Долгое путешествие на Юг. (СИ)

Мудёр, — Сидор, глубоко задумавшись, тихо покачивал головой, что-то про себя обдумывая. — Ох, мудёр атаман, мудёр.

Потерь, таких тяжёлых, как мы понесли, особенно последнее время, он не понёс. На нашем фоне он вообще выглядит как белый и пушистый, весь из себя умный и предусмотрительный. Дальновидный и умелый командир.

Значит, в самое ближайшее время он будет искать повод как бы нас подставить и разорвать договор.

А надо ли это нам? — задумался он. — Ответ — нет, нам не надо. Пока мы без его конной группы сами не справимся, слишком большие потери у нас. Тогда что, терпеть его хамство дальше?

А вот хрен ему, — мстительно прищурил Сидор глаза. — Хочет грязно играть — будем играть грязно. Не он один такой умный. Только тогда возникает вопрос. Почему до сих пор он не разорвал с нами отношений?

Чего же ему не хватает? — задумался Сидор.

Оружия, — задумчиво пробормотал он. — Ему не хватает наших арбалетов, которые он не знает где достать. Ящеры не дают, а в продаже их нет. Значит, раз он нам пока нужен, надо постараться его убедить, что без нас он не обойдётся. Тогда утихомирится и будет сидеть тихо, как мышь под веником. Что нам и надо. Пока!

И ещё, надо будет потщательней разобраться, почему наши потери в людях на порядок превышают его. Так ли уж всё напрямую связано с плохим уровнем подготовки наших бойцов. И такой ли уж низкий уровень, как старательно убеждает нас последнее время сам атаман.

Чтобы Корней, съевший собаку на подготовке настоящих вояк, да присылал к нам сюда тех, кого бы он посчитал не готовым? Годных лишь на убой, как каждый вечер последнее время у отрядного костра распинается атаман, — Сидор снова задумчиво хмыкнул. — Как говорил товарищ Станиславский: "Не верю!". Что-то это всё подозрительным уже кажется. Воняет, если откровенно.

На какую публику тогда он работает? — подозрительно прищурившись, с немым вопросом в глазах глянул он на Димона. — Уж не на тех ли самых молодых егерей, которых сам же каждый вечер и хает. Мол, Сидор с Димоном неумелые козлы, не умеющие правильно распорядиться такими великими воинами, как они. А вот он, в отличие от этого барона…, как его там…

От су….а, — тихо, едва слышно выругался Сидор. — Никак не хочет по доброму разойтись.

Приподнявшись на локте, Димон некоторое время задумчиво смотрел на Сидора.

— А началось всё, я тебе скажу когда, — тихо проговорил он. — Когда последний из тех его людей с кем мы начинали, был им под каким-то, не упомню уж сейчас каким благовидным предлогом, отправлен обратно за перевал. Когда у него в отряде остались одни лишь эти его новички. Да кузнец с травником, не считая Виталика. Но, ни кузнеца, ни травника он тронуть не может, поскольку они оказались плотно завязаны на работы в обозе и на собственное дело. И что тот, что другой просто послали куда подальше нашего атамана, насколько я знаю. А вот всех остальных, у кого не было здесь собственного дела, он постепенно убрал.

И вот этого момента, мы с тобой как раз и не заметили. А не заметили по той простой причине, что постоянно, изо дня в день сталкиваемся, что с травником, что с кузнецом по работе. И у нас сложилось ложное впечатление, что это люди Бугуруслана, и что всё идёт давно заведённым порядком. А они давно уже не его люди. У каждого своё собственное дело. Они давно уже работают напрямую с нами, минуя его.

И вот как только Бугуруслан решил, что время пришло, он и повёл эту политику постепенного выдавливания нас из нашего же дела.

— Долго ж он терпел, — хмыкнул Сидор. — Целых четыре месяца. А мы хорошо, что хоть сейчас это заметили, два лопуха, — устало бросил он

— Поэтому, будем разбираться с атаманом.

— Не боишься, что до крови дело дойдёт, — внимательно посмотрел на него Димон. — Ребята с атаманцами и так уже как кошка с собакой грызутся, драки через день.

— Ну, — ледяным тоном медленно протянул Сидор. — Это уже проблема самого атамана. Если он не может своих обнаглевших псов держать на привязи, то пусть наконец-то уже откалывается.

Так ведь не хочет, сволочь такая. Почуял жирный клёв и теперь его из каравана палкой не выгонишь. Как клещ вцепился.

— Ещё бы, — сонно зевнул Димон. — Кто же сам добровольно отвалится от золотой кормушки.

Но ты прав, его новички могли бы вести себя и повежливей, раз уж не хочет отделяться. Хоть его парни и намного старше наших парней, это всё равно не основание постоянно называть их сопляками. Они словно провоцируют парней на драку, а потом пользуются разницей в опыте и в весовых категориях, и просто бьют им морды. Когда-нибудь это кончится кровью.

— Вечная проблема с этими новичками Бугуруслана, — мрачно буркнул Димон. — Даже не представляют, бараны, чем подобные стычки для них могут, в конце концов, кончиться. Пока не увидят, как наши парни стреляют, так и задираются. А после пары стычек с местными бандитами — словно шёлковые становятся. Но всё равно, нет-нет, да нахамят.

С такими баранами нельзя по-хорошему, — сердито выругался он. — Такие пока по морде не получат, хамили, хамят и хамить будут, — обречённо вздохнул он, понимая что исправить что-либо сейчас бессилен.

Но это всё лирика. Главное, что разрыв отношений сразу породит множество серьёзных проблем. В первую очередь для нас, а мы к ним ещё не готовы. И сейчас заменить их нам просто некем.

У наших нет такого боевого опыта и набраться его они зачастую просто не успевают. Неделя, максимум две и выбыл по ранению. Хорошо, что смертей, учитывая повышенную бронированность охраны, у нас мало. Иначе бы мы просто попали в полную зависимость от атамана.

— С атаманом будем кончать, — ледяным тоном поставил точку в обсуждении Сидор. — Но сейчас избавиться от него мы не сможем. Останется проблема кем их заменить. Заменить некем. А раз некем, остаётся наращивать огневую мощь и дрессировать своих сопляков до посинения.

Я тут у ящеров локтевые арбалеты присмотрел для ближнего боя. Думаю для начала пару десятков заказать, на пробу. Только вот, дорогие, заразы. Нагрузки на тренировках увеличим. Пусть про сон забудут, раз опыта не хватает.

Ну а чтоб меньше пищали, заинтересуем их долей в прибылях.

— К-какой долей? — растерялся Димон.

— Малой-малой, — Сидор поспешил его успокоить.

Процентов, ну, — на секунду задумался он, — не более трети.

— А почему треть, а не два, или не три процента? — с ехидной подковыркой поинтересовался Димон.

— А меньше смысла нет, — охотно пояснил Сидор.

Димон немного оживился. Появилась хоть какая-то новая тема, помимо надоевших стенаний Сидора по плохой погоде, бездорожью, интригам атамана и затянувшемуся ожиданию.

— Давай-ка поподробней, от какой суммы пляшем? — Димон ненадолго задумался, прикидывая в уме, что и как.

— Не мучайся, — Сидор сладко, с подвывом зевнул. — Я уже давно всё подсчитал. Средний доход с обычной проводки — сто золотых. С учётом всяких сахарных косточек, типа гонораров за какие-нибудь неожиданности или за дальность и сложность маршрута — до пятисот и выше. Плюс-минус, считать не будем. Считай по минимуму — сотня.

— Треть будет тридцать золотых. Делим на два — пятнадцать ящерам, пятнадцать егерям. Делим на среднее число и тех и других, получаем по семь медных монет на нос.

— Не густо? — задумчиво проговорил он. — Чуть более половины серебрушки на душу? Когда кружка дрянного пива в местном трактире стоит полторы.

— Хотя, — как-то неопределённо передёрнул он плечами. — Это же считай что с одного торговца, причём далеко не самого жирного. А их порой бывает и два, и три, и все десять.

— Пусть копят, если хотят, чтоб что-то оставалось, — раздражённо огрызнулся Димон. — Но больше давать, по-моему, чересчур. Самим тогда ничего не останется. А на нас, считай, что весь обоз держится. Ремонт телег, новые лошади, взамен выбывших по смерти или по ранению. Покупка оружия. Считай, что весь запас болтов, что первоначально берём с собой к арбалетам, к концу маршрута кончается. Приходится каждый раз закупать всё новые и новые.