Нептун: Похитители тел

Аксель прикрыл за собой дверь, не задерживаясь прошел к спальне, и вновь мимо его лица просквозило нечто неуловимое… Словно девичья ручка ласково коснулась щеки. Вот дерьмо! Сама собой возникшая ассоциация разозлила Соломона. Он резко закрыл дверь и провернул в замке ключ — вот там и сиди! С сознанием выполненного долга он плюхнулся в кресло и посмотрел на часы. Скоро должен пожаловать Стенсен и времени у него как раз, чтобы собраться с мыслями.

Что ему нужно? Ответ прост — ему нужна Анна. Только чем он может помочь? Анна — полноправный, совершеннолетний гражданин Лиги. К тому же важный свидетель и находится под неусыпным наблюдением Службы Безопасности. При чем здесь он?

— Сол! Выпусти меня!

В голоске прозвучали жалобные интонации, и на мгновение Акселем овладело злорадное удовлетворение, тут же уступившее место неподдельному удивлению. Анна? Откуда она здесь? Он пулей выскочил из кресла, ноги помимо воли пронесли его через холл и в следующий миг он отворил дверь спальни.

— Анна…— прошептали его губы.— Ты?…— Девушка стояла в дальнем углу спальни и смотрела на него странным взглядом. Именно странным, потому что в нем смешались и настороженность, и обида, и недоумение, и насмешка, и еще что-то, чего он определить не сумел. Аксель почувствовал, что в который раз за этот день оказался не на высоте положения, и постарался взять себя в руки.— Откуда ты здесь? — задал он первый осмысленный вопрос.

— Откуда…— ворчливо повторила она.— Оттуда! — И кивком указала на входную дверь. Едва заметно Аксель усмехнулся. О Боже, какой я тупица! Мог бы и сам догадаться!

— Но как ты вошла? Номер ведь охраняется!

— Охраняется…— вновь повторила она его слова.— Плохо охраняется! Она капризно надула губки.— И вообще — долго ты меня собираешься здесь держать?!

— Да, конечно! — Он отступил в глубь холла и сделал приглашающий жест.— Я приготовлю чего-нибудь выпить, на улице такая жара…

Говоря, он попытался обнять проходившую мимо девушку, но она ловко увернулась и проскользнула едва ли не между его рук, словно в насмешку обдав его потоком прохладного воздуха. Аксель невольно насторожился, потому что подсознание, как всегда, значительно быстрее его самого разобралось в ситуации, хотя результаты выкладывать, по обыкновению, не торопилось. Девушка обогнула низкий столик и остановилась, теперь уже откровенно насмешливо глядя на Акселя.

— Ну, милый? Никак, признал? — нежный голосок окрасился неприкрытой иронией.

— Мэри-Эн?…— неуверенно произнес он.

— Мери-Ен! — язвительно передразнила девушка, и насмешка на ее лице сменилась маской гнева.— Вы поглядите, люди добрые! — неизвестно к кому апеллировала она.— Я его охраняю денно и нощно, а он меня — под замок. Надо понимать — это такая благодарность с твоей стороны,— пришла она к однозначному, хотя и малоприятному выводу.— Мужлан!

— Мэри-Эн…— не обращая внимания на ее эскападу, повторил Аксель. Он никак не мог прийти в себя от изумления. Да, конечно, он попросил Мтомбу оснастить Сукомп гравитато-ром. Попросил и забыл…

— Она самая! — Она яростно тряхнула золотыми кудрями.— Выпивку мне предложь!

Прекрасное лицо ее пылало гневом, обыкновенно сияющие глаза, казалось, искрились от избытка эмоций.

— Так это ты ударила одного из медбратьев в солнечное сплетение?

— Кто ж, кроме меня? Ведь просила дать мне пушку! — Она с вызовом посмотрела на Акселя.— Нет, говорят, Сукомпу не положено! Слово-то какое измыслили — Су-компффф! — с отвращение выговорила она.— Нет, ты скажи! — Она вновь обратилась к Акселю.— Я что, похожа на мыслящую тачку?! Защищай, говорят, Соломона Хука! Да я всю жизнь только тем и занимаюсь! А чем защищать-то? — Она просверлила Соломона гневным взглядом, словно подозревала, что запрет исходит непосредственно от него. М-да, тогда она, пожалуй, сделала единственное, что смогла, но сейчас Аксель невольно порадовался, что взбалмошной Мэри-Эн не дали пистолета…

— Ты извини, замотался,— честно признался он, опускаясь в только что покинутое кресло.— И спасибо за все.

— Я думала, и не догадаешься,— проворчала Сукомп и, к немалому удивлению Акселя, уселась в кресло напротив.— Мог бы сделать это и раньше.

— Да я ведь не знал, что ты рядом. Мтомба сказал, что подгонка гравитатора займет несколько дней…— Он посмотрел на собеседницу, но та хранила молчание. Лицо ее приняло умиротворенное выражение, и Аксель решил, что она по крайней мере больше не сердится на него.

— Они подобрали модель с гравитационным эмиттером, позволяющим мне становиться невидимой. Конечно, это не тело, но все-таки.— Она придирчиво осмотрела себя — словно прихорашивающаяся перед первым своим балом девочка-подросток.

— Ты прекрасно выглядишь! — решил «прогнуться» Хук.— Без твоей подсказки я бы не отличил тебя от Анны.

— Спасибо, милый! — мгновенно просияла она, но тут же вновь посерьезнела.— К сожалению, это,— она окинула взглядом свое тело,— всего лишь картинка, хоть и искусно выполненная. Первое же прикосновение разрушит иллюзию,— с грустью пояснила она.

Именно в этот момент в дверь постучали. Аксель хотел попросить Мэри-Эн укрыться в спальне, но, обернувшись, обнаружил, что девушки в кресле нет.

— Войдите! — крикнул Соломон и поднялся, чтобы встретить в дверях гостя, к которому испытывал довольно необычное сочетание чувств. Сквозь закрывающийся дверной проем он увидел занявшего свое место у двери Гризли. Похоже, памятуя об их предыдущей встрече, Стенсен все необходимые инструкции дал телохранителю заранее. Вот и славно. Бо не тот человек, с которым приятно общаться.

— Желаете выпить? Сигару? — Аксель жестом предложил гостю садиться.— К сожалению, не могу предложить вам настоящую «Гавану», но мои также неплохи.

— Нет, благодарю,— опускаясь в кресло, сказал Стенсен.— Собственно, я мог бы переговорить с вами и по телефону, но тема…— Он явно испытывал проблемы с формулировками.— Так или иначе, но я предпочел переговорить лично.

— И о чем же пойдет речь? — Фраза прозвучала не вопросительно, а, скорее, учтиво.

— Я думаю, вы понимаете…— Похоже, сегодня привычным однозначным формулировкам Стенсен предпочитал намеки, что выглядело несколько странно.

— Об Анне,— уточнил Аксель, и гость подтвердил «попадание» кивком.

— Вы знаете, в тот день, когда мы с вами беседовали…— Он избрал именно такую формулировку и вопросительно посмотрел на Хука. Тот, в свою очередь, кивнул.— Так вот, в тот же день Анна сбежала. Мне сообщили, что ее похитили и держат взаперти. Я попытался освободить ее, используя свои…— он вновь запнулся, формулируя окончание фразы,— связи, но очень скоро узнал, что в клинике произошли странные события, свидетелем которых неожиданно стали и вы. Я вас очень прошу…

Соломон видел, с каким трудом этому сильному человеку даются его слова. Что ни говори, а нелегко просить, когда привык брать, причем брать, не спрашивая. Брать по праву сильного.

— Анна жива и здорова. Вам не о чем беспокоиться,— произнес Аксель.— Что же касается остального, то увольте. Она давно не ребенок, и ей решать, видеться с вами или нет.

Каких бы взглядов ни придерживался Стенсен, но он оставался отцом, а для отца самое дорогое — его дитя. Соломон понимал, что вряд ли его слова прозвучали утешительно, но не знал, что добавить к сказанному, ведь, кроме родственных уз, этих двух человек связывали и иные, не слишком понятные ему отношения любви-противостояния.

— Я бы хотел, чтобы дочь вернулась домой,— тихо произнес швед, и Аксель мгновенно понял, что так или иначе тот намерен добиваться своего. Даже силой, если того потребуют обстоятельства.

— Я понимаю, что не мне давать вам советы, мистер Стенсен, и все-таки…

— Прежде чем обмениваться поверхностными мыслями, быть может, стоит прислушаться и к моему мнению? — Неожиданно для обоих мужчин Мэри-Эн появилась в двери спальни и смерила их насмешливо-возмущенным взглядом.

— Анна? — Стенсен вскочил с кресла и изумленно уставился на неожиданно вступившую в разговор дочь.