Синий тарантул
Синий тарантул читать книгу онлайн
Первое издание приключенческой повести "Синий тарантул" (1957) русского писателя-фантаста Г. Ланина (псевдоним Георгия Георгиевича Пермякова). Сразу же после издания книга была запрещена (1958 г). Вероятная причина запрета – "разглашение государственных секретов". Автор повествует о деятельности "Главурана", поисках урановых руд и добыче сырья для военных целей и атомной промышленности, разоблачении японских шпионов, методах работы сотрудников КГБ и т.п. Очень большая редкость.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Повернув ключ и открыв тяжёлую дверь, Головнин не сразу вошёл в комнату, встретившую его тёплым застойным воздухом, а, по своему обыкновению, опустившись на одно колено, внимательно осмотрел, цела ли тончайшая коричневая шелковинка, подобранная под цвет пола и натянутая между косяками. Головнин дважды, утром и вечером, проверял целость этой неприметной для глаза паутины, которая оберегала вход в его лабораторию. Никто не мог проникнуть сюда, не порвав контрольной нити. Сегодня, как и всегда, шелковинка оказалась цела. Она чуть выделялась на фоне блестевшего лаком пола.
Войдя в кабинет, Головнин быстрым прыжком очутился на письменном столе. Как обычно, он был в синих шароварах, белой майке и чёрных носках. Вряд ли Левартовский, сидевший на службе в одном с ним кабинете мог подозревать, что большой и медлительный Василий Николаевич, специалист по торию, знаток урановых руд, изо дня в день молча и методически работающий на электросчётчике, обладает подвижностью рыбы и ловкостью долгорукого гиббона.
Бросившись со стола на кольца, Головнин на мгновение повис на них, пружиня мышцами. Ноги его только что находились в полуметре от пола, но через мгновение идеальная «свечка» подняла их к потолку, а ещё через секунду Головнин словно летал по комнате. Он описывал полукруги, делал переборы, носками ног касался потолка, со всего маха поворачивался спиной к окну и опять смотрел в его сторону. Каждое движение Головнина было точно, смело и математически рассчитано.
Вечернее солнце косыми лучами лило неяркий свет в кабинет Головнина, а он всё летал и летал.
21. В лучах контрразведки
Сидя рядом со своим шефом, Жуков читал вслух материалы по Будину, собранные за эти дни:
— Анкетные данные по Будину таковы: «Будин Николай Николаевич, 1907 года рождения, беспартийный. Отец — учитель сельской школы, мать — фельдшерица. Родился в Имане, Приморского края. Образование высшее. Не судим». Это всё, что он сообщил о себе, прибыв в Ясногорск.
Жуков взял из коричневой папки новую бумагу и продолжал:
— «По командировке из Москвы прикреплен к Ясногорскому политехническому институту. Данные таковы:
Будин, Николай Николаевич, 1907 года рождения кандидат экономических наук, прибыл в Ясногорск в нюне сего года, проживает по улице Песчаная, 40, квартира 24. Работает над докторской диссертацией по командировке финансово-экономического института, научный руководитель — профессор Никольский А.П. Имеет годичный творческий отпуск, цель прибытия — изучение методов статистического учёта передовых учреждений города». Направление приложено, — добавил Жуков и поправил свои золотисто-пшеничные волосы.
— Что ответил институт?
Жуков перевернул несколько страниц и, не меняя интонации, прочитал:
— «Будин Николай Николаевич, 1907 года рождения, доцент кафедры общей статистики, по решению учёного совета командирован в Ясногорск для работы над докторской диссертацией…»
— Фотографии совпадают?
— Фотография, переданная бильдаппаратом, несколько смутна. Однако при визуальном сличении имеется некоторое сходство.
— Что дала экспертиза?
— Спецоптика даёт расхождение фотографий. Экспертиза приложена, — и Жуков достал заключение экспертизы, но Язин спросил:
— Сняли ли копию с личного удостоверения Будина?
— Власов был послан в проходную Купаевского завода, где сейчас работает Будин. Он сфотографировал удостоверение. Копия в папке.
— Что ответила спецчасть института?
— Очень мало: «Заведующий кафедрой, заслуженный работник, беспартийный, член учёного совета, в научной командировке». Приложили фотографию. По тому же бильдаппарату.
— Есть сходство?
— Почти нет.
— Что дал Дутов?
— Будин на знакомство не идёт. Неразговорчив. Сидел за одним столом, сказал лишь несколько фраз: «Какая погода! Духота в зале!» Осторожен, недоверчив. Быстро ушёл.
— Как у Тонкова?
— Провал. На знакомство не идёт.
— Отзыв профессора Никольского?
— Никольский, научный руководитель Будина, сообщил телеграммой, что Будин безукоризненно честный человек, высоко квалифицированный. Телеграмма в папке.
— Провели ли опознание?
— Да. Передали по телефото в Москву два снимка. Один сделал Власов вплотную в проходной будке, второй — Кузьмин телеобъективом. В опознании участвовали директор института, секретарь учёного совета и заведующий спецчастью. Общий вывод: Будин ясногорский и Будин московский — разные люди. Но следует помнить, что телефото может дать искажение.
— Дальше!
— В институте тревога. Спрашивают: «В чём дело?» Пишут, что Будин не шлёт писем, лишь одни телеграммы.
— Дальше!
— Часть материалов даёт вывод: ясногорский Будин — самозванец. В подтверждение имеется, — тут Жуков быстро пересчитал бумаги, — 5 документов.
— Вторая часть материалов, — после паузы объявил Жуков, — сложнее. Наружное наблюдение установлено с 15 июля, не считая ранее начатого контроля со стороны УКГБ. Даю сводку:
«15 июля с 7 до 8 вечера Будин ужинал в ресторане «Дарьял». В 8.05 уходил в гастроном. С 8.30 и до сей минуты не выходил из квартиры, где находится один. Обычные посетители квартиры Будина, по восстановленным данным, — почтальон, доставщики телеграмм, уборщица, прачка. Позавчера утром — это по данным ГБ — на имя Будина пришла телеграмма из Москвы. Её содержание: «Срочно ускорить диссертацию. Кафедра задыхается…»
— «Ускорить диссертацию», — задумчиво повторил Язин. — Ускорить… Телеграмма проверена?
— Проверяется.
— Сколько людей приставлено к Будину?
— Два для наблюдения, третий для связи. Это в одну смену.
— Добавить ещё одного человека. Будин бесспорно дома?
Жуков несколько смутился.
— Из квартиры один выход. По донесениям — дома.
— Здоров?
— Это установить не удалось. К телефону подходил.
В что время вошёл Зайцев, работник Управления госбезопасности.
— Простите, что перебил. Срочный пакет. Доставлен специальным самолётом.
Жуков принял пакет и вскрыл плотный светло-коричневый конверт, прошитый белым шнуром и скреплённый пятью сургучными печатями.
Это был ответ ЦУИ, Центрального управления информации. На шелестящей тонкой бумаге Язин прочитал:
Совершенно секретно
Заместителю начальника БОРа КГБ майору Жукову Ю. И.
Шлём первые ориентировочные сведения. До 1940 года в Риге проживал белоэмигрант Углов Дмитрий Васильевич, 1907 года рождения, сын капитана царской армии, из дворян, сам поручик белой армии. Найдено примерное сходство между присланной для опознания фотографией и Угловым Д. В. Идентификация проведена экспертами Широколобовым и Огорелковым. О пунктах сходства сообщаем:
1. Шея длинная, средней толщины.
2. Форма лица округло-треугольная, основанием вверх.
3. Лоб выступающий, большой, ширина большая.
4. Нос тонкий, средний.
5. Подбородок узкий, видна подбородочная ямка.
6. Правое ухо — раковина малая, прилегание уха полное.
7. Направление бровей косовнутреннее.
Уточнение продолжается. Дореволюционная биография Углова Д. В. и его отца Углова В. Н. высылается шифром. Начальник ЦУИ СССР полковник Снегирёв
Отложив бумагу, Язин продолжал:
— Есть ли балкон?
— На квартире Будина есть балкон. Под наблюдением также. Перед балконам клумба. Можно спрыгнуть без ушибов.
— Сад освещается ночью?
— Нет.
Доклад Жукова продолжался ещё несколько минут. Тут были и карта маршрутов Будина по городу, и отзыв об этом человеке официанта Маркова из «Дарьяла», и запись о работе Будина в статистическом отделе Купаевского медезавода, и другие бумаги и документы, из которых слагалась примерная картина действий «кандидата наук» в Ясногорске за последние дни.
Передвижения его в городе можно было графически представить так: из небольшого круга — квартиры на Песчаной — выходят четыре стрелы: на «Дарьял», на гастроном, на встречи с Нежиным, благодаря которым Будин и попал в орбиту внимания Язина, и на заводы.