Бухта надежды. Испытание прочности (СИ)

- Да пошел ты! – буркнул Лёха, но все же обошел капот и заглянул на сидящего на переднем сиденье парня. – Эй, Степ, ты там как?

- Спасибо, хреново… - отозвался Степан упавшим голосом. Хотя, может, Алексею это показалось? Все же разговаривали они через стекло, а оно немного приглушало звуки…

- Да ладно тебе, прорвемся! Давай гляну еще раз.

- Ну смотри, раз хочется… - равнодушно ответил Степан, показав ладонью на забинтованную ногу и включив внутреннее освещение, которое хоть немного развеяло мрак, царивший в салоне авто.

Алексей открыл дверь, впустив холодный ночной воздух в немного нагретое от печки нутро машины и, наклонившись, принялся осторожно прощупывать Степанову ногу сначала выше, а после и ниже места ранения.

- Ты чего там меня щупаешь? – подозрительно осведомился Рогов.

- Ты там это… не возбуждайся раньше времени. Проверяю на предмет перелома. Но вроде все нормально.

Затем Леха аккуратно разрезал завязанный узелок ножом. Нож был остро заточен, поэтому бинт поддался с первого раза – не нужно было прилагать ни малейших усилий. Лёха спрятал лезвие откидного ножа в ручку, застегнул карман, дабы такая полезная вещь не потерялась, и начал быстро разматывать окровавленный бинт. Артерия не была перебита, как сначала предположил по своему незнанию Степан, хоть крови вылилось немало. Да и слава Богу, потому как без госпитализации и операции тогда не обошлось бы. А учитывая всю ситуацию в мире и наличие хирургов в окрестностях, а вернее их отсутствие, то это вызвало бы определенные трудности.

- Тебе, Степ, повезло, что пуля навылет прошла, повредив только мягкие ткани. – Попытался «обрадовать» раненного МЧС-ник, но его попытка не увенчалась успехом.

- Ты откуда все это знаешь? – усмехнулся Степан, откинувшись на спинку сиденья и наблюдая за манипуляциями Лёхи.

- А я два года в меде проучился, а потом отчислился.

- Что, сессию провалил, двоечник?

- Че сразу двоечник? – обиженно переспросил исполняющий обязанности Айболита.

- А нафига ты мне повязку разматываешь? Чтобы опять кровотечение вызвать? Вот что ты там хочешь увидеть под ней? Две дырки, которые самозатянутся под твоим пристальным оком?

- Поумничай мне! – буркнул Леха. – Сам-то даже жгут не мог закрутить нормально. А рану еще обработать надо. И вообще, будешь умничать – будешь сам возиться.

- Ну ладно-ладно… - примирительно затянул Степан, предпочтя все же отдаться в руки какого-никакого, а профессионала. Так что там с сессией? Завалил все-таки?

- Нет, все намного прозаичнее. - Покачал головой МЧС-ник, ища что-то в автомобильной аптечке, которую запасливый водитель всегда держал в бардачке. - Денег платить за обучение не было. Оно ж знаешь, сколько в меде нужно отваливать? А откуда у меня столько бабок? Разве что почку продать и то еще должен останешься.

- У-у… - покачал головой Степан. – Вон оно че!

Конечно, он знал, что обучение в медицинских институтах – удовольствие не из дешевых, но конкретных сумм назвать не мог.

- Ну вот лучше и не знать… - не поднимая головы пробормотал Лёха.

Наконец, Алексей нашел то, что искал – крупный пузырек из стекла коричневого цвета, быстро просмотрел глазами надпись на этикетке, гласившей, что в руках у него «Перекись водню. Розчiн 3%» [11] открутил от него крышку и щедро полил жидкостью рану, которая тут же покрылась обильной белой пеной. 

- Ну, бывает… Считай, что тебе повезло.

- Чего это?

- А того, что по словам моего знакомого, вся эта зараза начала распространяться с больниц. Да и я сам в городе столько окровавленных трупов медиков видел, что не сосчитать. Народ ведь куда чуть что звонит? В скорую или ментам… Так и тут. Так что выучился бы – ходил бы сейчас кривой походкой по улицам живым трупом с сотнями таких же.

- Хм… - Алексей закрутил пузырек и, закинув его обратно по месту прописки, начал зачем-то перерывать содержимое аптечки, рассматривая этикетки на бутылочках и надписи на пластинках с таблетками, при этом становясь все более и более хмурым. - Чет я с такой стороны на этот вопрос не смотрел. А вообще – да. Ты знаешь, я всегда говорил, что все что не делается – всегда к лучшему. Так что, может, и не зря я не доучился.

- Ну что там? – Степан попытался рассмотреть, что там с его ногой делает МЧС-ник, склонившийся над ногой и пытающийся в неярком свете салонного освещения рассмотреть рану. Почему-то Степа ожидал, что ее будет сильно жечь, но ту всего лишь немного пощипало.

- Да, вроде, все нормально… Перекисью я тебе тут все залил – должно обеззаразить, щас перебинтую чистым бинтом и пока все. Это пока все, чем я могу помочь – антибиотиков бы тебе, да нетути их тут.

- А? Ага. – Кивнул Степа. - Ну а прогнозы вообще?

- Прогнозы! – неопределенно хмыкнул Лёха и развел руками. – Ну я не метеоцентр, но прогнозов два – или заживет, или не заживет и отвалится.

- Очень смешно. – Скривился Степан, даже немного обидевшись такому равнодушию со стороны попутчика. - Это вообще-то моя нога.

Хотя, конечно, Степа прекрасно понимал, что никто с ним возиться как с писаной торбой не обязан. Но какой-то червячок все же грыз его нутро. Хотя его собеседник абсолютно этого не замечал, поэтому, подняв бровь, только хмыкнул:

- Ну так а кто ж тебе «албан», что ты такой балбес, вылезший прямиком под пули?

- Слушай, ну хоть ты не начинай… - окончательно скис Степан, покосившись через боковое стекло на Ивана, о чем-то беседующего с Серегой.

- Я ж по-доброму… - спохватился почувствовавший что-то не то Лёха, проследив за взглядом раненного товарища. – Давай, выздоравливай.

Лёха Покровский выпрямился, спрятал аптечку обратно в бардачок, забитой всякой всячиной, и аккуратно прикрыл дверку, стараясь хлопать не очень сильно.

- Погоди! – окликнул его Степан, пробарабанив пальцами по стеклу, привлекая к себе внимание. - Чего мы здесь так долго стоим?

- Сейчас Серега проложит маршрут, тогда и двинемся дальше. – Пожал плечами Алексей и вернулся к Сергею, все еще беседовавшему с Иваном.

Степа с облегчением выдохнул. Если честно, то он очень боялся, что его отвезут обратно, а тем паче оставят здесь как обременяющую отряд обузу. Он прекрасно видел недовольство на лице Ивана Марченко, поэтому последний вариант развития событий не спешил отбрасывать.

- Ну что там? Как рана? – поинтересовался Серега.

- До свадьбы заживет. Рану я промыл, перевязал. Пока действует обезболивающее, но когда действие закончится, Степе придется весело.

-Ничего. – Хмыкнул Иван, пнув носком ботинка так некстати оказавшийся рядом камешек. - Впредь умнее будет! И думать головой, а не другим местом.

- Слушай, Вань, да ладно тебе… - примирительно сказал Серега.

- Ой! Видел я таких городских мажоров! Ничего из себя не представляют, а понтов-то, понтов.

- Да нет там никаких понтов, - не согласился Якименко.

- Ну-ну…

- Да заткнешься ты когда-нибудь? – не выдержал постоянных подначек со стороны Ивана и вспыхнул, словно спичка Лёха. – Будь твоя воля, ты бы его там, еще на месте, пристрелил бы, чтобы с ним не возиться!

- Ты язык-то свой попридержи! – отстранился от капота машины Иван, зло сверкнув глазами. – Нечего мне приписывать чужие заслуги, а тем более мысли и желания! Я в отличие от некоторых не геройствую, а думаю о том, как выполнить то, зачем мы сюда отправились. И думаю головой, если кто не знал.

- Ну да… А раненный в этот план немного не вписывается? Он же всю картину портит.

- Именно! Не вписывается! – горячо воскликнул Иван. – Вот только не надо перекручивать мои слова…

- Так какого ты тогда на него кидаешься?

- У меня сестра там, понял? Сестра! – неожиданно рявкнул раскрасневшийся от гнева Марченко. – Я ее с пеленок няньчил, пока батя с мамкой на работе были, в школу водил-собирал. Млять, да я до сих пор помню, как косички девчатам заплетать! Мать когда умерла, а батя забухал, так я один ей был и за мамку и за папку, и за всех родственничков, дружно позабывших про наше существование. А теперь и бати не стало, и ее какие-то упыри… Да что вы можете знать, мать вашу?! Они же ее… - задыхаясь от собственного гнева продолжал кричать Иван, готовый все бросить и сорваться в погоню. Хоть машиной, хоть пешком.