Записки пилота. Тетралогия (СИ)

  Судья, почесав лысину под париком, приговорил Дика сначала к 10.000 дням трудовой повинности - очистке Станции, но затем заменил приговор на пятнашку Каторги.

  - Вот там ты сам обделаешься по полной! - Такие были финальные слова судьи, после чего троекратный удар судейским молотком подвёл черту над прошлым бывшего фермера.

  - Да как обычно, - повторил Дик. - Пару кусков сахара, пайку масла, ломоть хлеба и чай. Чего зря языком молоть - и так ясно.

  - Да это я так, разговора поддержания для, - пробормотал Чип и повернувшись ко мне добавил. - А ты, Поп, чего бы ты хотел на завтрак схарчить?

  Меня в отряде прозвали попом. Якшался с длиннорясыми и пострадал от них? Так тебе и надо - нефиг с мать её нашей церковью связываться. Ну а раз с ними работал, значит и молитвы всякие бормотал и поклоны бил и в церемониях разных участвовал. Так? Ну и быть тебе здесь попом. Может какой и толк будет - хоть молитву пробормотать-то сможешь? На могилкой? Примерно так со мной общался Палёный, назначенный моим наставником на первые два выхода. Сами первые два выхода оказались полнейшей рутиной - трёхчасовая прогулка в сотне метров от забора Каторги. Нападения чужих тут были редкостью, чем и пользовались наши начальнички, приучая новеньких к среде обитания. Палёный честно отработал оба выхода, попутно растолковав мне некоторые аспекты жизни на Каторге.

  - Прежде всего, - поучал он меня, - забудь кем ты был до прибытия сюда. Тут мы все равны. Все под Богом ходим. - Он быстро отмахнул рукой Символ Веры и покосился на меня, явно ожидая какой либо религиозной реакции.

  - Custodi et serva, - пробормотал я, что бы не разочаровывать своего наставника. Он удовлетворённо кивнул и продолжил:

  - Далее. Помни - не рутина губит а рвение. Не рвись в ударники - целее будешь. Вот ты вызвался в свой льготный период патрулировать, а оно тебе надо?

  - А что не так. Тихо же всё, да и зачёт идёт 1 к 5?!

  - Ты серьёзно думаешь, что ты вот так тихо-мирно все два своих льготных отгуляешь? - Хмыкнул Палёный. - Готов с тобой поспорить, наш капо уже на этой неделе тебя в полноценный патруль поставит.

  - Но он же обещал? Только вокруг забора....

  Мой собеседник только усмехнулся.

  - Сам убедишься завтра.

  Некоторое время мы шли молча, но потом я не выдержал и спросил:

  - А ты знаешь, кто это - Чужие? Чего им надо-то?

  - Да тут у каждого своя гипотеза есть, - он неопределённо пожал плечами. - Хочешь - свою изложу? - И, не дожидаясь моего ответа тут же продолжил. - Это не наша планета. Это их, паучья земля. Вот они и защищают её от нас.

  - Паучья?

  - Паучья. У чужих восемь ног. Или лап. Пофиг как называть. Это насекомые. Может даже когда-то они и были разумными, а может и нет. Умники наши, - он презрительно скривился, - пытались контакт организовать.

  - И что?

  - Что-что. Съели их.

  - Они что - нас едят? - Искренне удивился я.

  - Ну не съели. Понадкусали. Убили короче. Умники! - Он снова скривился и сплюнул на траву. - Ты не задумывался, - продолжил он после того как мы прошли в тишине с десяток шагов, - почему мы тройками ходим?

  - Нет.

  - Смотри. Три человека. Шесть ног. Не восемь. А у них, - он махнул рукой в сторону темневшего неподалёку леса, - восемь. Понимаешь? Шесть и восемь. Они не считают шесть ног признаком опасности. А если идут четверо - то это восемь. Опасность. На четверых нападение гарантировано.

  - А на троих что, не нападают?

  - Нападают, - признался он. - Но не сразу. На четверых нападение моментально - едва от Каторги на пару километров отойдёшь. А троим можно и с десяток отмахать никого не увидев.

  - Но тогда что - одиночка тут вообще в безопасности?

  - Увы. - Палёный вздохнул. - На одиночку гарантировано нападут. На пару тоже, причём, - продолжил он с воодушевлением, почуяв во мне внимательного ученика, - на пару нападут четверо чужих, но из них два будут не боевыми особями.

  - А какими?

  - Рабочими. Обычно носильщики. Понимаешь? - Он остановился и повернулся ко мне. - Они считают, что двуногое - это опасность. Четырёхногое - это либо свой раненый, либо что-то аномальное. Шесть ног - нейтральное или слабо враждебное. Восемь - противник.

  - Но тогда почему они на восемь ног посылают не одного а четырёх?

  Палёный пожал плечами:

  - Кто его знает. Может они био-сигнатуры считывают. Никто не знает.

  - Ну хорошо, - я решил поспорить с ним. - А как же тогда Каторга? Тут же ног всяко больше восьми?

  - Да говорю тебе - не знаю, - раздражённо отвернулся он от меня и продолжил прерванный патруль. - Может они нашу Каторгу чем-то вроде гнезда считают. Кто их знает то. Пауки короче.

  Задумавшись я упустил момент когда мы подошли к столовой. В реальность я вернулся только влетев по инерции в спину шедшего впереди Дика. Но он не обратил на это никакого внимания, уставившись во все глаза на привычное и виденное сотню раз, здание.

  - Чего это? - Он слегка посторонился, давая мне обзор и я смог увидеть то, что привело его в такое удивление.

  За прошедшее с ужина время здание столовой претерпело разительные изменения. Ещё вчера это был просто большой барак с пристроенной рядом кухней. Стандартное, дешёвое решение для колонистов. Три стены, крыша, ряды столов и стойка раздачи еды. Сейчас же нашим взорам предстал тот же барак, но вдоль всего периметра стен были уложены рельсы, центр занимала овальная конструкция с множеством окошек, на данный момент они были закрыты шторками, а на месте отсутствующей стены нас встречал поезд, состоявший из открытых вагончиков-кабинок. Три сиденья и столик по центру. Больше всего всё это напоминало какой-то детский аттракцион. Сходство дополняло то, что вагончики были округлой формы и просто светились новенькой жёлтой краской.

  - Эй, начальнички! - Разнёсся над толпой хорошо известный всему лагерю бас Эдвина. - Мы тут жрать пришли, а не на карусельках кататься!

  - Верно! Жрать!!! - Поддержали его несколько человек, а по толпе прокатился недовольный шум.

  - Граждане осуждённые! - Наш капо залез в одну из кабинок, сразу поднявшись над нами. - Сохраняйте спокойствие. Еда будет. Точнее - это новая столовая. Для вас.

  - Нас и старая устраивала! - Не собирался сдаваться Эдвин.

  - Да! Старую вертайте! Жрать!!! - Поддержало его сразу много голосов, но это не смутило нашего начальника.

  - Спокойно! - Он повёл руками, призывая толпу успокоиться и, дождавшись когда стихли последние крики, продолжил. - Мы - руководство Каторги, неустанно думаем о том, как бы улучшить здесь всё. Даже, - он сделал паузу и многозначительно поднял вверх палец, - даже, если речь идёт об улучшении жизни таких личностей как вы!

  - Новая столовая, - ему пришлось сильно повысить голос, чтобы перекрыть начавшийся после последних его слов недовольный ропот толпы. - Предоставлена нашими новыми спонсорами. Теперь каждый из вас и из нас, - он прервался на миг, указывая на административный корпус. - Будет получать индивидуальное меню, разработанное диетологом-вычислителем, - капо махнул рукой себе за спину, указывая на многооконное сооружение в центре зала.

  - Вы идентифицируетесь своим браслетом у турникета, - он снова указал рукой куда-то около себя. Мне не было видно - закрывали спины стоявших впереди ЗК.

  - Проходите, садитесь в кабинку и всё. Дальше всё сделает автоматика. - А что бы вы не переживали и не думали лишнего, мы - ваше начальство, будем теперь завтракать с вами.

  Он демонстративно покинул кабинку, приложил руку к чему-то пискнувшему, всё ещё невидимому для меня и спокойно уселся в кабинку. Спустя минуту к нему, пройдя ту же процедуру, присоединился лагерный доктор и кто-то в пилотском комбинезоне. Кабинка, едва последний уселся, вздрогнула и покатилась по рельсам к ближайшему окошку. Стоило капо поднести руку с браслетом к шторке, как та открылась и он вынул оттуда небольшую тарелку с чем-то похожим на кашу. Кабинка сдвинулась к следующему окошку и Док получил свою порцию - высокий стакан с какой-то мутно-белой жидкостью. Следующее окошко одарило пилота небольшой, но глубокой миской - содержимого я не видел. Все трое принялись аппетитно уминать полученные порции и толпа не выдержала - над нашими головами прокатилось частое пиканье.