Книга власти (СИ)

   Колоссальный расцвет пережила наука астрономия, мало того, что все официально убедились, что Земля не центр вселенной. Но было совершенно точно установлено, что Марс, Венера, Юпитер, Сатурн и другие планеты Солнечной системы, это такие же планеты, как и Земля, а значит там находятся тоже свои уникальные миры подобные нашему. Стало доподлинно известно, что Венера имеет примерно одинаковые с Землёй размеры, а такие планеты как Юпитер и Сатурн гораздо крупнее. При этом была примерно посчитана масса планет и Солнца, и выяснилось, что масса Солнца просто огромна. Появились первые невероятные фантастические способы полёта в космос на пороховых ракетах, либо через постройку гигантской супер пушки, и дальнейшего разгона на пороховых ракетах. Правда, мои вычисления показали, что даже супер пушки с пороховыми ракетами не обеспечат снаряду достаточную скорость для выхода на орбиту Земли. И самое главное и фантастическое, произошёл главный коренной переворот в астрономии. Я осознал, что все звёзды это не просто светлячки на небесной сфере, что располагается вокруг Солнечной системы. Я понял, что все звёзды это такие же Солнца как наше, и находятся они бесконечно далеко от Земли. А значит, Солнц подобных нашему, в космосе миллиарды, и все те удаленные галактики, что можно увидеть в сверхмощный телескоп, это тоже гигантские скопления других звёзд. То есть мир, в котором мы живём, невероятно огромен, и, наверное, когда-нибудь очень нескоро мы научимся путешествовать меж звёзд. И я понял, что в будущем нас ждёт революция в астрономии и дальние космические путешествия, до этого только надо дожить. И это коренной переворот в сознании людей и в моём сознании, которое многие тысячи лет воспринимало Солнечную систему как весь мир. И если для других людей развитие астрономии произошло как-то незаметно, то для меня это был очень важный радикальный переворот мироздания.

   Впервые в 1839ом году ко мне приплыла на пароходе Юань из Китая, я никогда не видел её раньше, но принял её просьбу увидеться, она побывала в Лондоне, и её провели с экскурсией по нашим заводам, показали мои технологии, и несколько тяжёлых военных паровых кораблей. После чего состоялся наш с ней ужин. Её пригласили в мой дворец, для обсуждения важной политики Китая в будущем.

   -Приветствую, вы и есть Юань? Наслышан.

   -Спасибо.

   -Вы действительно очень красивы, Вилл не врал.

   Я посмотрел на неё, она была сказочно красива, и её восточный тип лица только усиливал эту красоту, но я знал, крутить с ней роман нельзя, потому что мы не можем иметь детей и любить друг друга. Иначе родятся бессмертные, а скажу более того, я слишком стар, чтобы крутить роман только из-за красивого лица. И пусть даже она невероятно красиво выглядит, мне это неважно. Хотя, судя по всему, она сейчас стремится понравиться мне, что ж, ей нужен наш с ней союз, её собственное государство в плачевном состоянии, и она могла бы многое выиграть, соблазнив меня. Но это не любовь, наоборот, нечто меркантильное и жалкое.

   -Он много говорил обо мне?

   -Да он очень любил вас, зря вы его бросили.

   -Я не могла... Моя страна, а так бы...

   -Вы как вечноживущая отличаетесь странным патриотизмом.

   -В Китае живёт множество моих детей. Они отличаются от вас европейцев, как и я. Я не могла и не могу их бросить.

   -Зачем же вы сюда приплыли?

   -Я приплыла к вам ненадолго. Я хотела встретиться с вами, познакомиться и просить за свой народ.

   -На самом деле мы с вами были знакомы, просто очень давно в Древнем Шумере.

   -Я была знакома с вами недолго, и это было так давно, более 5,5 тысяч лет назад, можно считать, что мы тогда не были знакомы. Я был молода и ветрена, не понимала мира и сути вещей и уже не помню ни вас, ни вашего лица. К тому же, я достаточно рано и быстро сбежала в Китай, меня вытеснили наглые и агрессивные интриганы. Мне не нравился Древний Шумер. Но я прибыла сюда не просто так, я хотела бы, чтобы вы сделали мне особый знак внимания, как последней великой правительнице мира, кроме вас, и хочу кой что попросить.

   -Что именно?

   -Англия легализовала торговлю наркотиками в Китае, это ужасно, я не могу запретить. Я прошу вас прекратить, я знаю, вы можете. Пожалуйста.

   -Торговлю наркотиками легализовала не Англия, а я сам лично.

   -Но зачем?

   -Вас слишком много и у вас слишком высокая рождаемость, - спокойно и прямо сказал я. - Убивая ваших детей сегодня, я дарю мир и будущее своему народу завтра. Я не против китайцев как нации, отношусь к ним всяко, не хуже, чем к неграм. А я гораздо лучше отношусь к людям, даже к рабам, чем можно было бы подумать, смотря на меня со стороны. Я не люблю рабство, и жалею людей, просто мир жесток и слишком мягкие поступки делают его только хуже, принося в мир не добро, а зло. Управляя великой империей надо думать о всех людях сразу и их взаимодействии, невозможно учесть интересы и пожалеть каждого ребёнка. Вы умны и трудолюбивы, Китай добрая страна, но слишком высока у вас рождаемость, и вас слишком много.

   -А вы видели когда-нибудь ребёнка наркомана? Как он мучается умирая?

   -Нет, и не хочу видеть.

   -Вы нелюдь, Вилл был прав.

   -Вы видели Лондон? Уровень его развития не впечатляет?

   -Что толку, если это обитель зла?

   -Процветание целого мира это сложная задача, очень часто путь к счастью одних лежит через смерть других. Вам ли не знать об этом? Я стараюсь удерживать в этом мире баланс. Я не против китайского народа, вы достойные люди, только я не могу позволить, чтобы весь наш мир был заселён одними лишь китайцами, поскольку есть не менее достойные народы, те же англичане и французы.

   -Но можно ведь делать это не так жестоко!

   -А как? Сказать рассчитайся на первый второй, и каждый второй пусть умрёт? Или устроить войну насмерть между Китаем и Японией, как ещё? Как можно менее жестоко сократить население огромной страны? Или вы считаете менее жестоко, это убивать через виселицу? Как вы предлагаете сократить население менее жестоко?

   -Мы могли бы сократить рождаемость. Если запретить женщинам часто рожать...

   -Да ладно? А это, возможно вообще, запретить в средневековой стране женщинам, часто рожать? Как по вашему?

   -Я думаю что да, если постараться.

   -Юань, посмотрите на меня, да я молодо выгляжу, но мне же не шестнадцать лет, чтобы поверить в такую чушь. Я правлю государствами этого мира многие тысячи лет, нет задачи более сложной, чем запретить женщине часто рожать в средневековой стране. Потому что для этого надо запретить мужчинам часто спать с женщинами, что сделать практически невозможно, особенно по отношению к нищете. Ското-быдло пойдёт на что угодно, чтобы отвоевать своё право пихать в дырку. Да здесь у меня в Англии многие женщины знатного рода имеют по нескольку детей, не больше трёх четырёх. Но такую рождаемость имеет лишь элита общества, в бедных кварталах всё совсем не так, и рост населения сдерживается во многом высокой детской смертностью.

   -Вы очень жестокий прагматик, иногда надо просто проявить человечность.

   -Вы ошибаетесь. На самом деле наркотики это и есть человечность, во-первых, смерть безболезненна и человек умирая счастлив, во-вторых, каждый сам решает жить или умереть, сильный волей не будет принимать их, умрёт слабый недостойный.

   -Вы год просто не понимаете, как это плохо, быть в рабстве, быть женщиной, у вас нет жалости сочувствия и сострадания.

   -А вы Юань понимаете?

   -Да понимаю, когда-то давно, ещё около четырёх с половиной тысяч лет назад меня взяли в рабство. Один великий и злой военачальник Китая разбил наголову мою армию и сделал меня своей наложницей. Я триста лет была рабыней у нескольких поколений его семьи, и я была красивой рабыней, сначала меня насиловал каждую ночь сам военачальник. А два поколения спустя, позже, меня отдали его солдатам, и я была молода и красива. Несколько десятилетий подряд меня насиловали каждую ночь и каждый день по несколько раз в сутки несколько мужчин сразу. Ты представляешь как это? Я знаю, что значит быть рабыней, что значит плохо, и что значит сострадание. И да, я в те времена рожала каждый год, каждый год неизвестно от кого, и часто мои дети умирали у меня на глазах. Ты представляешь, что это такое? Как больно?