Конечно, признаваться в подобном довольно рискованно, могут понять не так. Но, похоже, я теперь отли

– Интересное имя, – ответная улыбка лучится неприкрытым весельем. – А меня Минарис!

За хрупкой внешностью скрывалась довольно сильная и целеустремленная натура. Ухватив за руку, она решительно потащила меня на "танцпол". Поставила напротив себя и приказала:

– Повторяй за мной и слушай музыку.

Сложного ничего не было. Правда сперва немного сбивался, не успевая попасть в такт, но затем как-то привык и уже спокойно скользил вместе со своей учительницей. Движения простые и легко запоминающиеся.

– А хочешь… по-настоящему станцевать? – ехидно стрельнула в меня глазками Минарис. Кстати, они у неё были почти черные. Только не с фиолетовым отблеском, как у Хранителей или Целителей, а скорее с едва заметным красным. Интересный расклад получается…

– По-настоящему? Это как? – до сих пор я думал, что мы уже танцуем. Значит, это не так? Тогда чем мы тут занимаемся, хотел бы я знать.

– И откуда ты такой дикий? – непритворно удивилась она. М-да, действительно, чувствую себя несколько неуютно. Кажется, у меня спрашивают вещи, которые знает последний младенец. А я на это ответить не могу. Интересно, кто из нас страннее?

– Да вот, так получилось, – пожал я плечами. Хм, повторяюсь. Но другого ответа дать не могу. Не стоит много врать, а то так и запутаться можно.

Но, кажется, ответ уже не требовался. Как, в принципе, и моё согласие. Змеелюдка скользнула к "оркестру" и что-то сказала. На неё посмотрели с удивлением, но всё же сменили музыку. Теперь она очень напоминала помесь танго и вальса. И довольно быструю помесь. Чтобы успеть за ритмом, мне пришлось поднапрячься.

Сейчас наши движения напоминали скорее поединок, нежели танец. Только здесь мне почему-то совсем не хотелось кого-либо бить. А вот поймать за руки, обвить хвостом чужой хвост и прижать его к полу – самое оно. Тем более что я был явно длиннее. И тяжелее. Минарис выворачивалась, но меня уже зацепило за живое, и уступать не собирался.

Хорошо, что в своём родном мире мне нравилось смотреть спортивные танцы. Теперь некоторые движения всплыли в памяти и оказались весьма кстати. Девушка их явно не знала, а потому несколько растерялась, что позволило мне уверенно лидировать до конца.

Наконец мелодия затихла. Мы стояли друг напротив друга, настороженно глядя в глаза. Кажется, исход танца планировался совсем не такой, иначе с чего бы это моей партнерше быть такой удивлённой? Вокруг озадаченно молчали, да и сама змеелюдка явно что-то усиленно обдумывала. Снова ухватив меня под руку, она направилась к стене.

Когда мы ушли с открытого места, Минарис отстранилась. Она как-то резко посерьёзнела после танца. Потеребила какой-то шнурок на своей одежде, снова посмотрела на меня и решительно выпалила:

– Если ты меня позовешь, то я пойду за тобой.

От сопровождавших эти слова эмоций у меня чешуя по позвоночнику встала дыбом, а хвост завязался в странную фигуру. Если я правильно понял её слова… но как? До сих пор не понимаю, хоть уже и дорос до хэссара. Всё у этих змеев не как у людей. Ну почему я должен догадываться, почему нельзя было решить этот вопрос немного по-другому?

И "позвать" я был совсем не прочь, но именно в этот момент по гребням словно наждаком проехались. Казалось, что у меня чешуя по позвоночнику дыбом встала. Нет, это была не чистая опасность. Скорее всего, пойманное ощущение походило на медленно и неотвратимо приближавшиеся крупные неприятности. Возможно, с летальным исходом.

Поэтому я, скомкано извинившись, поспешил к своим рессам. Они стояли тесной толпой, за кем-то настороженно наблюдая. Объектом им служил… Тархи. Молодой светлый едва хвост узлом не завязывал, нарезая круги вокруг какой-то незнакомой змеелюдки светло-светло-серого оттенка. От неё же тянуло расчетом и цинизмом. Да ещё и толикой пренебрежения. Больше всего это напоминало игру в кошки-мышки. Где в роли глупой мыши выступал Хранитель.

Дурили его знатно. Точнее – играли на инстинктах. Всё-таки шас-саари в какой-то степени самые настоящие змеи и руководствуются не только разумом. Вернее – не столько. Очень многое в их жизни определяют именно привычки, свойственные этим милым зверушкам. Впрочем, не только им. Иногда я вообще понять не могу, чем именно руководствуются эти создания, поступая так или иначе.

Так вот, сейчас Хранитель думал чем угодно, кроме головы. А мне кое-что стало понятным. Имея невыразительные лица, серпентеры используют для проявления своих эмоций хвост. И сейчас наблюдаемая парочка ими такие кренделя выписывала! Точнее, это Тархи извивался, как бешеный червяк, а девушка явно провоцировала его на более… активные действия. Если бы не излучаемые ею чувства, то, наверное, и я бы попался. Сейчас же меня мутило от такого несоответствия, и думать о чем-либо, кроме удержания еды на месте, не получалось.

Остальные тоже не отрывали от соблазнительницы глаз. Всё-таки иногда змеиная природа не так уж и хороша. Особенно, когда мозги ставятся явно не на первое место. Немного понаблюдав за своими рессами и сообразив, что ничем хорошим подобное "представление" не закончится, передал им немного своих ощущений. Как у меня это получилось – понятия не имею, но вся компания основательно передёрнулась и подобрала хвосты. По всей видимости, приятных эмоций, от полученного "букета", было мало.

Но кроме этого меня тревожило странное предвкушение, которое доносилось с другой стороны. Такое холодное и скользкое, как замороженная селёдка. Почему мне пришло в голову именно такое сравнение не знаю. Но опять же, ничего хорошего ожидать не приходилось. Оглядевшись по сторонам, я нашел источник этого чувства. Светло-коричневый, почти песочного оттенка змеелюд, который подпирал одну из колонн. Он тоже внимательно следил за столь интересной парочкой, поглаживая меч.

В отличие от обычных серпенетеров, у этого с-кешера не было, только один прямой клинок за плечами. Хм, кажется, это парень решил использовать его по назначению. Или я чего-то не понимаю, или эти двое связаны. Очень уж запах от них… похожий. Причем одинаково неприятный.

Однако пока я размышлял, мужчина отлепился от стены и решительно направился к парочке. Если мои предположения верны, то действовать надо очень и очень быстро. Ничего особо умного в голову не пришло кроме как…

Взяв в руку бокал с каким-то напитком, решительно двинулся ему навстречу. Но не совсем, а так, чтобы разминуться буквально на волос. Затем в последний момент чуть сместился, ощутил толчок, и… вся жидкость оказалась у меня на тунике. Светло-коричневый приостановился, оценивая нанесённый ущерб, но ничего сказать или сделать не успел. Мой кулак впечатался в его челюсть.

Кажется, сильный удар в это место должен лишать сознания. Не знаю, насколько устойчивы к подобным вещам змеелюды, но этого конкретного представителя отбросило назад и приложило об пол. С показным равнодушием я тщательно отряхнул тунику и, словно ничего не произошло, двинулся дальше. За спиной раздалось низкое, злобное шипение. По всей видимости, задумка удалась. Молодой Хранитель отодвинут на второе место, а почётную должность "врага отечества" уступили мне.

Приближение противника я ощущал даже без гребней, так напряженно он сопел и скрипел зубами. Кажется, среди змеев не принято драться голыми руками. Почему-то даже примитивный тычок кулаком вызывает некоторое недоумение, остолбенение и сильную злость. Неужели и здесь какие-то законы и правила имеются? Любят же эти чешуйчатые всё усложнять! Причём до такой степени что сами потом удивляются – ну и зачем им это надо было?

Однако приблизиться светло-коричневый не смог. На его пути встали рессы. Кажется, они решили наконец приступить к своим прямым обязанностям и защитить такого слабого и доброго меня. А Бобик так вообще в первых рядах с улыбкой от уха до уха. От которой срочно хочется куда-нибудь смыться. Причем как можно дальше.

Прикинувшись, что только сейчас заинтересовался тем, что происходит за спиной, я развернулся. Так и есть. Непонравившийся мне тип стоит напротив темных и сжимает рукоять меча. Кажется, встреча с подобными противниками не планировалась. И теперь, когда пришлось отступить от сценария, он не знает, как правильно поступить.