Сборник "Уркварт_Ройхо" Книга 4-6 (СИ)

Ланн настороженно посмотрел на Ройхо, а тот, подумал и сказал:

— Все не так просто, так что теперь уже мне необходимо посоветоваться со своими людьми. Но в принципе я не против того, что на острове будет своя магическая школа. Вот только на первых порах она должна быть тайной, а все вы будете числиться вольными чародеями вне какой либо школы.

— Мы это понимаем, и сами заинтересованы в соблюдении секретности, — быстро произнес чародей.

— Ну, значит, предварительно договорились. Вы собираетесь, выбираете архимага, жрицы вас благословляют, вы клянетесь в верности своему главному чародею, а он от имени школы уже присягает мне. Все правильно говорю?

— Верно, господин граф.

— А как назовете свою школу?

— Пока не решили. Возможно, магическая школа «Данце» или «Ваир».

— Неплохо. Но окончательный ответ я дам только вечером.

В разговоре возникла пауза, и граф встал. Лютвир и Ланн последовали его примеру, откланялись и покинули его, а Ройхо, встав у окна, сплел на груди руки, о чем-то крепко задумался и простоял в такой позе минут пять, не меньше. После чего, видимо, приняв какое-то важное для себя решение, он посмотрел на сидящую в уголке ламию и спросил ее:

— Как думаешь, Отири, школа это не блеф?

— Не похоже.

— А жрицы ее благословить смогут?

— Вполне.

— Ну, а что насчет Эшли-Лютвира и Ланна скажешь?

— Им можно верить. По крайней мере, пока.

— Вот и я так думаю. Но ты за ними все же присмотри. Если надо, привлекай оборотней. Сделаешь?

— Сделаю.

Ройхо кивнул, вернулся за стол, достал из ящика синюю папку с серебряным тисненым гербом рода Анхо на лицевой стороне, открыл ее и погрузился в изучение присланных ему сегодня из имперской столицы бумаг. А ведьма, правильно поняв это как знак того, что граф желает остаться в одиночестве, тихонько покинула кабинет, выскользнула в коридор и последовала вслед за «домашним» бароном и его чародеем.

Глава 20

Ваирское море. Остров Данце. 31.05.1406.

Ламия вышла, и я, отодвинув папку с бумагами в сторону, задумался о событиях этого дня, который еще даже не перевалил за полдень…

Итак, сегодня последний день весны, 31-е лавиренна 1406-го года от основания Империи Оствер. Я проснулся в семь часов утра. Настроение было бодрое, и на то имелись причины. Пиратская эскадра, которая бы могла попытаться отбить у меня Данце, разбита. Габриэля Палача я лично в поединке убил, перед всем войском, на показ, и через это получил немалую толику уважения со стороны ваирских моряков, которых все больше брал под свой контроль. После чего вернулся в город, принял доклады оставленных в Данце опричников и приступил к осуществлению своих планов.

Вчера состоялись очередные торги трофеями, и я получил еще пятнадцать миллионов иллиров. И это при всем притом, что через неделю должен был пройти еще один аукцион. В городе все было спокойно, местное население понемногу приходило в себя и начинало думать о хлебе насущном и дальнейшем житье-бытье. Северные дружины и домашние бароны герцога Гая вернулись в Изнар. Мой сюзерен и его вассалы получили три миллиона иллиров, свою долю от островных трофеев. Текущие проблемы решались своим чередом, и пару дней назад из замка Ройхо пришло письмо извещающее меня о том, что на родине все в порядке. Поэтому на сердце у меня было спокойно. Ну и, кроме того, минувшей ночью графа Ройхо никто не беспокоил, и я, в кои-то времена, смог спокойно выспаться. В общем, все одно к одному. И приведя себя в порядок, я подумал о том, что и жизнь хороша, и жить хорошо, покинул спальню и отправился на завтрак.

Однако поесть не получилось, так как ко мне прибыл дорогой гость, которого я ждал немного раньше. Лишь только я присел за длинный стол в обеденном зале бывшей Гильдии Купцов, как брат Трори доложил, что в приемной меня ожидает шевалье Виран Альера. Естественно, я приказал проводить его ко мне, и встретил старого друга в дверях. Мы пожали один другому руки, и я обратил внимание на то, что Виран очень бледен, рукопожатие у него слабое, словно он болен, и на нем не униформа капитана гвардии, а обычный наряд столичного дворянина. Ирут, перетянутые в поясе широким ремнем заправленные в сапоги черные бриджи и белоснежная шелковая рубаха. Вкупе с тем, что мой брат доложил о нем как о шевалье, а не как об имперском гвардейце, это наводило на мысли, что в жизни друга произошли перемены, о которых я пока ничего не знал. И пригласив его разделить со мной трапезу, я поймал твердый взгляд сокурсника по военному лицею, и спросил его:

— Что случилось Виран? У тебя проблемы?

— Да, — Альера утвердительно кивнул и снял с плеча потертую армейскую планшетку.

— Рассказывай.

— Ты помнишь наш последний разговор у телепорта?

— Конечно. Ты собирался развестись с женой и стать моим вассалом. Но тебя все не было, и я решил, что ты передумал.

— Нет, я не передумал. Просто обстоятельства так сложились, что я не смог появиться раньше, — Виран взял стоящую перед ним кружку с горячим чаем, сделал большой глоток, и продолжил: — Я вернулся домой, в особняк жены, то есть, и сразу же направился в спальню. Вхожу, а Клэр не одна, а с любовником, молодым аристократом лет восемнадцати. Ну, я за меч, парень, как был, в одних подштанниках, вскочил и тоже за клинок схватился. Мы сцепились, и я его прямо в спальне заколол. Рядовое дело, тем более что юноша был неплохим фехтовальщиком и тоже меня серьезно подранил. И все бы ничего, если бы неудачливый любовник не оказался птицей высокого полета.

— И?

— Меня на время упрятали в тюрьму Старого Дворца.

— Так-так. И кого же ты на клинок насадил?

— Племянника великого герцога Ратины маркиза Рино Акреса.

— Да уж, попал ты дружище, — протянул я, запивая неожиданное известие вишневым взваром. — Конрад Ратина человек такой, что подобного не простит.

— Это точно. Поэтому некогда любимая женушка быстренько дала мне развод, вроде как, отреклась от мужа, а мое начальство спрятало своего бравого гвардейского офицера в подвалах императорского дворца. Там меня подлечили, я крови много потерял, а потом со мной пообщался глава «Имперского Союза».

— Граф Тайрэ Руге?

— Он самый.

— И что от тебя хотел канцлер императорского двора?

— Как всегда, верной службы. А если подробней, то граф мне объяснил, что оставаться в столице мне нельзя, убьют, да и на фронт ехать не стоит. После чего Руге предложил уже отставному капитану Альере перебраться к его другу графу Ройхо, и я, само собой, с ним согласился, тем более что и так к тебе собирался. Такие вот дела. Примешь меня к себе или шевалье Альере где-то в ином месте убежище от гнева Ратины искать?

— Пустой вопрос, дружище. Конечно же, приму.

— А великого герцога не страшишься?

— Надо мной свой великий герцог стоит, родной папа моего сюзерена. А Гай Куэхо-Кавейр не поймет, если его вассалов начнут уничтожать наемные убийцы, и если что, сразу же побежит жаловаться к Ферро Каниму. Опять же мы на острове и я здесь главный. Так что, начхать мне на Конрада Ратину, который находится от нас за тысячи километров.

— Благодарю Уркварт.

— Чепуха.

— Не-е-т! — Альера покачал указательным пальцем. — Это, как ты любил говорить, будучи «черным гвардейцем», дорогого стоит, и я подобного не забуду.

— Вот и ладно. Мне как раз начальник штаба всей островной армейской группировки нужен, а взять его негде. Было, к Хиссару обратился, но его герцог Гай на северную границу отправляет. Так что уже с сегодняшнего дня ты начнешь исполнять свои непосредственные служебные обязанности и совместно с Хайде и старшим Дайирином разработаешь план по полной зачистке острова. А я пока подумаю, какие земли тебе во владение выделить.

— Хорошо.

— Кстати, ты говорил, что Руге тебе службу предложил, в чем она заключается?

— А-а-а! Демоны! Чуть не забыл! — Вскрикнул Виран и слегка хлопнул себя по лбу. После чего он вскрыл свою планшетку и передал мне папку с тисненым серебряным гербом Анхо на обложке. — Вот. Это тебе.