Башни полуночи

Затаив дыхание, она схватила его. Благодарение Свету, она не потеряла Источник. Похоже, Меллар сбежал с копией, а оригинал остался у неё.

Илэйн вздохнула, позволяя себе откинуться назад и опереться на холодную каменную стену. Ей хотелось провалиться в обморок, но она заставила себя убрать медальон в карман и оставаться в сознании, пока в конце коридора не объявилась Бергитте. Страж тяжело дышала после бега, а её красный камзол и золотистая коса промокли от дождя.

За ней в коридоре появился Мэт с закрытой шарфом нижней половиной лица. Его мокрые каштановые волосы прилипли к голове. Молодой человек то и дело стрелял туда-сюда глазами и держал наготове посох.

Бергитте опустилась на колени рядом с Илэйн.

- С тобой всё в порядке? - взволнованно спросила она.

Илэйн в изнеможении кивнула:

- Похоже, обошлось. - «В каком-то смысле». - Ты часом не оказала миру услугу, прикончив по дороге сюда Меллара?

- Меллара? - встревожено переспросила Бергитте. - Нет. Илэйн, у тебя платье в крови!

- Со мной всё в порядке, - ответила Илэйн. - Правда. Меня Исцелили.

Значит, Меллар сбежал.

- Быстрее, - сказала она. - Обыщите коридоры. Стража и Родня, охранявшие это место…

- Мы их нашли, - сказала Бергитте. - Их свалили под лестницу в самом низу. Они мертвы. Илэйн, что произошло? - Стоявший сбоку Мэт перевернул тело Тимэйл, заметив ножевую рану у неё в груди.

Илэйн прижала руку к животу. С её детьми всё будет в порядке, верно?

- Я поступила очень опрометчиво, Бергитте, и знаю, что ты за это станешь на меня кричать. Но, пожалуйста, не могла бы ты сначала отвести меня в мою комнату? Мне кажется, сначала надо попросить Мелфани меня осмотреть. Просто на всякий случай.

Час спустя после неудавшегося покушения на Эгвейн Гавин одиноко стоял в маленькой комнатке, бывшей частью апартаментов Амерлин. Удерживавшие его плетения сняли, а ему велели оставаться на месте.

Наконец-то в комнату вошла Эгвейн.

- Сядь, - сказала она.

Он помедлил, но от её яростного взгляда можно было зажигать свечи. Он присел на табурет. В комнатке имелось несколько комодов и сундуков для одежды. Дверной проход вёл в большую по размерам гостиную, в которой был пойман Гавин. За следующей дверью находилась спальня Амерлин.

Эгвейн захлопнула дверь, избавляясь от множества гвардейцев, Стражей и Айз Седай, слоняющихся по комнатам снаружи. Из-за двери доносился гул разговоров. Эгвейн всё ещё была в красном с золотой отделкой платье, а в её темные волосы были вплетены золотые нити. Её щеки пылали от гнева. От этого она была ещё прекраснее, чем обычно.

- Эгвейн, я…

- Ты понимаешь, что натворил?

- Обнаружив у двери своей возлюбленной убийцу, я проверил, всё ли с ней в порядке.

Она сложила руки на груди. Гавин почти физически чувствовал жар её гнева.

- На твои вопли сбежалась половина Белой Башни. Тебя видели пойманным. Теперь убийца, скорее всего, знает про мои плетения.

- Свет, Эгвейн! Ты так говоришь, будто я сделал это намеренно. Я всего лишь пытался тебя защитить.

- Я не просила у тебя защиты! Я просила повиновения! Гавин, неужели ты не видишь, какую возможность мы упустили? Если бы ты не спугнул Месану, она бы попалась в мои ловушки!

- Это была не Отрёкшаяся, - возразил Гавин. - Это был мужчина.

- Ты сказал, что не смог разглядеть лицо или фигуру, потому что та была размытой.

- Ну, да, - сказал Гавин. - Но он сражался мечом.

- А женщина не может сражаться мечом? Размер виденной тобой особы указывает на то, что это была женщина.

- Возможно, но Отрёкшаяся? Свет, Эгвейн, будь это Месана, она испепелила бы меня на месте Единой Силой!

- Ещё одна причина, - сказала Эгвейн, - не перечить мне! Может быть, ты прав, может это был кто-то из подчинённых Месаны. Приспешник Тьмы или Серый Человек. В таком случае я захватила бы их в плен и смогла бы выведать планы Месаны. И вот что, Гавин: что, если бы ты на самом деле обнаружил Месану? Что бы ты мог сделать?

Он уставился в пол.

- Я же говорила тебе, что приняла меры предосторожности, - продолжила Эгвейн. - И ты всё равно не послушался! А теперь, благодаря тому что ты сделал, убийца знает, что я её ждала. В следующий раз она будет осторожнее. Как думаешь, во сколько жизней нам обойдётся твоя выходка?

Гавин держал руки на коленях, стараясь не показывать, что они сжались в кулаки. Ему бы чувствовать стыд, но вместо этого он чувствовал злость. Необъяснимую ярость - горечь на самого себя, но по большей части на Эгвейн из-за того, что она превратила искреннее заблуждение в личное оскорбление.

- Мне кажется, - сказал он, - что ты вообще не хочешь иметь Стража. Поэтому я так тебе скажу, Эгвейн: если ты не можешь выдержать, когда за тобой присматривают, то никакой мужчина тебе не подойдёт.

- Возможно, ты прав, - резко ответила она. Юбки Эгвейн шуршали, она открыла дверь, вышла и закрыла её за собой. Не хлопнув.

Гавин встал и хотел пнуть дверь. Свет, как всё запуталось!

Он услышал, как Эгвейн отправляла ротозеев обратно по постелям и приказывала Гвардии Башни этой ночью быть особенно бдительными. Последнее, скорее всего, просто для вида. Она знала, что убийца в ближайшее время воздержится от покушений.

Гавин выскользнул из комнаты и направился к выходу. Эгвейн заметила его уход, но ничего ему не сказала, вместо этого отвернувшись к Сильвиане пошептаться. Красная сестра наградила Гавина взглядом, под которым содрогнулся бы и камень.

Молодой человек прошёл мимо нескольких гвардейцев, которые смотрели на него - по их меркам - с большим уважением. Насколько им было известно, он сорвал покушение на жизнь Амерлин. Гавин кивнул в ответ на их приветствия. Неподалёку стоял Чубейн, изучая чудом не попавший в Гавина нож.

Мужчина передал Гавину оружие убийцы.

- Видели когда-нибудь нечто подобное?

Гавин взял узкий, блестящий нож. Оружие было сбалансировано для метания, клинок был изготовлен из прекрасной стали и выглядел как вытянутое пламя свечи. В середине были вставлены три недрагоценных камня цвета крови.

- Что это за камни? - спросил Гавин, поднося нож к свету.

- Никогда раньше не видел ничего подобного.

Гавин перевернул нож несколько раз. На нём не было никаких надписей или резьбы.

- Ещё чуть-чуть, и он забрал бы мою жизнь.

- Можете взять его, если хотите, - сказал Чубейн. - Вы могли бы опросить людей Брина, может кто-то из них видел нечто подобное. У нас есть второй, мы нашли его дальше по коридору.

- Тот тоже предназначался мне, - проговорил Гавин, засовывая нож за пояс. - Благодарю. У меня есть для вас ответный подарок.

Чубейн вздёрнул бровь.

- Вы жаловались на потери среди своих людей, - сказал Гавин. - Что ж, я могу порекомендовать вам группу солдат.

- Из армии Брина? - спросил Чубейн, скривив губы. Как и многие гвардейцы Башни, он до сих пор расценивал войска Брина как противника.

- Нет, - сказал Гавин. - Это люди, верные Башне. Из тех, кто обучался, чтобы стать Стражем, и сражался вместе со мной на стороне Элайды. Сейчас они чувствуют себя не у дел и скорее согласятся стать солдатами, чем Стражами. Я был бы признателен, если бы вы дали им пристанище. Они надёжные люди и превосходные воины.

Чубейн кивнул.

- Пришлите их ко мне.

- Они явятся к вам завтра, - пояснил Гавин. - Я прошу только одного. Постарайтесь не разделять группу. Они вместе через многое прошли. Их единство придаёт им силу.

- Это будет несложно, - согласился Чубейн. - Десятая рота Башни была уничтожена этими проклятыми Шончан почти до последнего человека. Я поставлю над вашими парнями несколько офицеров-ветеранов и сформирую из них новую роту.

- Благодарю вас, - сказал Гавин. Он кивнул в сторону апартаментов Эгвейн. - Присмотрите за ней ради меня, Чубейн. Я думаю, она твёрдо решила свести себя в могилу.

- Само собой, защищать и поддерживать Амерлин - мой долг. А куда собрались вы?