не заметить - если б так напряженно не вглядывалась в полумрак. Но, увы, Октавиан - не легендарный чудо-богатырь из бьёрнландской саги.

Поддеть кинжалом раму - это илладийка всегда умела даже лучше Виктора. И хуже Беллы... хорошо, что девочки здесь нет и не будет!

Тусклый полумрак колеблет одна-единственная свеча.

Бледный светловолосый юноша в кресле. Цепь толщиной в руку ребенка охватила его правую лодыжку. Черно-серый стальной тюремщик уползает куда-то вглубь комнаты. К стене.

Открыть окно Октавиан не мог при всем желании. Только встать с кресла - навстречу гостье.

Рама бесшумно легла на место. А Элгэ стремительной тенью оказалась возле юноши. И тонкие сильные пальцы тепло накрыли ее холодную руку.

- Ты все-таки пришла... - такие тихие слова. Шепот - или просто выдох?

- Как видишь, - удалось шепнуть не громче собеседника. А мысли лихорадочно бьются. Хоровод кружат.

Что делать с шедевром неизвестного кузнеца? Пилить здесь нечем. Да и потом - делать это бесшумно Элгэ не умеет. И Октавиан - вряд ли.

Нужен ключ, а где он? На поясе у Валериана Мальзери?

- Что с Диего? Ты его видел?

Как странно звучит в полной тишине даже еле слышный шепот. Хоть и не так жутко, как прошлой ночью...

- Видел. Его увезли из поместья за день до моего приезда. Я догнал их, попытался следить... Меня схватили и отконвоировали к отцу. Я знаю, где Диего, но мне отсюда не выбраться.

Знает - это если братишку опять не перепрятали. А не выбраться - значит, не выбраться. Сына Валериан не тронет, а вот Диего... Да и Октавиан здесь целее будет.

- Тиан... Юстиниан видел, как меня доставили сюда. - Она почти угадала с именем. - Иначе меня уже увезли бы... куда-нибудь. Элгэ, я знаю, где Диего! Мы должны...

- Октавиан, послушай, - девушка успокаивающе сжала его плечи.

А он ощутимо дернулся.

- Что? - уже догадываясь, прошептала она.

- Ничего, ерунда, - юноша уже справился с собой.

А илладийка, не слушая, рванула на нем вверх камзол вместе с рубашкой. На брате собственного мужа! Северные дикари заточили бы навечно в монастырь за одно это.

Теперь понятна его неестественно прямая посадка в кресле, когда Элгэ в первый раз заглянула в комнату. Откинешься тут на спинку, как же...

- Это когда поймали?

- Что ты... - чуть поморщился Октавиан. - Графского сына! Это отец лично руку приложил.

Значит - здесь. Прошлой ночью - больше некогда. И - ни звука не было слышно. Никаких стонов. Только грохот от приколачиваемой цепи.

И значит, не он - причина вчерашней потусторонней жути.

- Прости... - илладийка отпустила рубашку. Разом вновь скользнувшую вниз.

Отпустила - и прильнула к его губам. Сердце колотится... так знакомо. Во что Элгэ втравила этого мальчишку?

- Элгэ... Диего - в подземной часовне. Пятьдесят миль от поместья, десять - к юго-востоку от Лютены.

Что?! Где?! Подземной? Сектанты там, что ли? Поймать бы Валентина Мальзери на горячем - и сдать леонардитам!

- Я не знаю, кому там поклоняются...

"Если ты поймешь, что я - уже не я..."

Даже если там служат черному козлу с тремя рогами и пятью копытами! Элгэ заберет оттуда Диего - и пусть они и дальше молятся, кому хотят. Если их неприятности, конечно, не помогут прищучить свекра...

Пятьдесят миль от поместья, где она никогда не была. Десять на юго-восток... С ее знанием местности - на поиски уйдет не один день. Слишком долго!

- Элгэ, у моего камердинера есть ключ от цепи. Нужно заманить его сюда. Этот отцовский холуй...

Проклятье! Вот так и переходишь все возможные и невозможные грани.

- Октавиан, твой отец уже доказал, что способен на всё! Если твой побег обнаружат, а тем более - если поймают нас вдвоем, цепью и хлыстом дело не ограничится.

- Элгэ, мне плевать, что будет со мной! - Что-то новое в чернущих глазах. Он тоже перешел грань. - Диего - мой кузен, а отец задумал какую-то подлость. Диего не просто так в этом капище. А Тиан знал, что я здесь. И даже ко мне не зашел... Когда ты видела его в последний раз? - угольный взгляд плеснулся новой тревогой.

- За обедом.

- Он ночует у тебя?.. - Октавиан запнулся лишь на миг.

- У меня.

Сейчас он ее еще за распутную девку примет! Связавшуюся с обоими братьями сразу.

- Значит - его нет в доме.

Младший из Мальзери - бледен, очень бледен. А в агатовых очах мелькнуло... Наверное, то же, что в их с Юстинианом - прошлой ночью.

Впрочем, юноша мигом взял себя в руки. Или Октавиан куда смелее брата, или у него много меньше причин бояться.

- Нужно заманить камердинера сюда. Ты спрячешься, а я подниму шум - и он прибежит...

Все-таки мальчишка! Не мудрено, что его поймали возле того треклятого капища. Где сейчас, возможно, Диего...

Элгэ стиснула зубы.

- Октавиан, камердинер прибежит не один. А шум привлечет пол-особняка. Даже если ты не заорешь, а просто попросишь воды - кто-то всё равно останется за дверью. Вряд ли твой отец приставил к тебе полного кретина.

Октавиан помрачнел. Пожалуй, он в большем шоке, чем Элгэ показалось. Потому и придумал столь дурацкий план. Естественно - его ведь не каждый день на цепь сажают. И хлыстом бьют - как собаку или простолюдина. В почти шестнадцать лет.

- Виан, в какой комнате первого этажа точно никого нет и дверь не заперта?

В крайнем случае - вернемся через свою. Что очень нежелательно. Даже если побег виконтессы еще не обнаружен - у ее двери всё равно караулят другие холуи. Ничуть не хуже приставленных к Октавиану.