Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I

Волчий Лорд поднялся на ноги и обнаружил, что в ходе бешеной рукопашной ксеносы теснят его воинов к центру зала, все уже сжимая круг. Многие из Волчьей Гвардии также отдали себя во власть вульфена и теперь устроили вокруг себя адскую бойню, но казалось, что на место каждого поверженного врага тотчас же становятся два новых. Все шло к тому, что штурмовая группа Булвайфа будет полностью разбита всего через несколько минут.

За спиной Волчьего Лорда раздался крик, ясно слышимый во всем зале. Он обернулся, увидел Хальвдана, стоявшего рядом с огромным кристаллом, и какая-то часть сознания, не охваченная боевым безумием, подсказала, что заряды на реакторе установлены.

Булвайф повернулся к вожаку ксеносов и ясно понял, что предстоит сделать. Он бросился вперед, с каждым шагом набирая скорость.

К этому времени оба воина Андраса уже погибли, и молодой дворянин сражался с предводителем один на один. Он орудовал клинком с необыкновенным мастерством, но ксенос был быстрее и опытнее, и только энергетический щит пока спасал Андраса от неминуемой смерти. Каждый удар врага по щиту отзывался дугой энергетического разряда, пробегавшей по поверхности чешуйчатых доспехов Андраса, и не оставалось сомнений, что защита вскоре исчезнет.

Стремление убить Андраса настолько захватило ксеноса, что тот заметил атаку Булвайфа лишь в последний момент. Истязатель молниеносно сменил позицию и занес меч для удара, который отсек бы голову врагу, но Булвайф застал его врасплох, отбросив плазменный пистолет и схватив руку ксеноса, державшую меч. Энергия силового поля проникла сквозь доспех Волчьего Лорда, подобно ледяной воде, холод, как острие ножа, впился в кости, но Булвайф лишь сжал зубы и не ослабил хватку.

Ксенос этого не ожидал. Разразившись проклятиями, он попытался отступить, но Булвайф бросил топор и освободившейся правой рукой обхватил шею вожака. Издав рык, в котором не было ничего, кроме животного бешенства, он поднял стройного ксеноса, развернулся и бросил его на энергетический кристалл, до которого было всего несколько метров. Как только силовое поле Истязателя соприкоснулось с кристаллом, вокруг энергетического сердца шпиля возникла концентрическая волна света, а ударная волна, последовавшая за ней, сбила с ног почти всех в зале. При взрыве тело предводителя ксеносов мгновенно испарилось, и лишь дымящиеся фрагменты его разбитого доспеха рикошетом ударили в стены, как осколки разорвавшейся гранаты.

Затем послышался резкий звук без какого-либо определенного тона; казалось, он дрожью отозвался в самом каркасе шпиля. Взрыв вырвал Булвайфа из глубин боевого безумия, и он увидел, что последние оставшиеся в живых ксеносы бегут из зала со всех ног.

Андрас, еще не оправившийся после напряжения битвы, остановился рядом с Волчьим Лордом.

— Что происходит? — крикнул он.

Булвайф подобрал свое оружие с пола.

— Похоже на сигнал тревоги. — Ему тоже пришлось кричать. — Наверное, силовое поле повредило реактор. Надо пробираться обратно к транспорту, немедленно!

Пятеро воинов Андраса и двое из Волчьей Гвардии Булвайфа остались лежать мертвыми в окружении груды убитых ксеносов. Юрген и Хальвдан уже бросились на помощь выжившим — они забирали тела своих, чтобы вынести их из шпиля. Затем все кинулись к выходу, двигаясь тем же маршрутом, по которому пришли. Воины были готовы расправиться с любым, кто встанет на пути, но Истязатели, услышав сигнал тревоги, спешили покинуть шпиль, спасая собственную жизнь. Когда отряд добрался до посадочной площадки, в небе уже становилось тесно от кораблей ксеносов, торопливо улетавших от обреченной цитадели. На площадке перед подбитым транспортом выросла гора тел; на некоторых были доспехи, на некоторых — нет, но все убитые встретили смерть от выстрелов болтгана или под стрекочущим полотном цепного меча Ранульфа. Сам пилот, в забрызганных кровью ксеносов доспехах, стоял на площадке перед посадочным трапом корабля. Булвайф поднял топор, чествуя несгибаемого Ранульфа, и отдал приказ всем подняться на борт.

— Сколько осталось до детонации зарядов? — спросил он у Хальвдана.

— Еще секунд пятнадцать или около того, — ответил лейтенант.

— Зубы Моркаи! — выругался Булвайф. — Ранульф, увози нас отсюда!

Взвыли гравитационные турбины, заскрипел металл, и покалеченный транспорт, опасно кренясь влево, поднялся в воздух. На взлет это было мало похоже, скорее, корабль просто рухнул с площадки, и пассажиры пережили несколько тошнотворных моментов, пока двигатели транспорта боролись с силой притяжения.

Прошло десять секунд, и шпиль осветился изнутри серией взрывов, распространявшихся, подобно ряби на воде, от его центра. По всей башне плясали дуги молний, каждая длиной в тысячу ярдов, срезая посадочные площадки со стен одну за другой, а на кристаллическом покрытии оставляя глубокие борозды. Затем массивный шпиль, словно подрубленное дерево, начал медленно оседать на поверхность планеты. Его верхушка рухнула на каменистую землю и разлетелась фонтаном осколков, подняв огромное облако пыли, которое накрыло несколько километров. Наконец и весь шпиль завалился набок и исчез в череде грандиозных взрывов.

От ударной волны транспорт закрутился волчком и вошел в штопор. Несколько головокружительных секунд Булвайф был уверен, что они неминуемо разобьются, но Ранульф сумел уйти с фронта волны и выровнять транспорт, когда до земли оставалась лишь какая-то сотня метров. Столб дыма и пыли, поднимавшийся все выше позади них, подсветили первые лучи зари.

— И что теперь? — спросил Андрас, прислонившись к погнутому палубному ограждению.

Лицо его было пепельно-серым.

Булвайф окинул взглядом небеса: десятки кораблей ксеносов, врубив двигатели на полную мощность, набирали высоту, уходя на орбиту.

— Мы возвращаемся в Онейрос, — ответил он. — Там посмотрим, что выжившие будут делать дальше. Или они передерутся между собой за власть, или…

— Или?

Волчий Лорд пожал плечами:

— Или в самое ближайшее время к нам пожалуют гости.

Все утро небеса пестрели инверсионными следами, оставленными кораблями Истязателей, взбиравшимися в верхние слои атмосферы. Поначалу жители Онейроса крайне нерешительно высовывались из убежищ, ошеломленно разглядывая столб дыма и грязи, вздымавшийся на западном горизонте. Булвайф и Андрас тем временем повели своих воинов к зданию Сената, чтобы там решить дальнейшую судьбу Антимона.

Первые несколько часов ушли на перевязку раненых, распределение остатков боеприпасов и обеспечение безопасности здания. Лишь когда солнце стало клониться к закату, а с ближайших холмов донесся шум празднества, Андрас отправил одного из своих армигеров, чтобы тот раздобыл провизии и вина.

Перед самым закатом на площади появилась торжественная процессия горожан, несущих с собой все, что оставалось от их скудных запасов: копченое мясо, маринованные овощи и приторное вино. Сейчас воинам Булвайфа эта снедь казалась пиршеством, достойным самого примарха.

Они ели и пили до поздней ночи, наслаждаясь общением с боевыми братьями, вместе с которыми сразились с самой смертью и выстояли. Булвайф наблюдал за ними, исполнившись гордости, — жители Антимона сумели достойно показать себя. Он был уверен, что в недалеком будущем эта планета подарит Имперской Армии множество отважных солдат, а то и достойных кандидатов в воинство самого Всеотца.

Когда на мир опустилась тьма, на террасы Сената были выставлены посты самых зорких солдат, в задачу которых входило своевременное объявление воздушной тревоги. Но все было спокойно, да и Астартес не могли обнаружить ни единого признака враждебных кораблей на орбите. Это насторожило Булвайфа, и вместе с Андрасом он провел бессонную ночь, ежесекундно ожидая атаки.

Когда забрезжил рассвет, один из стоявших в дозоре десантников заметил среди облаков два характерных следа. Булвайф и Андрас как раз сидели на ступенях лестницы, взбегающей к трону спикера, когда ожил вокс.

— «Фенрис», говорит «Грозовой клинок». Как слышно, прием?