Хеллсинг: Моя земля (СИ)

Хорошо быть опасным и таинственным вампиром.

— Итак, мои юные… воспитанники, — Алукард ухмыляется, прохаживаясь по кругу. Слово «друзья» он использовать, конечно, не стал. — Давайте, пожалуй, начнем с простого. Артур, подойди-ка сюда.

Хихикая, наблюдаю, как не понявший шутки Арт важно выходит в центр.

— Задача у тебя, юноша, будет простая, — поясняет Алукард. — Ударь меня. Или нет — это будет слишком сложно. Хотя бы просто коснись. Начали!

На несколько секунд фигуры соперников исчезли из поля зрения — остались только смазанные силуэты, молнии. Черная и вторая, цвета хаки. Надо отдать парню должное — он не стал тратить время. И он правда старался. Вот только результата это не принесло.

— Слишком неспешный, бывает, — спокойно сообщил Алукард. У него даже дыхание не сбилось, было таким же ровным, как у спортсмена-разрядника. — Усложним задачу. Кристина, поди сюда.

Все повторяется, теперь уже две молнии защитного цвета пытаются поймать стремительное черное пятно. И с тем же эффектом. В испытания включается Влада. Немного раздражает, что кроме каких-то мелькающих теней, рассмотреть все так же ничего не выходит. Может это магия какая-то? Или даже проще — гипноз и внушение?

— Полицейская, — голос Алукарда по-прежнему ровен и доброжелателен. Но искорки иронии, проскальзывающие в нем, слышны не только мне. — Если не затруднит, помоги этим бездарным подмастерьям в их сложной задаче.

Наконец-то.

Тело как-то само ловит этот новый для меня ритм, и включается в него, такое впечатление, с готовностью, с полуоборота. Мутные штрихи и едва заметные блики превращаются в четкие, как на экране высокого разрешения, фигуры Артура и остальных. И Алукарда. Его — особенно, потому что он, в отличие от всех нас, не нападает вообще. Он уклоняется.

Конечно, ни с какой магией это не имеет ничего общего. И черных облаков, состоящих из зубастых летучих мышей, тоже не наблюдается. Он просто уходит от всех наших подкатов, замахов и выпадов за долю секунды до того, как они случатся, как будто точно знает кто, откуда, и в какой момент времени их нанесет. Его черные волосы развеваются в движении, глаза полуприкрыты, он будто находится в легком трансе.

А на лице блуждает все та же легкая полуулыбка.

Это продолжается какое-то время — в таком состоянии оно растягивается очень странным образом — а потом, внезапно, прекращается.

— Достаточно. — Алукард с неодобрением разглядывает нашу запыхавшуюся, тяжело дышащую четверку. — Очень плохо. Ни одного касания. В реальном столкновении вы бы уже получили несовместимые с жизнью травмы и выбыли из боя. Весьма, весьма печально. По правде говоря, я уже почти жалею, что инициировал вас — для наших задач вы вряд ли подойдете.

Воодушевляющий вывод, что и говорить.

— Тогда почему выбрали именно нас, и какова вообще наша задача? — Это снова Влада. Ох, любит она непростые вопросы. Алукард с этим, похоже, согласен.

— Почему вы? Здесь ответов несколько, и я выдам пока самый очевидный — вы все девственники.

Переглядываемся. Краснеет почему-то только Артур. Кристина хихикает, а Влада выглядит скорее задумчивой. Алукард продолжает:

— Опыты и эксперименты показали, что среди девственников существенно выше процент тех, кто может взять вирус под контроль и стать хотя бы ординарным вампиром. Верно и обратное: у испытуемых с изрядным количеством сексуальных партнеров больше шансов превратиться в упырей. А ответа на второй вопрос вам придется подождать — давать его буду уже не я.

— А кто? — вопрос срывается быстро и необдуманно. Алукард показывает взглядом на большие часы на стене. Пять пятьдесят. Черт! У меня же аудиенция с Интегрой на шесть!

— Бери всех подмышку и лети на встречу, — Алукард, как обычно, читает мысли. — Тут недалеко, направо, налево, по лестнице наверх на пол-этажа, и прямо по коридору до упора. Всего метров триста по прямой, успеете.

***

Глава 3. Невинность

Секретаря у Интегры Хеллсинг нет — суровое военное время. Проходим через пустую тесную приемную, Кристина стучит в дверь — Артура так и не смогли вытолкнуть первым — ждем реакции. Не знаю, чего ожидают остальные — я по-прежнему ориентируюсь на первоисточник, где Интегра была фанатичной блондинкой в нехорошем смысле этого слова, а ее постоянным рефреном всю дорогу оставалось: «найти и уничтожить во славу Англии!» Плюс эти ужасные очки, прическа, сигары и мужской костюм. М-да. Может выйти непростой разговор.

Дверь распахивается.

Женщина на пороге похожа на Интегру из сериала, наверное, только цветом волос. Да и то, короткая коса, в которую эти волосы заплетены, смазывает впечатление. Все остальное — совершенно другое. Одежда — черная футболка и черные же джинсы. Неизменные круглые очки сдвинуты на лоб. В руке скомканная обертка от гамбургера. На поясе кобура. Вокруг шеи — цепочка с крестиком.

— Проходите, — приглашающе машет оберткой женщина, ловко бросает ее куда-то вбок и отступает с прохода. Я снова в ступоре. Ну, Алукард другой немного. Ну, вирус какой-то. Но Интегра! Где фанатизм, где строгость, где гламурность, наконец? Вместо мечты миллионов фетишистов видим какую-то дисциплинированную Сару Коннор. Эдак скоро обнаружим отца Андерсона в экзоскелете.

Наша компания тем временем втягивается в кабинет и, повинуясь энергичной жестикуляции Интегры, рассаживается по многочисленным стульям. Кресел в кабинете нет, окна занавешены, на столе не менее трех мониторов, плюс еще один, большой, на стене. Несколько телефонов, включая спутниковый. И массивное распятие на стене позади стола.

— В качестве руководителя организации «Хеллсинг» я обязана разъяснить вам, новым членам этой организации, ваши задачи и функции, — начинает Интегра. — «Хеллсинг» не занимался наймом персонала со стороны в прошлом, более того, это всегда было строго запрещено. Надо сказать, что запрещено было и многое другое, в том числе и руководство организацией женщиной, но от этого условия, по здравом размышлении, отказались. По аналогичной причине, приняв во внимания обстоятельства, мы занялись и наймом вампиров. Дело в том, что другого выхода у нас просто нет, бороться с огнем следует огнем.