Четыре властелина бриллианта. Тетралогия (ЛП)

Я видел, что Дарве гораздо труднее изживать свое звериное начало. Доктор Джассим тоже это понимала.

- Если она проиграет, у нас в запасе есть еще одна, более радикальная возможность, – однажды сказала доктор, занимаясь со мной индивидуально.

- Какая именно? – проскрежетал я.

- Вы прекрасно научились управлять своим телом, и ваша ВА очень сильна и податлива. Но попади вы сейчас в естественную среду, вам ничего не стоит вернуться в первоначальное состояние, а положение Дарвы и того серьезнее. Вы оба нуждаетесь в поддержке, но получить ее можете только друг от друга. Мы называем эту методику ВА-соединением; по-видимому, для нее это единственный шанс. Разумеется, если вы отважитесь на это.

- Видимо, это опасная процедура. Она кивнула:

- Вам, конечно, известно, что личная ВА взаимодействует со всеми ВА без исключения?

- Да. – Но сознание способно удерживать ВА и направлять; благодаря этому ВА одного человека передается другому и поддерживает его. Формируется устойчивая связь, которая сохраняется и впоследствии.

- Значит, наши сознания СОЛЬЮТСЯ?

- Нет. ВА управляется мышлением, но сама таковым не является. Сольются ваши ТЕЛА, но на уровне ВА, или метафизическом, если хотите. Все изменения одного организма будут дублироваться в другом. Но такая связь, очень эффективная в борьбе с разнообразными заклятиями, имеет и свои минусы. Она соединит вас на всю жизнь, и при этом ваша ВА станет общей для обоих. Если вы добьетесь успеха, то овладеете невероятной силой. Чудовищной. Но при этом станете абсолютно идентичны. Будете чувствовать даже боль друг друга.

- И в чем же опасность?

- Если ее инстинкты окажутся сильнее, чем ваша ВА, они просто утащат вас за собой.

- А если я откажусь?

- Тогда вы с большим трудом сможете вновь стать самим собой – но Дарва, боюсь, будет потеряна для вас навсегда. Понимаете, ее ум и воля не настолько тренированы.

- Ну что же, рискнем, – без долгих раздумий бодро сказал я.

Глава 12

ВА ПОЛАГАЕТ, ЧТО ТЫ ОДИН

Я так и не успел толком рассмотреть крепость Корила, но, конечно же, не мог не заметить, что здесь творятся вещи, для Харона совершенно невозможные. Во-первых, тут напрочь отсутствовали суеверия, а несколько стандартных и поистершихся от долгого употребления заклинаний стали скорее лозунгами, чем исполненным сакрального смысла священнодействием. Одним словом, это была обширная научно-исследовательская база, где прекрасно подготовленные профессионалы накопили огромные знания о микроорганизмах Вардена. Правда, вся используемая аппаратура была изготовлена на Цербере – единственной планете Ромба, где выпускалась действительно современная и эффективная продукция. В столь надежном укрытии нечего было опасаться ищеек Синода. Понятно, что Корил выжил и сохранил свое влияние на Хароне только благодаря этой лаборатории.

Разумеется, такую базу наспех не создашь; наверняка она строилась задолго до смещения Корила и задумывалась для гораздо более долговременного и амбициозного проекта, чем мог позволить себе взбунтовавшийся изгнанник – каким бы могуществом он ни обладал. Столь крупный объект не в состоянии существовать без связи с внешним миром, и КТО-ТО – разумеется, не Четыре Властителя продолжал по-прежнему снабжать его всем необходимым.

Компьютеры, которые использовали здесь, сильно уступали компьютерам Конфедерации, но все же это были вычислительные машины, а не допотопные счеты Городского Бухгалтера.

Мы получали инструкции, уровень которых неопровержимо свидетельствовал об огромном прогрессе в изучении механизмов действия микроорганизмов Вардена, хотя самые потаенные пружины их природы по-прежнему оставались неясны. Это напоминало исследования гравитации – математически она описана давным-давно, однако до сих пор таит в себе массу загадок. Но это ничуть не препятствует ее широчайшему использованию на практике.

Наши занятия были исключительно насыщенны и требовали огромной эрудиции, без которой невозможно полностью овладеть микроорганизмами Вардена. Отчасти поэтому в иерархии волшебников доминируют либо бывшие граждане Конфедерации, попавшие на Харон в качестве заключенных, либо талантливая местная молодежь, которую готовят с пеленок. Что же касается меня, то объем знаний – пусть поверхностных, но обширных, – необходимый каждому секретному агенту, оказал мне неоценимую помощь. Дарва же не только не получила никакого образования, но и практически не имела жизненного опыта. Однако мое умение владеть собой, используя разнообразные методики аутотренинга, не говоря уж о глубоком знании человеческой психологии, сыграло решающую роль в овладении искусством магии. Однако заклинание, превратившее меня в оборотня, основывалось на имитации; вернуть человеческий облик себе я мог только после того, как помогу вернуть его Дарве, и в этом была моя слабость. Дарва не в состоянии управлять собственной ВА, и, значит, именно ее ВА – последний бастион, который мне предстояло сломить. Поскольку ее полуграмотная прародительница накоротко замкнула наши ВА, мне не могли помочь ни таинственные пассы колдунов над снадобьями, ни столь поразившая меня когда-то материализация и дезинтеграция кресел. Я столкнулся с очень сложным феноменом, одновременно психологическим и биологическим, главенствующую роль в котором играли микроорганизмы, о которых человечество до сих пор не имело никакого понятия.

Положение усугублялось еще и тем, что с момента превращения Дарвы в оборотня прошло уже очень много времени, и потому микроорганизмы Вардена, запомнив это состояние, способны самопроизвольно запустить механизм трансформации, а значит, утащить и меня следом.

После двух месяцев интенсивной подготовки я был уже достаточно натаскан, хотя прекрасно понимал, что теоретические знания и практический опыт совершенно разные вещи. Я научился произносить заклинания и самостоятельно превращать человека в оборотня; то есть делать все, чем так удивил меня когда-то Корман, а также и многое другое. Но стать настоящим мастером можно, лишь имея за плечами огромный опыт, а у меня не было времени его приобретать. Я уже мог без труда восстановить текст заклинания Изила, а также его копии, произнесенной прабабкой Дарвы – и даже увидеть допущенные ею ошибки. Я понимал, что, не будь Дарвы, я бы уже решил свои проблемы, но это значило потерять ее. Останься я в душе прежним бесстрастным агентом, я, конечно же, выкинул бы такие пустяки из головы и полностью сосредоточился на своей персоне, но теперь я не мог бросить Дарву на произвол судьбы. Выбор оказался поистине мучительным, но не потому, что я боялся. Просто спасение Дарвы могло помешать мне выполнить свою миссию, а это недопустимо. Совершенно очевидно, что мои личные интересы зависят от будущего Харона, а не Конфедерации – хотя отныне они повязаны одной веревочкой. Эола Мэтьюз, безусловно, должна исчезнуть, как и Морах, если он действительно союзник пришельцев. Но разве обязательно это делать моими руками? Корил, например, гораздо лучше подходит для этого.

Мне предстояло принять единственно правильное решение в столь неоднозначной ситуации: я должен исполнить свой долг и одновременно спасти Дарву. Если потребуются компромиссы – что же, быть по сему. Отныне я не одинок, – и удивительно, зачем Конфедерации вообще понадобилось посылать меня на Харон, когда здесь и так существует мощнейшая повстанческая организация с такими же целями.

Неужели Корил не тот, за кого себя выдает?

Когда началась настоящая работа, никаких трудностей у меня не возникло. Сотрудники центра, в том числе и доктор Джассим, просто поражались моему прогрессу. Я узнал, что существует градация волшебников – самые сильные, Корил и Морах, имели первый ранг, самые слабые – пятый. За ними шли ученики – с 6-го по 10-й ранг соответственно. В этой десятибалльной системе Тулли Кокул (о котором я с тех пор больше не слышал) имел 4-й или 5-й ранг, а Корман второй. Но даже самый низший, 10-й ранг, требовал специальной подготовки. Бывшие жители Конфедерации, вроде меня, могли без особых проблем за пару лет получить 6-й ранг, так как обладали не только необходимой волей и запасом знаний, но и жизненным опытом. Уроженцам Харона для этого требовалось лет десять напряженных занятий. Обладатель шестого ранга уже имел все необходимые специальные знания, и дальнейшее заключалось в освоении принципов правильного применения и использования силы, методов самоконтроля, а также в приобретении дополнительных навыков. Не прошло и трех месяцев с того дня, как Тулли Кокул начал обучать меня в засекреченном лагере оборотней, как мне присвоили пятый ранг. Конечно, здесь определенную роль сыграли не только мои профессиональные навыки, но и сознание безвыходности ситуации – мне предстояло либо полностью освоить эту непривычную науку, либо навсегда остаться животным.